Ивантеевское благочиние

Церковь христиан веры евангельской «Царство Божие»

Адрес секты на территории Ивантеевского благочиния :

пр-т Космонавтов, 17А, Королев, Московская область

 

 

 

 

 

 

 

Распостраняемая литература

Вероучение

1. Общие сведения о пятидесятниках

 

Пятидесятничество — одно из рационально-мистических направлений протестантизма. Таково определение сектоведов прошлого века, когда было принято делить еретические общества на рационалистические и мистические. Пятидесятников со всей определенностью можно было бы считать сектой рационалистической. Но их учение о крещении Святым Духом и переживания, сопутствующие этому акту, позволяют усматривать в этом движении заметно выраженный мистический момент.

 

Пятидесятники стоят в оппозиции не только к Православной и Католической церквам, но и ко всем протестантским направлениям. Основная их цель — восстановить в своих общинах форму и дух христиан Апостольского века. Отсюда — столь развитые у них институты пророков, евангелистов, учителей, проповедников. Отличившихся в проповеди Слова Божиего называют апостолами. Есть среди них «чудотворцы» и «исцелители». Все пятидесятники в нашей стране, кроме Евангельских Христиан в Духе Апостолов (ЕХДА), исповедуют Святую Троицу.

 

Особый акцент в своих проповедях сектанты делают на действии Духа Святого в мире, а основным их догматом является учение о крещении Духом Святым, которое должно сопровождаться говорением на «иных» языках83. Однако некоторые авторитеты утверждают, что Дух Святой может крестить верующего и без знамения языков, хотя таковых исключительное меньшинство84. Именно учение пятидесятников о крещении Духом Святым существенно отличает их от прочих протестантских деноминаций.

 

В остальном оно соответствует главным сектантским догматам. Это, во-первых, и признание исключительного авторитета Священного Писания, и непочитание Божией Матери и святых, а также отсутствие молитв за умерших, непоклонение святому кресту и иконам, непризнание законного благодатного священства. При этом некоторые из них (ЕХДА) утверждают, что вечерю Господню (хлебопреломление), бракосочетание, Крещение и др. может совершать только рукоположенный пресвитер (у ХВЕ в исключительных случаях «эти священнодействия могут совершаться и другими служителями»)85.

 

Пятидесятники, самочинно исказив церковные Таинства, превратили их в простые обряды. По их убеждению, Господь не нуждается ни в каких материальных, видимых формах передачи Своей благодати, но в то же время они сохранили обрядовые действия, соответствующие описанным в Новом Завете событиям.

 

В первое воскресенье каждого месяца они совершают хлебопреломление, которое для них есть только воспоминание о Тайной вечере. Верующим предлагается кусочек хлеба с подноса и глоток вина из чаши. Перед вечерей Господней совершается обряд омовения ног (по установлению общины: может совершаться с омовением ног или без омовения)86. Этому придается огромное значение, так как полагают, что хлебопреломление без омовения ног не может являться полноценным исполнением заповеданного Спасителем. Обычно омовение ног совершается в конце богослужения. Верующие-мужчины — в одной комнате, женщины — в

 

другой, собираются попарно, и один другому омывает ноги в тазах с теплой водой.

 

Остался обряд водного крещения, который является как бы видимым свидетельством принятия в Церковь. Маленьких детей не крестят, но приносят в собрание для благословения.

 

Сектанты исповедуют различные формы покаяния. Общее покаяние — перед хлебопреломлением — совершается нерегулярно. Честное — перед всей общиной. Есть еще покаяние перед пресвитером и друг перед другом. Принятым в общину считается тот, кто покаялся перед членами местной церкви, но для участия в хлебопреломлении этого недостаточно — требуется еще и водное крещение. Для будущих супругов обязательно совершается обряд бракосочетания — в виде молитвенного напутствия общины. Причем мужем и женой молодые становятся не после акта записи регистрации в ЗАГСе, а после особого устраиваемого по этому поводу служения (обряда). У всех пятидесятников весьма нетерпимое отношение к браку с неверующими. Если подобное и допускается, то только в исключительных случаях. Непослушание грозит отлучением от церкви.

 

При особой необходимости над болящими совершается обряд с возложением рук или помазания больного маслом (елеопомазание)87.

 

Днем покоя почти все пятидесятники (кроме субботствующих) почитают воскресенье. В этот день все верующие собираются на молитвенные собрания, где нередко совершаются молитвы на «иных языках». Существуют направления, где молятся только на «иных языках» и членораздельную речь можно услышать лишь в проповеди Слова Божиего. Церковные праздники пятидесятники России отмечают по старому стилю. К ним относятся: Рожество Христово, Крещение Господне, Сретение Господне, Благовещение, Преображение Господне. Праздник Пасхи у пятидесятников всегда приходится на пятницу Страстной седьмицы (по право-славному календарю). Праздники Вознесения Господня и Пятидесятницы совпадают с днями Православных торжеств.

 

Во главе каждой общины стоит братский совет, возглавляемый пресвитером церкви, а общины объединены в так называемые округа. Округ возглавляет старший пресвитер. Самое название «старший пресвитер» было в свое время «предложено» Христианам Веры Евангельской (ХВЕ) Советом по делам религий, хотя в личных беседах при советском режиме члены ХВЕ предпочитали слово «епископ». Ныне термин «епископ» прочно вошел в употребление. Зарегистрированные пятидесятники разделили территорию СНГ на 32 региона, во главе каждого из которых стоит епископ, ближайшим помощником которого может быть старший пресвитер.

 

В заключение отметим, что строго дифференцированного деления до недавнего времени объединения незарегистрированных пятидесятников не имели. В настоящее время вся территория бывшего СССР разделена на 65 округов, во главе каждого стоит епископ. Наи­менование «старший пресвитер» они всегда отвергали. Среди этих направлений очень развиты институты «пророчества», «толкования языков» и т.д., что не часто встретишь в ранее зарегистрированных организациях. Теоретически эти служения и в зарегистрированных общинах всегда признавались, но на практике к «пророкам» и им подобным относятся очень настороженно. В «Вероучении Объединенного Евразийского Союза Христиан Веры Евангельской» (зарегистрированное братство) сказано: «Мы верим, что для совершения служения в церкви Бог поставляет: Апостолов (Еф. 4, 11, 12), Епископов (1 Тим. 3, 1 — 7), Пресвитеров (Тит. 1, 5), Пророков (Еф. 4, И — 12), Евангелистов (Еф. 4, 11 — 12), Учителей (Еф. 4, 11 — 12), Диаконов (1 Тим. 3, 8 — 13)»88. К священнодействиям в церкви они относят: бракосочетание, молитву благо­словения детей, молитву о больных, рукоположение89.

 

 

 

2. О Священном Писании и Предании Церкви

 

 

 

«Братия, стойте и держите предания, которым вы научены или словом, или посланием нашим»

 

(2 Фес. 2, 15).

 

«Завещаем же вам, братия, именем Господа нашего Иисуса Христа удаляться от всякого брата, поступающего бесчинно, а не по преданию, которое приняли от нас»

 

(2 Фес. 3, в).

 

«Мы не повреждаем слова Божия, как многие, но проповедуем искренно, как от Бога, перед Богом, во Христе»

 

(2 Кор. 2, 17).

 

«Во всех посланиях… есть нечто неудобовразумительное, что невежды и неутвержденные к собственной своей погибли превращают, как и прочие Писания»

 

(2 Петр. 3, 16).

 

 

 

Движение пятидесятников, как мы могли убедиться выше, есть разновидность протестантизма. Как и прочие протестантские деноминации, пятидесятники строят свое вероучение на трех главных основаниях: исключительном авторитете Священного Писания, спасе­нии личной верой и принципе всеобщего священства. Каждое из этих положений у пятидесятников помимо общепринятого протестантского содержания имеет еще и свои конкретные особенности.

 

С самого своего появления пятидесятники бросили вызов остальным протестантским направлениям: баптистам, адвентистам, методистам. Не исключение и остальные христианские деноминации. Они, по их мнению, не обладают полнотой истины и утратили глубину апостольской веры и жизни в Духе по вере. Харизматиками (пятидесятниками) было выдвинуто и «богословски обосновано» неизвестное до того времени учение о крещении Духом Святым. Только крещенный Духом Святым признается вполне спасенным, хотя Священное Писание ничего не говорит об этом, как учат пятидесятники. Напротив того, исполнено свидетельств, отрицающих их догматические притязания.

 

Все положения пятидесятников строятся на неверном, искаженном понимании Слова Божия, в чем их, кстати очень часто и обоснованно, обвиняют приверженцы других протестантских направлений. В этой связи рассмотрим принцип понимания Священного Писания протестантами, поскольку именно в нем заложена та первооснова, которая породила многочисленные противоречивые вероучения пятидесятнических сект, каждое из которых толкует Библию на свой лад.

 

 

 

Учение М.Лютера об исключительном авторитете Священного Писания

 

 

 

Впервые учение об исключительном авторитете Священного Писания было сформулировано католическим монахом доктором богословия Мартином Лютером. Таким образом он решил «отречься от заблуждений Римско-Католической Церкви», ибо многие, как он полагал, заблуждения Католической Церкви происходят из спекулятивных измышлений ее богословов, утративших почтение к авторитету Слова Божия. Он неустанно напоминал о том, что в Писании нет (что совершенно верно) учения о чистилище, индульгенциях и многих иных плодах суемудрия католических богословов. Но на этом Лютер не остановился. Вместе с ложным преданием он отверг и саму необходимость предания как такового, провозгласив единственным источником вероучения Священное Писание. Вместе с ложным пре­данием Католической Церкви Лютер отвергает и предание истинное, без которого невозможно понять Священное Писание. Реформатор не стал утруждать себя ответственнейшей богословской работой отделения плевел от пшеницы (Мф. 13, 23), а с корнем вырвал и то и другое.

 

Едва Лютер объявил, что разум свободен в истолковании Священного Писания, как в одном лишь XVI столетии возникло около 270 новых сект, столько их было в христианском мире за 15 предшествующих веков90. Только на слова Христа: «Сие есть тело Мое» (Мф. 26, 28) — у протестантов обнаружилось более двухсот различных толкований91.

 

Сектантское разномыслие воистину лишний раз доказало самой историей своих заблуждений, что без Священного Предания нельзя сохранить единства понимания Священного Писания, а следовательно, и религиозного единомыслия.

 

 

 

Учение пятидесятников о Священном Писании

 

 

 

Следуя за Лютером, все протестанты, равно как и пятидесятники, учат, что Библия — единственный истинный источник богопознания, открывающий волю Божию каждому человеку и. указывающий путь спасения. Только Священное Писание есть кладезь христианской веры и духовное руководство для верующих92.

 

По мнению пятидесятников, Писание содержит все, что потребно человеку для спасения. И каждый, если захочет, сможет найти путь ко Христу: «Сие же написано, дабы уверовали, что Иисус есть Христос, Сын Божий, и, веруя, имели жизнь во имя Его» (Ин. 20, 31).

 

Возникает, однако, закономерный вопрос. Если в Священном Писании для пятидесятников все ясно и понятно, то почему же их движение раздроблено на сотни сект и каждая претендует на абсолютно правильное понимание Слова Божия? Отчего, например, у пятидесятников возникло несколько взаимно противоречивых богословских концепций о проявлении дара языков, а рассмотрение какого-либо конкретного положения Библии неизбежно порождает десятки мнений? Даже в рамках одного сектантского направления существует множество толкований Библии, превращающихся со временем в особое «предание».

 

 

 

Православное учение о Священном Писании и Священном Предании

 

 

 

Православная Церковь учит, что Священное Писание невозможно отделить от Священного Предания. Предположим, что мы дали Библию человеку, никогда не слышавшему о христианстве. Поймет ли он Писание? История показывает, что даже жизнь в Церкви без должного знания Предания не спасает от заблуждений, а история представляет нам множество примеров, подтверждающих это. Древние еретики заблуждались нередко именно из-за того, что при объяснении Писания отвергали Предание. Так, еретик Манес (II век) на словах Священного Писания «Я и Отец — одно» (Ин. 10, 30) основал целое учение, отрицавшее троичность Лиц Божества. Ныне еретику наследуют пятидесятники-единственники. Слова Писания «Отец Мой более Меня» (Ин. 14, 28) послужили поводом к тому, что Арий и его последователи отвергли догмат о равенстве Сына Божиего с Богом Отцом. Основываясь на словах «Дух все проницает и глубины Божии» (1 Кор. 2, 10), он называл Святого Духа ограниченной тварью, которая не имеет всеведения Божия.

 

Но о Лицах Святой Троицы все же есть сообщения в Священном Писании, на основании чего мы можем делать богословские выводы. Но как быть с такими сложными вопросами, как соединение двух природ во Христе, и другими?

 

Монофизиты, например, учили, что во Христе была одна природа, а монофилиты говорили об одной воле.

 

И точно так же еретики силились подтвердить свое учение ссылками на Священное Писание. Для сохранения внутрицерковного мира и разрешения этих сложнейших богословских вопросов собирались Вселенские соборы.

 

Согласно воззрениям пятидесятников во Христе соединены две природы и две воли — человеческая и Божественная, что совершенно верно. Но в Священном Писании сведений об этом нет. Откуда же тогда ими заимствованы эти и другие богословские идеи? Решение собора есть Предание.

 

Сектанты, не способные к глубокой творческой вероучительной догматике, в данном случае используют определения Вселенских соборов, являющихся истинными выразителями Апостольского Предания, хранящегося в Церкви.

 

Историческое предание свидетельствует о том, что, сотворив первых людей, Адама и Еву, Бог не дал им никакого писания, а преподавал Свое Божественное научение устно. Далее, Бог через праведного Авраама, Исаака и Иакова руководил жизнью своего народа. Так продолжалось от Адама до Моисея, при котором появилась первая из книг Священного Писания Ветхого Завета. Но и с появлением Библейских книг устное научение божественным истинам нисколько не утратило своего первоначального значения. Сам Бог повелел Моисею держаться устного предания (Ис. 10, 1 — 2). Пророк Моисей говорил: «Спроси отца твоего и он возвестит тебе, старцев твоих и они скажут тебе» (Втор.32, 7).

 

Священное Предание пользовалось высоким авторитетом и спустя многие столетия со времен Моисея, что следует из слов праведного Гедеона (Суд. 1, 13), пророка Давида (Пс. 77, 3 — 7), Иисуса, сына Сирахова (Сир. 8, 11 — 12). А ведь последний жил спустя тысячу лет после Моисея, когда хорошо были известны книги Божественного Откровения. Так и после Пришествия Христа Спасителя евангельское благовестие распространялось и сохранялось главным образом, особенно в первые десятилетия, посредством устной проповеди или, что то же самое, посредством Священного Предания. Мы знаем, что Господь Свое учение излагал устно и никаких писаний не оставил. Известно также, что и святые Апостолы, которых было двенадцать и семьдесят, всю жизнь свою проповедовали людям устно93, ибо Спаситель, посылая их на проповедь, не дал им в руки писания. И только спустя годы по Вознесении Господа Иисуса Христа на Небо появилась первая новозаветная книга — Евангелие от Матфея, которую он написал для иудеев ввиду того, что сам отправился благовествовать другим народам. Нам известны писания апостолов Иоанна, Петра, Павла, Марка, Иуды, Луки, Иакова — брата Господа. Следует при этом отметить, что апостол Павел не принадлежал к числу семидесяти или двенадцати Апостолов. Таким образом, только семь из числа последних оставили нам свои писания. Что же делали остальные? Разумеется, они не бездействовали, но всю свою жизнь проповедовали истину устным словом. Да и те Апостолы, которые написали книги, изложили в них далеко не все, чему были научены от Спасителя и Святого Духа.

 

Святой апостол Павел говорит, что «три года день и ночь непрестанно со слезами» (Деян. 20, 31) учил он каждого из ефесских пресвитеров, причем не упускал им, по возможности, возвестить всю волю Божию (Деян. 20, 27). Но где же записано это учение Апостола, если послание к Ефесянам содержит всего шесть глав?

 

В книге Деяний говорится, что Господь, по Воскресении Своем, в течение сорока дней, говорил Своим ученикам о Царстве Божием (Деян. 1, 3). Но нигде это речение не записано. А то, что многое из учения христиан не нашло отражения в книгах Священного Писания Нового Завета, по-видимому, объясняется тем, что Апостолы не ставили себе цели дать исчерпывающие ответы на вопросы о Церкви, спасении и т.д., а писали для назидания тех, кому уже возвещены словеса истины. Апостол от семидесяти — евангелист Лука писал свое Евангелие и книгу Деяний для назидания только одного человека (Лк. 1, 1 — 3; Деян. 1, 1). Иоанн Богослов свое Третье Послание также обращал исключительно одному лицу (3 Ин. 1, 1). Послания к Титу, Филимону, Тимофею тоже представляют собой частные наставления. В них Апостолы напоминанием возбуждают ум, т.е. повторяют уже некогда сказанное ранее, что по давности времен могло забыться. Посла­ния к Коринфской Церкви были посвящены преимущественно духовному истолкованию нестроений, царивших в этой общине (1 Кор. 1, 11).

 

Священное Писание — это отнюдь не систематически разработанное вероучение. Поскольку многие авторы новозаветных книг, например апостол Павел, преследовали в своих трудах исключительно частные цели.

 

Известно также, что не все Апостольские писания сохранились до наших дней. В первом послании к Коринфянам апостол Павел говорит: «Я писал вам в Послании» (1 Кор. 5, 9). Это место ясно свидетельствует, что Апостол уже писал им, но это послание не сохранилось. Существовало, оказывается, и не дошедшее до нас послание к Лаодекийской Церкви. О нем Апостол уведомляет членов Колосской общины, предлагая им прочитать это послание в своей церкви, а свое предлагает отдать им (Кол. 4, 16). Послания направлялись тем, кто уже был наставлен в истинной вере.

 

Сектантов в их невежестве лучше всего обличает само Священное Писание. Так, в своем Втором Соборном Послании, адресованном всем христианам, апостол Петр пишет, что в посланиях апостола Павла «есть нечто неудобовразумительное, что невежды и не-утвержденные, к собственной своей погибели, превращают, как и прочие Писания» (2 Пет. 3, 16).Священное Писание запрещает нам самовольное истолкование его без назидания Церкви. Это под силу только глубоко верующим, прожившим подлинно духовную жизнь. Вот почему многие святые Отцы пишут, что Евангелие нужно «читать жизнью». Только после того, как пройден путь, указанный в Священном Писании, можно этот опыт передать другим. Тогда можно воскликнуть подобно апостолу Павлу: «Мы не повреждаем Слова Божия, как многие, но проповедуем искренно, как от Бога, перед Богом, во Христе» (2 Кор. 2, 17).

 

Блаженный Августин говорит, что если для всякого занятия, хотя бы маловажного, потребен учитель, то не крайне ли безрассудна гордость не желать познать книги божественных тайн от истолкователей.

 

Уже в первом веке существовало немало еретических сект, искажавших Христово благовестие. Об одной из них — николаитах — упоминает в своем Первом Соборном Послании Иоанн Богослов, писавший: «Не всякому духу верьте, но испытывайте духов, от Бога ли они, потому что много лжепророков появилось в мире» (1 Ин. 4, 1).

 

В Священном Писании много таинственного, прикровенного. Писание изобилует тайнами, открыть которые может только Дух Святой. Вот как об этом пишет апостол Петр: «Никакого пророчества в Писании нельзя разрешить самому собой. Ибо никогда пророчество не было произносимо по воле человеческой, но изрекали его святые Божии человеки, будучи движимы Духом Святым» (2 Пет. 1, 20).

 

В Слове Божием есть рассуждения апостола Павла о глоссолалии в Коринфской Церкви (1 Кор. 14). Священное Предание утверждает, что это был дар вдохновенного знания иностранных языков для проповеди среди народов земли (Деян. 2). Иначе как бы могли Апостолы вполне исполнить сказанное Спасителем: «Идите, научите все народы» (Мр. 16, 17). Для научения вере всех народов и был дан дар знания чужих языков.

 

Основоположники пятидесятничества самочинно отошли от православного понимания этих слов, оправдывая свое еретическое толкование якобы существующими в Святом Писании стихами (1 Кор. 14). Именно об опасности таких уклонений предупреждал христиан апостол Павел: «Будет время, когда здравого учения принимать не будут, но по своим прихотям будут избирать себе учителей, которые льстили бы слуху» (2 Тим. 4, 3).

 

«Мы спасены», «мы крещены Духом Святым», — непрестанно повторяют на своих собраниях пятидесятники. «Слепые вожди слепых» (Мф. 15, 14). Этот апостольский образ исчерпывающе характеризует духовное состояние сект, ибо здесь — единый нерв всего современного сектантства, несмотря на кажущееся его многообразие. Каждый мнит себя спасенным, способным наставлять других. Вот почему среди протестантов такая, едва ли не болезненная тяга к миссионерству. Проповедуют все — и старые и молодые. И это — при поверхностном, начетническом знании Писания. Они повторяют только те цитаты, которые в отрыве от контекста и духа Писания будто подтверждают их учение. Да и цитируемое ими помнят лишь потому, что на их собраниях эти цитаты непрестанно повторяются. Им и невдомек, что только избранным и подготовленным Господь открывал тайны Царства Небесного (Мф. 13, 11). Так, не мог постичь написанного евнух царицы эфиопской и, обратившись к апостолу Филиппу, вопрошал: «Как могу уразуметь, если кто не наставит меня?» (Деян. 8, 31). Итак, само по себе, без наставлений, Писание не может быть понято, особенно пребывающими вне Церкви.

 

Излюбленная цитата сектантов в их дискуссиях о Писании звучит так: «Вера от слышания, а слышание от слова Божия» (Рим. 10, 17). Можно ли утверждать,что апостол Павел под Словом Божиим подразумевает только писаное учение Спасителя, ведь полного собрания новозаветных книг тогда еще не было. Сектанты же эти слова толкуют так, будто для обретения веры истинной достаточно только читать Святое Писание, чтение Слова Божия укрепляет веру, но только в том, кто уже наставлен в ней.

 

Господь Иисус Христос постоянно учил Своих учеников, изъясняя все сказанное о Себе в Писании (Лк. 24, 27), которое свидетельствует, что «многое и другое сотворил Иисус, но если бы писать о том подробно, то, думаю, и самому миру не вместить бы написанных книг», — пишет святой Иоанн Богослов (Ин. 21, 25). Именно поэтому многое из учения Христа передается устно и не записано в Священных книгах.

 

Господь наш Иисус Христос учил Своих учеников не только словом, но непременно и делом, и это еще одна существеннейшая сторона предания Церкви. Спасителю следовали и Его ученики — Апостолы. Вот как об этом свидетельствует Святой Петр: «Это уже второе послание пишу к вам, возлюбленные, в них напоминанием возбуждаю ваш чистый смысл» (2 Пет. 3, 1). Со времен апостольских Предание служило ключом к правильному пониманию Священного Писания, причем уже в те времена появилось много весьма искусных подложных сочинений, не принадлежащих Апостолам. И только живущему в Духе Священного Предания дано отличить ложь от правды.

 

В Апостольский век были написаны такие сочинения, как евангелия «от евреев», «от Фомы», «от Петра» и другие, все они признаны Церковью небоговдохновенными и являются трудами совсем других авторов.

 

Апостол Павел одобряет держащихся предания (1 Кор. 11, 2) и повелевает удаляться от тех, которые поступают бесчинно, а не согласно преданию Апостолов (2 Фес. 3, 6).

 

Устное предание, как уже было отмечено, существовало еще в Ветхом Завете, и Апостолы понимали значение и важность его сохранения. Примеров устного ветхозаветного предания достаточно много в новозаветных книгах. Например, в Послании апостола Иуды за­писано пророчество Еноха (Иуд. 14), там же сообщается о споре архангела Михаила с диаволом о Моисеевом теле (Иуд. 9), хотя эти эпизоды в Писаниях Ветхого Завета отсутствуют. Очевидно, что автор Послания пользуется здесь ветхозаветным преданием. Сохранилось в Предании устном, но не записанное в святых Евангелиях изречение Господне о милостыне, приводимое евангелистом Лукой: «Блаженнее давать, нежели принимать» (Деян. 20, 35). Так, в 97-м правиле святого Василия Великого сказано о крестном знамении, об обращении в молитве на восток, об обрядах, совершаемых при Крещении и Евхаристии (Катехизис. Спб., 1916. С. 7 — 8). Все это примеры сохранившегося с Апостольских времен новозаветного предания.

 

О таинстве Крещения мы знаем, что его совершают в воде, с произнесением слов «Во имя Отца и Сына, и Святого Духа» (Мф. 28, 19), но, как оно при этом совершается — в одно или три погружения, — не сказано. И о Причащении читаем, что Господь на Тайной вечере взял хлеб, благословляя, «преломил его», потом взял чашу, благодаря (Мр. 14, 22 — 24). Но не сказано, какими словами Господь благословил и благо­дарил.

 

В православное Предание органично входят и постановления Вселенских и Поместных соборов, правила святых Отцов и учителей Церкви. Этим как бы документально проведена черта между Православием и инославием. На Лаодикийском соборе (2-я пол. IV века) был установлен канон священных книг. После этого лица, не признающие его полностью или включающие в него что-либо, считаются некафолически мыслящими. А разве самое составление канона подлинных Новозаветных Писаний не стало возможно только благодаря кропотливой работе епископов первых веков, проверивших и собравших письменные труды святых Апостолов в сборник книг, именуемый Новым Заветом? Книги спорные, не во всем согласные с апостольской традицией, выдаваемые за апостольские, отвергались как подложные, апокрифические. Совершенно очевидно, что Апостольское Предание имело решающее значение для формирования канона Новозаветного Писания.

 

Только в свете Предания оказалось возможным разрешить сложнейшие богословские вопросы, как то не раз бывало и в прежние века. Образно говоря, Предание есть та ограда, выходя за которую человек оказывается вне Церкви.

 

Мы знаем, что Евангелия и Апостольские Послания появились не вдруг и не всюду, до них многие десятилетия после возникновения Церкви источником наставления в вере было не Священное Писание, а Священное Предание. Для православного сознания слово Божие и устная проповедь Апостолов изначально равноавторитетны. Апостол Павел пишет к солунянам: «Братья, стойте и держите предание, которым вы научены или словом, или посланием нашим» (2 Фес. 2, 15). Сам Господь Иисус Христос предлагал Апостолам Свое евангельское учение как переданное от Бога Отца (Ин. 15, 15).

 

Избранный сосуд Христов (Деян. 9, 15) — апостол Павел — и тот смиренно выносил на суд первейших Апостолов свою проповедь язычникам (Гал. 2, 2). А в своих обстоятельных наставлениях о девстве и браке он четко различает свой совет от повелений Господних (1 Кор. 7, 12 — 15). Первые служители Слова Божия смиренно считали себя не более чем посредниками, не дозволявшими никаких изменений или написанного под страхом вечного наказания (Откр. 20, 21).

 

 

 

Истинное понимание Писания, по словам святого Иринея Лионского, возможно лишь под руководством Святой Вселенской Церкви, в ней одной можно найти истину. «Мы можем, — говорит святой Ириней — наименовать тех, коих Апостолы поставили епископами, и преемников их до нас, которые такому не учили и ничего такого не знали, что вымышляют еретики»94.

 

Итак, Предание есть совокупность всего богооткровенного учения — устного и письменного, и только вся их полнота позволяет постичь тесную взаимосвязь и смысл Писания и устного Предания.

 

Священное Писание утверждается на основании Священного Предания посредством углубленного изучения и духовного испытания на предмет его соответствия каноническим книгам. В свою очередь, и Предание церковное для отличия истинного Апостольского Предания от ложного, человеческого, нуждается в Священном Писании как точном выражении воли Божией. Отсюда следует вывод, что Священное Писание — это записанная часть Священного Предания. Такова сущностная связь Священного Писания и Предания. Разумеется, самое понимание Священного Предания Церковью Христовой гораздо шире.

 

Святой Филарет (Дроздов), Митрополит Московский, пишет: «Предание не есть простое видимое или словесное передавание учения, правил, чиноположений, обрядов, но с сим вместе и невидимое, действительное преподаяние благодати и освящения»95.

 

Предание — это, собственно, и есть жизнь по вере в Духе Святом, а святые являются живыми выразителями церковного Предания. То есть Предание — это тайнозримый путь в Царствие Небесное. Но узнать, что такое Предание, возможно только пребывая в духовной жизни. Тогда записанное Предание Церкви станет для нас живым и действенным.»Предание можно определить как жизнь Духа Святого в Церкви, сообщающего каждому члену Тела Христова способность слышать, воспринимать и узнавать истину в ее собственном свете, а не в свете человеческого рассудка»96. Говоря другими словами, Предание есть благодать Духа Святого, научающая различать и отделять истинное от ложного.

 

Что же понимают сектанты под Преданием Православной Церкви? Однажды автору этих строк пришлось услышать, будто бы Предание у православных — это не более чем сообщения неканонических книг Библии. Пресвитер московской общины Н.Романюк рассказывал своим слушателям о том, что существует православное предание, согласно которому в детском возрасте Иисус Христос слепил из глины птичек и сказал: летите — и они полетели. Далее он легко «развенчал» всю невероятность этого предания, поскольку читавший Евангелие знает, что Спаситель положил начало Своим чудесам в зрелом возрасте в городе Кана Галилейская (Ин. 2, 11). Приведенное сообщение о чуде с глиняными птичками было взято из апокрифического (Апокрифы (от греч. apokryphos — тайный, секретный) — книги, написанные в первые века христианства, трактующие о предметах веры, содержащихся в Священном Писании и т.п. Все апокрифические сочинения являются произведениями анонимных авторов, которые выдают свои труды за писания Апостольские или иных благодатных подвижников Христовых. Церковь не признает эти писания за богодухновенные и, более того, запретила христианам пользоваться ими из-за многочисленных исторически и догматически ложных постулатов, содержащихся в этих сочинениях.) сочинения «Евангелие от Девы Марии». К подобного рода книгам Православная Церковь всегда относилась однозначно отрицательно. Они считались подложными, злонамеренно или по неведению приписываемыми Апостолам, и посему эти сочинения объявлялись вредными, ибо содержат много несогласного с церковным Преданием. Остается только догадываться, почему этот апокриф сектантский пресвитер приравнял к неканоническим книгам. (Неканонические книги — книги, не внесенные Церковью в канон (от греч. kanon — норма, правило) Священного Писания как не богодухно­венные, но присоединенные к нему в кодексах Библии как церковные и полезные для благочестия и назидания верующих. В Библии — одиннадцать таких книг. Еще десять лет назад протестанты России печатали свою Библию без неканонических книг и всякие ссылки на них воинственно отрицали якобы из-за их безблагодатности. Ныне евангельские христиане-баптисты в своих молитвенных домах продают для всех желающих Библейские своды (Библии), содержащие и неканонические книги.)

 

Следует различать два подхода Православной Церкви к Преданию. Она никогда не признавала высшего вероучительного авторитета за неканоническими книгами, но и никогда не относила их к числу апокрифов. Обладая истинным Священным Преданием, Церковь способна отличить Божие от человеческого и чистое от нечистого (Лев. 10, 10). Отсюда происходит допущение пользования для духовного назидания и неканоническими книгами. О празднике Обновления, на который ходил в Иерусалим Господь Иисус Христос, сообщается только в неканонической книге. В неканонических книгах содержатся величайшие истины Божественного Откровения. Только в книге Маккавейской ясно и определенно сказано, что мир Бог сотворил из ничего (2 Мак. 7, 28).

 

Почему же с такой непримиримостью относятся протестанты-сектанты к этим книгам? Дело в том, что в них со всей определенностью содержится учение о необходимости молиться за умерших. Есть оно и в канонических книгах. Но все же так четко, как в Маккавейской книге, об этом не сказано нигде (2 Мак. 12, 39 — 43). Оступившись в ересь, сектанты, в соответствии с логикой своего учения, отвергли эти книги как содержащие многочисленные заблуждения.

 

Православная Церковь в отличие от католиков и протестантов всегда стремилась к осмотрительности в этом сложнейшем вопросе. После Реформации Католическая Церковь на Тридентском соборе (1545) признала за каноническими и неканоническими книгами одинаковую степень богодухновенности. Православная Церковь чужда подобных крайностей. Богодухновенными признаются только канонические книги Библии. Примечательно, что все утверждения сектантов об отсутствии у них Предания о чистоте их учения — совершенно беспочвенны. У сектантов есть свои обряды: водное крещение, хлебопреломление с омовением ног, бракосочетание, елееосвящение, рукоположение97, которые совершаются по своему чину, гораздо более превосходящему все описанное в Писании.

 

Собрания пятидесятников также проводятся по определенным канонам, от которых они стараются не отступать. И только малознакомому со строем жизни их общины может показаться, что у них действительно многое совершается так, как это написано в Библии. Все «недосказанное» в Писании сектанты «доработали» сами, создав, таким образом, свое предание, которое свято исполняют их идейные последователи и отступление от коего грозит отлучением.

 

Где, например, написано, что в Апостольские времена за брак с неверующими отлучали от Церкви? Напротив, нам известно, что неверующий муж освящается верующей женой. «И жена неверующая освящается мужем верующим» (1 Кор. 7, 14). Однако в среде пятидесятников-федотовцев господствует именно такое учение. Только общины, входящие в Объединенный Евразийский Союз Христиан Веры Евангельской, в крайнем случае могут пойти на уступку.

 

Как видим, совершенно необоснованны претензии сектантов, утверждающих, что они руководствуются исключительно Словом Божиим, напротив, отвергнув истинное Предание Церкви, они выдумали свое — ложное, в свете (правильнее — «во тьме») которого и толкуют Писание, лишая себя при этом истинного его понимания.

 

Из поколения в поколение пятидесятники навязывают свою трактовку смысла и целей Апостольской Церкви, подлаживая под свое учение свидетельства Писания. Писание для сектантов вторично: оно лишь дополняет то, чему они научены, что им передали их наставники. Здесь проявляется вся ложность утверждения об отсутствии предания у сектантов, оно у них есть, но это предание неистинное98.

 

Пятидесятники утверждают, что начиная с IV века Церковь Христова исказила свои основные вероучительные истины. Неосновательность подобных утверждений очевидна. Из сохранившихся до наших дней творений Отцов и учителей Церкви II и III веков ясно прослеживается твердое следование духу и букве Священного Предания в Церкви.

 

Упомянутый выше святой Ириней Лионский (—202) в книге «Против ересей» пишет: «Если бы возник спор о каком-нибудь важном вопросе, то не надлежало бы обратиться к древнейшим церквам, в которых обращались Апостолы, и от них получить, что есть достоверного и ясного относительно настоящего вопроса? Что если бы Апостолы не оставили нам Писаний? Не должно ли было следовать порядку Предания, переданного тем, кому они вверяли церкви»99. «Все, желающие видеть истину, — пишет тот же Отец Церкви, — могут во всякой Церкви узнать Предание Апостолов, открытое во всем мире, и мы можем перечислить епископов, наставленных Апостолами в церквах, и преемников их до нас, которые не учили и не знали такого, о чем эти (еретики) бредят»100.

 

Учитель Церкви Тертуллиан Карфагенский (II век), также указывает на необходимость Священного Предания. «Итак, — пишет он, — не надобно беспрерывно прибегать к Священному Писанию… где мы увидели истинную веру, истинное учение христианства, там, без сомнения, обретаются и истинное Писание, и истинные толкования, и истинные христианские предания»101.Духовный мыслитель III века Ориген, отмечая сугубую важность Священного Предания, пишет: «Мы должны хранить церковное учение, преданное от Апостолов через порядок преемства и пребывающее в Церквах даже доселе: только такой истине должны веровать, которая ни в чем не отступает от церковного и Апостольского Предания»102.

 

Православному христианину пристало во всем следовать Слову Божию, которое в нужной для спасения полноте раскрывает святая Церковь Христова, и удаляться от всякого человека, поступающего по преданию человеческому (Кол. 2, 8), а не Преданию Апостольскому (1 Тим. 6, 20; 2 Тим. 1, 13).

 

 

 

3. О вере и добрых делах

 

 

 

«Ты веруешь, что Бог един: хорошо делаешь, и бесы веруют и трепещут. Вера без дел мертва! Не делами ли оправдался Авраам, отец наш»

 

(Иак. 3,  19 — 21).

 

«Что вы зовете Меня: Господи! Господи! — и не делаете того, что Я говорю?»

 

(Лк. 6, 46).

 

«Не всякий, говорящий Мне: Господи! Господи! — войдет в Царство Небесное, но исполняющий волю Отца Моего»

 

(Мф.  7, 21).

 

Пятидесятничество, как и прочие протестантские направления, учит о спасении человека исключительно верою. Это учение было сформулировано М.Лютером в полемике с Римо-Католическая Церковью, исповедующей спасение делами. На протяжении веков Католи­ческая Церковь учила верующих, что добрые дела, совершаемые ими, освобождают от пребывания в чистилище, а очистительная жертва Иисуса Христа — таинство Крещения — снимает с человека первородный грех. За личные грехи, соделанные после крещения, человек должен сам принести Богу удовлетворение посредством добрых дел. Если же он такового не принесет, то ему предстоят очистительные страдания в чистилище. Таким образом, дела нужны не для самого спасения, а для освобождения от временных страданий в чистилище.

 

Крупнейший реформатор Церкви М.Лютер отверг учение о чистилище как ложное, не имеющее основания в Священном Писании, что совершенно верно и с православной точки зрения. Но одновременно он отвергал учение о спасении делами. Раз нет чистилища, утверждал Лютер, то, следовательно, и дела для спасения верующего не играют никакой роли. Отсюда следовало утверждение, что человек спасается только верою.

 

Православная Церковь учит: спасение совершается Богом, но не без человека, от которого требуется правая вера и добродетельная жизнь по воле Божией, которая и есть спасение.

 

Спасение состоит в том, что человек через личную веру (Евр. 11, 6) получает доступ к спасительной благодати, подаваемой в Таинствах, с помощью которой, при постоянном понуждении себя, становится возможным творение истинно добрых дел.

 

Пятидесятники, как уже говорилось, не приемлют спасение делами, считая, что для этого достаточно только одной веры в то, что Спаситель, пролив Свою бесценную Кровь, взял на Себя грехи человека, тем оправдал его. Кто имеет такую веру, тот спасен навеки. Как обычно, свое учение сектанты пытаются обосновать на текстах Священного Писания: праведный верою жив будет, «ибо мы признаем, что человек оправдывается верою, независимо от дел закона» (Рим. 3, 28). Веровал Авраам Богу, и это вменилось ему в праведность (Рим. 4, 9). Их глубочайшее заблуждение состоит в убеждении, будто получившие однажды искупление Христом Спасителем и верующие в Него уже как бы автоматически удостаиваются Вечной Жизни. Да, Христос пострадал за грехи всего мира. Он спас всех людей от рабства диаволу, для всех открыл двери рая. Но, конечно же, одного понимания этого, веры в это недостаточно для спасения.

 

Веру можно потерять, что совсем не редкость среди сектантов. Вот почему апостол Павел советует испытывать себя: «…в вере ли вы?» (2 Кор. 13, 5).

 

О том, что вера без жизни по воле Божией (видимым свидетельством чего являются дела) сама по себе не спасает, очень определенно напоминал апостол Иаков, что и бесы могут иметь веру, оставаясь при этом врагами рода человеческого, а апостол Павел писал Коринфской общине: «Если я говорю языками и если имею и всю веру, так, что могу и горы передвигать, а любви не имею, то я ничто» (1 Кор. 13, 1 — 2). На Страшном Суде Господь спросит отчета от нас не о том, как мы веровали, а что мы сделали (Мф. 25, 33).

 

В вере нужно укрепляться и утверждаться. Не все верующие сподобятся Царства Небесного. Не все, спасенные от греха и смерти, спасены уже для Вечной Жизни.

 

Несомненно, что вера у ищущего спастись должна быть именно правою верою, ибо «близок Господь ко всем призывающим Его, ко всем, призывающим Его в истине» (Пс. 144, 18). Кто не имеет таковой, не может спастись, «без веры угодить Богу невозможно» (Евр. 11, 6). Сектанты ищут спасения вне истинной веры, настаивая на том, что одной веры достаточно для спасения. Правая Православная вера исходит из того, что без помощи Божией, без молитвенного ходатайства Пресвятой Богородицы и святых невозможно спастись. Молитвы, приносимые за умерших членов Церкви, поклонение мощам и иконам — все это проявление нашей веры, через которую нам подается бла­годать Божия.

 

Человек по праву надеется на спасение, если верит, что в таинстве Крещения он омывается от грехов (Деян. 2, 38), в таинстве Миропомазания получает благодатные дары Святого Духа (Еф. 4, 30), укрепляющие его в духовной жизни, в таинстве Покаяния получает прощение грехов, содеянных в личной жизни (Ин. 22, 23)103.

 

О спасении не только верою, а благодатью и делами ясно учит Слово Божие. «Благодатью вы спасены через веру, и сие не от вас Божий дар… Ибо мы — Его творение — созданы во Христе Иисусе на добрые дела» (Еф. 2, 8 — 10), — пишет апостол Павел. Таким образом, вера только открывает нам доступ к спасительной благодати. Через веру «мы имеем мир с Богом через Господа нашего Иисуса Христа, через Которого верою и получаем доступ к благодати, в которой стоим и хвалимся надеждою Славы Божией» (Рим. 5, 1 — 2).

 

Вера ветхозаветных праведников, на которую так любят ссылаться сектанты, была деятельной (Рим. 4, 2). По повелению Божию Авраам переселился со своим семейством с обжитого места в неизвестную страну. Довольно было слова, и он готов был делом засвиде­тельствовать верность Творцу — принести единственного сына в жертву. «Не делами ли оправдался Авраам, — пишет апостол Иаков, — отец наш, возложив на жертвенник Исаака сына своего? Видишь ли, что вера содействовала делам его, и делами вера достигла совершенства. И исполнилось слово Писания: «Веровал Авраам Богу, и это вменилось ему в праведность, и он наречен другом Божиим. Видите ли, что человек оправдывается делами, а не верою только?» (Иак. 2, 21 — 24).

 

Писание изобилует примерами, указывающими, что для спасения одной веры недостаточно. Так, Корнилий, муж благочестивый и боящийся Бога, получил надежду на спасение после того, как крестился. После того, как уверовал темничный страж, ему также необходимо было совершить таинство Крещения. И в первый день Пятидесятницы уверовавшим святые Апостолы предложили покаяться и креститься водою (Деян. 2, 37).

 

Ища оправдание своему учению о спасении только верою, сектанты обычно указывают на места Священного Писания, где говорится, что «делами закона не оправдается пред Ним никакая плоть» (Рим, 3, 20), «что спасение не от дел» (Гал. 2, 16).

 

Но разве святой Павел в своих посланиях не говорит о ненужности для спасения исполнения дел закона Моисея. И в приводимых пятидесятниками текстах говорится отнюдь не о делах Закона Христова, а о делах обрядового закона Моисея, то есть об обрезании, суб­ботах, новомесячьях и прочих, чем хвалились, иудеи. Мы знаем, что обрядоверие не спасло слепых в истинной вере, не узнавших Мессию Христа и не обретших благодати в Таинствах Христовой Церкви.

 

Сектанты, очень любящие рассуждать о соблюдении Христовых заповедей, забывают, что «не слушатели закона праведны пред Богом, но исполнители закона оправданы будут» (Рим. 2, 13).

 

Православное понимание спасения есть неустанное возрождение человека, совершаемое на протяжении всей его жизни. Оправдание усваивается по мере очищения сердца от пороков и страстей. Получив однажды благодать в таинствах Крещения и Миропомазания, человек продолжает «обновляться Духом» во все дни своей жизни. Для этого и даны нам таинства Покаяния, Причащения, Елееосвящения.

 

Господь наш Иисус Христос на протяжении всего служения непрестанно говорил: «Что вы зовете Меня: Господи! Господи! — и не делаете того, что Я говорю?» (Лк. 6, 46), «не всякий, говорящий Мне: Господи! Господи! — войдет в Царство Небесное, но исполняющий волю Отца Моего» (Мф. 7, 19 — 21).

 

Сектанты обычно с поразительной самонадеянностью называют себя спасенными, ибо утверждают, что не делают грехов к смерти. Но всякий грех мерзок перед Богом и разве гордость не есть самый большой — диавольский грех? Сатана низвержен был из-за гордости. Сектанты же горделиво и беспредельно уверены в своем спасении.

 

Спасение для православного — это борьба за очищение от греховной скверны, и любой грех — к смерти он или не к смерти — есть свидетельство больной души. И мы знаем, ничто нечистое не войдет в Царство Небесное.

 

Единственное, на что можно надеяться, — это на милость Божию. Пятидесятники сами лишают себя и этой надежды, поскольку не считают себя грешниками, зато в преизобилии выискивают грехи вокруг себя: в среде православных, католиков, представителей иных протестантских деноминаций. «От избытка сердца глаголют уста» (Мф. 12, 34). В Писании же сказано: «Не судите, да не судимы будете» (Мр. 7, 1). Известен поэтически красивый образ, приведенный руководителем христиан веры евангельской Р.Биласом в проповеди перед московской общиной о том, что «свеча должна гореть в сердце, а не на подсвечнике». Бесспорно, если сердце не горит любовью к Богу и ближнему, то все наше внешнее делание будет бесплодно. За что Господь и обличал фарисеев, дававших десятину с огородных трав, но пренебрегавших важнейшим в законе — любовью к ближним.

 

Поспешное вычитывание молитв, не переживаемое сердцем, «телесное» исполнение постов само по себе не может нас приблизить к Богу. Но если это делается ради послушания Матери Церкви, Глава которой Христос, то можно надеяться, что это волевое усилие будет принято Господом как жертва, как плод любви и верности Ему, Святой Игнатий Брянчанинов по этому поводу пишет: «Делайте, делайте внешнее, а за внешнее Господь даст внутреннее, ибо внешнее принадлежит нам, а внутреннее Богу».

 

Пятидесятники с особым пристрастием относятся к первому посланию апостола Павла к Коринфянам, где говорится о дарах духовных. Но вспомним, что в нем он сообщает о впадении в грех одного из членов общины и советует отлучить его от общения с Церковью. На этом примере Апостол являет нам, как человек, и веру имеющий, и не делающий грехов к смерти, может пасть и отвратиться от Заповедей Божиих. Отнюдь не застрахованы от этого же и сектанты. Чем они лучше или выше коринфян?

 

По отношению к себе с поистине необъяснимым самоупоением они любят повторять: «Рожденный от Бога не грешит, но рожденный от Бога хранит себя  и лукавый не прикасается к нему» (Ин. 5, 8). Сколь надо быть одержимым гордыней, чтобы не видеть, что в этом и других подобных местах Священного Писания свидетельствуется о высоких степенях духовности, о людях, проведших годы, десятилетия в тяжелейшей борьбе с грехом. Это удел совершенных. Только в конце жизни апостол Павел — этот столп Церкви — позволил себе сказать: «Течение совершил, веру сохранил» (2 Тим. 3, 7 — 8).

 

«А чем я хуже апостола Павла?» — возразил мне однажды сектант. Такого трудно чем-либо вразумить, и пришлось напомнить первое, что пришло на память: но ведь от платков Апостола получали исцеления. Клали больных на дорогу, где он проходил, чтобы его тень коснулась страждущих (Деян. 19, 12). Только тогда гордый состязатель Апостолов умолк.

 

Замечено, что у сектантов начисто отсутствует верное понятие святости и духовного совершенства. Это словно некий органический порок. Откуда это духовное повреждение? Казалось бы, те же пятидесятники подвизаются даже в мелочах повторять жизнь образов Апо­стольской Церкви. Может быть, в своем наивном копировании не понимают они, что тогда Церковь только зарождалась, что это особый харизматический век, неповторимый в истории Церкви Божией?

 

Сравнивая свою жизнь с жизнью Апостольской Церкви, сектанты силятся отыскать в них нечто общее. Говорят, будто и у них была та же плотяность членов, такие же разделения, а Апостол Павел тем не менее называет же коринфян святыми. Но разве не очевидно, что Павел называет коринфян святыми не из-за того, что они духовно святы, а в силу их причастности к общей, единой, вселенской Церкви Христовой, Глава которой Свят и которой руководит Дух Святой. Разве могут подлинно святые разделиться?

 

Осмелюсь утверждать, что Апостолы имели бесконечно большую веру, нежели наши сектанты. Однако и они сознавали себя грешниками. Святой Иоанн Богослов пишет: «Если говорим, что мы не имеем греха, обманываем самих себя» (1 Ин. 1, 8). О том же вы­сказывается и апостол Иаков: «Все мы много согрешаем» (Иак. 3, 2). А если так, то кто же вправе рассуждать о своем спасении? Глубина греха откроется перед человеком только на Страшном Суде. Апостолы никогда не говорили о себе, что уже спасены, а лишь выражали надежду на спасение: «Мы веруем, что благодатью Господа Иисуса Христа спасемся» (Деян. 15,11).

 

Никто из живущих на земле еще не спасен. Мы получим спасение, если начатую жизнь «твердо сохраним до конца» (Евр. 3, 4).

 

Никто среди живых не может получить залог Вечной Жизни. Да, верующие во Христа искуплены Спасителем, но самое спасение — это великая награда за веру и добродетельную жизнь. Только так праведники — «исполнители закона оправданы будут» (Рим. 2, 13). Но если сказано «будут», то это не значит, что уже «оправданы».

 

Пятидесятники ищут себе оправдание в словах апостола Павла: «Нас, мертвых по преступлениям, оживотворил… воскресил с Ним и посадил на небесах во Христе Иисусе» (Еф. 2, 5 — 9).

 

Господь Иисус Христос действительно обожил человеческую природу, ипостасно соединившись с ней, воскресил и посадил на небесах. Мы усвояем себе плоды крестной Жертвы и Воскресения. Господь воскрешает наши души от греховной смерти в купели возрождения, т.е. Крещения (Деян. 2, 38), но мы еще только ожидаем нового неба и новой земли (2 Петр. 3, 13). Странно было бы распространять эти слова Апостола (Еф. 2, 5 — 9) и к членам Церкви, и одновременно к тем, которые вне этой Церкви, — сектантам.

 

Итак, если мы еще не спасены, то всю нашу деятельность следует направить на спасение. Человек творит свое спасение делами. «Ибо мы, Его творение, созданы во Христе Иисусе на добрые дела, которые Бог предназначил нам исполнять» (Еф. 2, 10). «Каждый получит от Господа по мере добра, которое он сделал (Еф. 6, 8). Ибо Бог «воздаст каждому по делам его» (Рим. 2, 6 — 10).

 

В то же время православным чуждо католическое понимание спасения делами, если совершаются они без сердечного расположения. Спасительны только те дела, которые очищают душу от греховных наклонностей. При этом внешняя деятельность человека неизбежно обнажит его внутреннее устроение, его веру. Мы должны непрестанно наблюдать за собой, «чтобы нам не потерять того, над чем мы трудились» (2 Ин. 8).

 

Апостол Петр советует: «Более и более старайтесь делать твердым ваше звание и избрание, так поступая, никогда не преткнетесь, ибо так откроется вам свободный вход в вечное Царство Господа» (2 Пет. 1, 10 — 11). Не чужды пятидесятники и саморекламы своих «дел», при этом не гнушаются критикой других протестантских церквей, как не имеющих истинной Апостольской веры. А все оттого, говорят они, нет в них и дел по вере. Вместе с тем они сознают, что для спасения одной только веры не всегда достаточно. Что же тогда понимают сектанты под делами? По их мнению, это чрезвычайные дарования Апостольского века: «языки», «пророчества», «истолкования»… Тогда правомерен вопрос: так ли уж истинны дела самих сектантов?

 

В 1991 году общину незарегистрированных пятидесятников в одном из Подмосковных совхозов посетил лидер этого движения И.П.Федотов. Он, вернувшись из США, решил показать единоверцам фильм о деятельности эмигрантов-пятидесятников. В этот день мо­литвы на «языках» совершались дольше обычного. Неожиданно одну из них остановил сам Федотов, слегка похлопав по плечу пресвитера общины «брата» Александра, и попросил прекратить молитву на «языках». Неожиданно один из гостей общины, приехавший из Сибири, подошел к Федотову и, возложив руки на его голову, вдруг заговорил, что перед ними не Федотов вовсе, а великий столп церкви, адамант непобедимый, которому надлежит вести стадо, а пасомым следовать повелениям многострадального узника… Естественно, что собрание восприняло эти слова как пророчество. Похоже, что сказанное пришлось по душе и Федотову, который, проповедуя, не забыл напомнить: «Когда я был в третьих узах…» (он действительно трижды отбывал наказание за нарушение советского законодательства о религиозных культах). Так «ненавязчиво» навевалась прозрачная аналогия с узами апостола Павла. Затем вдохновенный «пророк» вновь прервал молитву общины на «языках» и, обратившись к Федотову, заявил: «У меня пророчество. Жертвуйте, жертвуйте, здесь будет большой молитвенный дом…» Впрочем, и без того все знали, что поблизости собираются строить новое молитвенное здание. Необычно в словах «пророка» прозвучал призыв к сбору денег. Дело в том, что у пятидесятников-федотовцев обращения о пожертвованиях не практиковались.О «пророке» же стоит сказать, что еще недавно был он горьким пьяницей, о чем рассказал общине его родной брат. Сколь же легок путь сектантов из грешников в «святые», и не просто в святые, но и с «обладанием дара пророчества».

 

После многочисленных встреч с пятидесятниками автору этой работы довелось однажды увидеть обладавшего даром истолкования языков, что является большой редкостью среди прочих «дарований», как заявили сектанты, пригласившие меня на свое собрание в одну из московских квартир. Речь шла о «брате» Николае, который был в ту пору проездом в Москве. На собрании была преимущественно молодежь. Помимо сектантов на нем присутствовали двое молодых людей, безразличных к религии, также приглашенных для того, чтобы воочию убедиться в харизматических дарованиях «брата» Николая. «Истолкователю» было около шестидесяти лет. Вначале он долго и охотно поучал, называя себя «старцем», после чего предложил помолиться. Все встали в круг на колени и стали говорить «языками». «Старец» Николай принялся изъяснять чью-то глоссолалию. Говорил он о том, что присутствующим следует быть твердыми в вере, не отступать перед врагами и т.д. Несмотря на попытки подняться до апокалиптического пафоса, в целом речь «старца» оказалась малозначительной, а ведь он толковал «изречения Духа Святого». С тяжелым чувством смотрел я на происходящее. Одна девушка, «молившаяся языками», в своем бормотании время от времени выговаривала несколько однообразных слогов: «Ди-ди-ди-ди, дзи-дзи-дзи-дзи». Тотчас старец переводил это место: «Так, именно так», — и уже сам переходил на «молитву языками», покуда девушка вновь не начинала произносить нечто более многосложное. Разумеется, при этом все пятидесятники молились «языками». После молитвы «старец» сказал, что не знает, чьи языки ему открыл Господь. Для кого «брат» Николай толковал? С болью в сердце смотрел я на это бубнящее собрание, мнившее, что оно говорит с Самим Господом Иисусом Христом! После молитвы вновь последовало несколько наставлений «брата» Николая, в которых он не преминул обрушиться с хулой на Православную Церковь и ее служителей. Долго сдерживая себя, я, однако, решил было вступить с ним в полемику. Впрочем, никакой «полемики» не получилось, «старец», видимо, по праву хозяина держался очень грубо, раздражался и переходил на крик, когда я просил ответить на те или иные вопросы из Писания. Насколько я смог понять, «старцу» не было ведомо серьезное знание Писания. Рассердившись, он то и дело почему-то приговаривал: «На Моисеевом седалище сели книжники и фарисеи». «Что же, — отвечал я ему, — ведь сказано, «все, что они велят вам соблюдать, соблюдайте и делайте, по делам же их не поступайте» (Мф. 23, 3). Почему вы не исполняете повеления служителей Православной Церкви, если относите эти слова Спасителя к ним?» Ответа не последовало. «Старец» Николай очень нервничал, и его единоверцы предложили совершить последнюю молитву, на что «истолкователь» ответил, что не может молиться в таком состоянии. Молитву совершали без его участия. Перед уходом с молитвенного собрания «старец» поразил меня вовсе неприятной выходкой: обращаясь ко мне, он громогласно, в присутствии всех, объявил, что одного из нас ожидает очень большое горе.

 

Таков мой личный опыт знакомства с «чудесами» и «дарами» пятидесятников. Справедливости ради отмечу, что и сами сектанты пишут, что это чистейшая профанация, однако всегда подчеркивая, что существуют и подлинные дары.

 

Приведем здесь только два несбывшихся пророчества. Так, в 1953 году в городе Тамтогале Кемеровской области на собрании сын пресвитера общины, «обладающий» пророческим даром, Василий Холодов «стал пророчествовать»: «Город провалится сквозь землю. Кто не выедет — погибнет. Нашлись легковерные. Оставили обжитые места, но город стоял… Пошли скандалы и разделения»105.

 

Из потока несбывшихся пророчеств, исходивших из сект пятидесятников, сугубою нелепостью выделяется пророчество, во исполнение которого многие единоверцы этого движения выехали в 50-е годы в город Находку с упованием в скором времени покинуть СССР, поскольку секта тогда не была зарегистрирована. Прождав безрезультатно 25 лет, сектанты стали роптать. Иван Плотников — лидер общины — в ответ открыл Библию и прочитал то место, где говорилось, что народ еврейский терпел плен семьдесят лет… Что тут возразишь, остается одно — ждать. При этом отметим: о лживости этого пророчества пишут сами пятидесятники106.

 

Такова практика пятидесятников. Могут ли подобные «дела» спасти человека? Но каковы дела, такова и вера.

 

В заключение, возвращаясь к доводам сектантов о самодостаточности веры для спасения, напомним, что вера была не только у послушных сынов Церкви, но и у язычников: капернаумского сотника, сирофиникийской женщины. Добрые дела творят не только сектанты, помогая ближним, но и вообще очень многие и из неверующих.

 

Дела без истинной веры не спасают, равно как и вера без дел не спасет. Помимо веры для спасения потребна еще и любовь (1 Кор. 13, 9), участие в церковных Таинствах (Деян. 2, 38), надежда на Бога (1 Тим. 1, 1), что благодатью Господа Иисуса Христа спасемся (Деян. 15, 11).

 

Святой апостол Варнава учил: «Будем внимательны к последним дням, ибо все время нашей жизни и веры не доставит нам никакой пользы, если не будем ненавидеть неправды… Не отделяйтесь от других, как будто вы были уже оправданы, а, напротив, собираясь в одно место, исследуйте, что прилично и полезно всем возлюбленным вообще… Каждый получит мзду по делам своим»107.

 

Святой Климент Римский, ссылаясь на Апостола, напоминает: «Не всякий, кто говорит… Господи, спасется, но делающий правду (Мф. 7, 21). Поэтому, братья, будем исповедовать Его добрыми делами»108.

 

Православная Церковь никогда не отделяла веру от дел и дела от веры. Вера и дела — это нерасторжимое целое, двуединый акт, определяющий земное бытие православного.

 

 

 

4. О священстве

 

 

 

«Дав Святым Духом повеления Апостолам… не отлучайтесь из Иерусалима, но ждите обещанного от Отца»

 

(Деян. 1,2- 4).

 

«При наступлении дня Пятидесятницы все они были единодушно вместе… И исполнились все Духа Святого»

 

(Деян. 2, 1 — 4).

 

«И все изумлялись и дивились, говоря между собою: сии не все ли Галилеяне?.. Петр же, став с одиннадцатью, возвысил голос свой…»

 

(Деян. 2,7- 17).

 

 

 

«Церковь Христова есть хранительница истинной веры, благочестия и святых Таинств, в которых верующим подается благодать Святого Духа для получения Вечной Жизни. Для научения людей вере и благочестию и особенно для совершения Таинств и богослужения поставлены Христом в Церквах особые люди-пастыри»109.

 

Истинное священство берет свое начало от святых Апостолов, которые через руковозложение передают избранному лицу дар Божий (2 Тим. 2, 6) — благодать Святого Духа, дар священства.

 

Без законного рукоположения, идущего от Апостолов, не может быть Церкви Христовой. Спасение совершается благодатью, которая подается только в Церкви. Следовательно, где нет Апостольского преемства, там нет спасения.

 

Пятидесятники говорят, что в Церкви все равны, так как Дух Святой в день Пятидесятницы был излит на всех верующих, собравшихся в Иерусалиме110. С этим никак нельзя согласиться.

 

В Деяниях говорится, что Господь, «дав Святым Духом повеления Апостолам, которых Он избрал, которым я явил Себя живым… говоря о Царствии Божием… повелел им: не отлучайтесь из Иерусалима, но ждите обещанного от Отца… о чем вы слышали от Меня. Ибо Иоанн крестил водою, а вы через несколько дней после сего будете крещены Духом Святым (Деян. 1, 2 — 5). Отметим, что слова эти обращены только к самым близким ученикам (т.е. двенадцати Апостолам). Далее Деяния повествуют, что когда «они возвратились в Иерусалим… где и пребывали Петр и Иаков, Иоанн и Андрей, Филипп и Фома, Варфоломей и Матфей, Иаков Алфеев и Симон Зилот, и Иуда, брат Иакова» (Деян. 1, 12 — 13). Не случайно и здесь перечисляются только ближайшие ученики Спасителя — Святые Апостолы.

 

На особое место Апостолов в Церкви указывает и тот факт, что вместо отпавшего Иуды собрание верных избирает одного из тех, которые находились с ними во все время пребывания Спасителя на земле (Деян. 1, 21).

 

Если, по воззрениям пятидесятников, все были в Церкви равны, то какое имеет значение избрание Матфея на место отпавшего Иуды (Деян. 1, 26)? Именно то, что верующие первохристианских времен отводили Апостолам недосягаемо высокое место.

 

«В те дни Петр, став посреди учеников, сказал — было же собрание человек около ста двадцати» (Деян. 1, 15) — о необходимости  избрания на место отпавшего Иуды. Здесь Писание упоминает собрание «около ста двадцати» (Деян. 1, 15). Именно на этом основании сектанты строят свои утверждения о сошествии Святого Духа на всех верующих, находившихся в Иерусалиме. Но столь обширное собрание было созвано лишь для избрания двенадцатого Апостола. Само избрание происходило не голосованием, а посредством жребия, что указывает на особое значение в глазах верующих Апостольского служения.

 

Апостолам в день Пятидесятницы были сообщены особые благодатные дары, особая полнота Духа. Вот почему первые христиане, свершивши молитву, сказали: «Ты, Господи, Сердцеведец всех, покажи из сих двоих одного, которого Ты избрал принять жребий сего служения и Апостольства… и выпал жребий Матфею, и он причислен к одиннадцати Апостолам» (Деян. 1, 24 — 26). «При наступлении Пятидесятницы все они были единодушно вместе» (Деян. 2, 1). Здесь речь идет только о двенадцати Апостолах, что подтверждает и последующее изложение. Когда Дух Святой сошел на Апостолов и они заговорили на различных языках, все изумлялись и дивились, говоря между собой: «Сии не все ли Галилеяне? Как же мы слышим каждый собственное наречие, в котором родились?» (Деян. 2, 7 — 8).

 

Трудно представить, что все, которые «изумлялись и дивились» (Деян. 2, 7), могли с такой решительностью высказываться, что все, говорившие языками (более ста двадцати), были жителями Галилеи. Кто мог поручиться за такое большое собрание? Следовательно, так можно было сказать только о двенадцати Апостолах. Они были очень хорошо известны еврейскому народу.

 

Другим доказательством «теории двенадцати» являются слова апостола Петра, сказанные в ответ тем, кто насмехался и говорил, что «они напились сладкого вина» (Деян. 2, 13). «Петр же, став с одиннадцатью, возвысил голос свой и возгласил им… они не пьяны» (Деян. 2, 14). Ясно, что сказанное им относилось только к ближайшим ученикам, ни о ком ином Писание здесь не говорит.

 

Вместе с благодатными дарами Святого Духа Апостолы получили и благодать священства — поставлять через рукоположение законных пастырей Церкви, о чем пишет в Послании к Тимофею апостол Павел: «Напоминаю тебе возгревать дар Божий, который в тебе через мое рукоположение» (2 Тим. 1, 6).

 

У пятидесятников тоже существует обряд руковозложения, когда двое или несколько служителей возлагают руки на избранного, после чего он становится пресвитером. При этом они отрицают возможность передачи через руковозложение благодати. Для них это всего лишь обрядовая формальность, мертвая копия того, о чем мы читаем в Слове Божием. У сектантов во диаконы могут рукополагать пресвитеры, а в пресвитеры — старшие пресвитеры (епископы).

 

Сектанты любят говорить о демократизме и равенстве, царящих в их общинах, праве выбирать всеми верующими служителей, о том, что пастыри их «такие же», как они. Впрочем, равенство это только внешнее, а на деле в общинах и объединениях существует строгая иерархия и возложение рук могут совершать только те, кто уже руковозложен, и такой возможности совершенно лишены рядовые верующие. Так, «пресвитер поместной церкви избирается или поставляется на служение на членском собрании церкви из числа братьев по представлению епископа региона»111. Епископы избираются также сугубо узким кругом лиц. Съезды принимают решения, уже заранее подготовленные и разработанные. Право учительства тоже является прерогативой пастырей и проповедников. Да и в кратком вероучении ХЕВ вполне недвусмысленно изъяснено: «Следует уважать трудящихся и предстоятелей в Господе, вразумляющих вас, и почитать их преимущественно с любовью за дело их (1 Фес. 5, 12), повиноваться наставникам и быть покорными»112. В вероучении ХВЕ (опубликовано в 1994 году) мы также читаем: «Обязанности члена церкви: повиноваться служителям церкви»113.

 

Нигде Священное Писание не говорит нам, что сама община первых христиан избирала и самостоятельно рукополагала священников. Это всегда совершалось только с ведома Апостолов, обладавших епископской властью. Правда, сектанты обычно ссылаются на факт избрания Матфея и семи диаконов. Но при поставлении Матфея на Апостольское служение вовсе не было руковозложения, а был брошен жребий. К тому же избрали из тех, кого Господь ранее Сам поставил в число 70 Апостолов. Избрание семи диаконов тоже происходило при непосредственном участии 12 Апостолов, которые и предложили это сделать, вскоре «возложив на них руки» (Деян. 6, 1 — 6).

 

Так, апостол Павел пишет епископу Титу: «Для того я оставил тебя в Крите, чтобы ты довершил недоконченное и поставил по всем городам пресвитеров, как я тебе наказывал» (Тит. 1, 5). Конечно, народ мог участвовать в избрании на должность священника или диакона, но последнее, решающее, слово всегда принадлежало епископу. «Рук ни на кого не возлагай поспешно, и не делайся участником в чужих грехах», — пишет святой Павел Тимофею (1 Тим. 5, 22).

 

«Церковь там, где епископ», — писал Игнатий Богоносец. То, что Сам Господь поставляет в Церкви на пастырское служение, ясно учит слово Божие: «Он поставил одних Апостолами, других пророками… иных пастырями и учителями, к совершению святых, на дело служения, для созидания Тела Христова» (Еф. 4, 11 — 12).»Потому что никто сам собою не приемлет этой чести, но будучи поставлен Богом, как и Аарон» (Евр. 5, 4 — 5).Ветхий Завет был сенью грядущих благ, но уже в ветхозаветные времена существовала трехстепенная иерархия в лице первосвященников, священников и левитов. В этом был прообраз будущего, новозаветного благодатного священства. В книге Чисел написано: «Вам даю Я в Дар службу священства, а посторонний, приступивший, предан будет смерти» (Чис. 18, 1). Смертью был поражен Оза только за то, что прикоснулся к ковчегу Божию, на что имел право только священник (2 Цар. 6, 6 — 7).

 

Корей, Нафан и Авирон, поднявшие возмущение в народе против Моисея и Аарона, желавшие присвоить себе священническое служение, были наказаны Господом страшной карой. Их вместе с сообщниками в числе 250 поглотила земля (Чис. 16).

 

Обычно пятидесятники для подтверждения истинности своего учения о всеобщности священства ссылаются на различные места Писания, и особенно на это: «Нет уже Иудея, ни язычника, нет раба, ни свободного, нет мужеского пола, ни женского, ибо все вы одно во Христе Иисусе (Гал. 3, 28). Но разве не очевидно, что здесь говорится отнюдь не о иерархическом равенстве членов Церкви, а о том, что в деле спасения не важны ни национальность, ни происхождение, ни социальное положение, ни пол. Это послание к Галатам было обращено против христиан из иудеев, возгордившихся перед христианами из язычников своим происхождением от самого Авраама. Апостол недвусмысленно говорит, что Царство Небесное открыто для всех, «будет ли иудей или эллин, раб или свободный»114.

 

Пришествие Христово не упразднило мужской пол и женский. Об этом ли здесь речь? В античном мире женщина была поражена в правах по сравнению с мужчиной. Христос всем открыл двери рая, независимо от разнообразных человеческих иерархий.

 

«Господь соделал нас царями и священниками Богу и Отцу Своему», — в гордой самонадеянности твердят сектанты. О нас, говорят они, сказано: «Вы — род избранный, царственное священство, народ святой» (Петр. 2, 9). И в этом месте Писания силятся найти подтверждение принципа всеобщности священства в Церкви Христовой.

 

Действительно, каждый христианин является священником храма души своей. «Жертва Богу дух сокрушен; сердце сокрушено и смиренно Ты не презришь, Боже» (Пс. 50, 19). Господствуя с помощью благодати над своей падшей природой, не давая места греху, человек делается «царем» — хозяином своей воли. Он освобождается от власти диавола и становится господином своей природы. Духовная свобода дарована для царствия в духе, а не для земного царствования. В этом смысле и употреблены слова «царями и священниками».

 

Протестанты удивительно напоминают Корея со товарищи, восставших на Моисея и Богом поставленных для жертвоприношения. «Все общество, все святы и среди их Господь!» (Чис. 16, 3), — так говорили эти бунтовщики, и были наказаны смертью.

 

Следом за ними современные сектанты, все как один, говорят, что они «народ святой» (1 Кор. 1, 2). В Ветхом Завете Господь называет израильский народ тоже святым. Но это вовсе не говорит о том, что святой — совершенно безгрешен. Среди избранного народа было немало пороков и даже отступивших от Бога, однако народ не переставал быть святым, ввиду вверенного ему служения, святого по своим целям — домостроительства спасения рода человеческого.

 

Так и в Новом Завете апостол Павел многих из христиан называет святыми в своих Посланиях. Таковы, например, коринфяне, среди которых было много «плотских». И в устах Апостола святость — это прежде всего избранность христиан среди остального человечества, ибо им принадлежат обетования.

 

В своих ссылках на ненужность особого священства пятидесятники приводят совет Апостола наставлять «друг друга каждый день» (Еф. 3, 13). Учить и наставлять друг друга христиане, конечно же, могут, но только тому, чему и как учат поставленные в Церкви пастыри и учители (Еф. 4, 11). «И как проповедовать, если не будут посланы?» (Рим. 10, 15). «Бог поставил в Церкви, во-первых, Апостолами, во-вторых, пророка­ми, в-третьих, учителями… Все ли Апостолы? Все ли пророки? Все ли учителя?» (1 Кор. 10, 28 — 29).

 

Сектанты утверждают, что имеют право на учительство, о чем пишут в своих уставах: «Согласно указаниям Священного Писания, каждый член общины должен считать святым долгом — участвовать в деле распространения Царства Божия»115. Писание же советует нам: «Не многие делайтесь учителями, зная, что мы подвергнемся большому осуждению» (Иак. 3. 1). Так посрамляется право учительства всеми и всех.

 

Безосновательно укоряют Православную Церковь в том, что в ней право учительства принадлежит исключительно пастырям. Достаточно побывать в наших московских храмах, чтобы убедиться, что здесь проповедуют и студенты Духовных школ, и псаломщики, и диаконы.

 

Что касается желания проповедовать, одолевающего многих сектантов-пятидесятников, то причиной тому крайняя доступность, а точнее примитивность, протестантского учения — «уверуй и спасен». Проповеди пятидесятников — это «басни» (2 Петр. 1, 16). О чем тут только не услышишь, вплоть до бытовых проблем о дороговизне мыла и колбасы. Излюбленный жанр проповеди — бесконечное переживание собственного опыта, случаев из частной жизни. Отвергнув поучительные в духовном и практическом плане жития святых, сектанты непрестанно твердят о своих житиях, превращая (вот уж точнее не скажешь) собрания в разновидность упражнений по психоанализу с «духовной подкладкой».

 

Большинство пятидесятнических сект признает трехстепенную начальствующую иерархию: епископы, пресвитеры и диаконы. По их воззрениям, никакими особыми благодатными дарами эти служители не отличаются. Все они в этом отношении равны. Различие за­ключается лишь в административных полномочиях. Только евангельские христиане в духе Апостолов (ЕХ-ДА) отвергают существование трех степеней начальствующих в Апостольские времена и настаивают на том, что тогда между епископом и пресвитером никакой разницы не было. Действительно, терминология в I веке еще не устоялась, иногда епископов называли пресвитерами (что означает — старший), а пресвитеров — епископами, но это отнюдь не значит, что тогда не было трехстепенного благодатного священства. Впрочем, ЕХДА отвергают и само название «епископ», признавая только пресвитерство и диаконство. Это направление претендует на особый строй духовной жизни, отличный от других течений сектантов-пятидесятников. Особое внимание здесь уделяется мистической жизни церкви, где все должно совершаться по пророчеству или указанию свыше. Например, когда представилась возможность выйти из принудительного Союза с Евангельскими Христианами-Баптистами, христиане в «духе Апостолов» не сделали этого, поскольку никакого знамения к этому не было, а совершать что-либо по человеческому разумению им не разрешается. Только около половины из полуста общин этого течения имеют поставленных пресвитеров. Даже если община испытывает острую нужду в служителе, рукополагать не будут хотя бы и достойного кандидата. Будут ждать пророчества или видения.

 

В трех небольших группах пятидесятников этого направления в Москве ни в одной из них до недавнего прошлого не имелось пресвитера, хотя есть, по мнению самих верующих, вполне достойные рукоположения. Одну из групп возглавляет Ф.А.Гурычев, лично знавший виднейшего из основоположников этого движения (ЕХДА) — Н.П.Смородина.

 

В остальном обрядовая сторона учения адептов этого направления такая же, как и у других пятидесятников. Разве что обряды крещения и хлебопреломления у них совершаются реже, так как их могут выполнять только рукоположенные пастыри. А их в каждой общине по одному. Исключение составляет Караганда, где их три, Санкт-Петербург и Одесса — по два.

 

Отвергнув истинное учение о священстве, сектанты выдумали новое, для которого нет оснований ни в Священном Писании, ни в творениях Отцов и учителей Церкви.

 

Святой Ириней, епископ Лионский, указывая на чрезвычайную важность апостольского преемства через рукоположение, писал: «Мы можем перечислить епископов, поставленных Апостолами в церквах, преемников до нас»116.

 

«Пусть, — обращается к еретикам Тертуллиан — объявят ряд своих епископов, который продолжался бы с таким преемством, чтобы первый из епископов имел своим виновником и предшественником кого-либо из Апостолов или мужей апостольских, долго обращавшихся с Апостолами»117.

 

Итак, сознательное искажение и неприятие истин Священного Писания, ошибочное упование на спасение исключительно верою, равно как отвержение благодатного священства указывают на невозможность причислить пятидесятников к Церкви Христовой, вне которой спасение невозможно.

 

 

 

5. Учение пятидесятников о Церкви

 

 

 

«Создам Церковь Мою, и врата ада не

 

одолеют ее»

 

(Мф. 16, 16).

 

«Один Господь, одна вера, одно крещение, один Бог и Отец всех»

 

(Ефес. 4, 5 — 6).

 

«Горе им, потому что идут путем Каиновым, предаются обольщению мзды, как Валаам, и в упорстве погибают, как Ко­рей… Это ропотники, ничем не довольные, поступающие по своим похотям (нечестиво и беззаконно), уста их произносят надутые слова… Это — люди, отделяющие себя (от единства веры), душевные, не имеющие духа»

 

(Иуд. 11, 16, 19).

 

 

 

«Церковь есть основанное Господом Иисусом Христом, искупленное Его крестными страданиями общество верующих людей, соединенных между собой, под главенством Христа, единою истинною верою, законным, преемственно от Апостолов рукоположенным свя­щенством, участвующее в принятии святых Таинств, в которых подается благодать Святого Духа для получения Вечной Жизни»118.

 

Церковь состоит из земных и небесных жителей. Земная Церковь — воинствующая — осуществляет свою миссию под благодатным покровом небожителей во главе с Иисусом Христом — истинным Богом и истинным человеком. С другой стороны, и земная Церковь оказывает помощь и поддержку через молитвенные ходатайства за всех умерших.

 

Быть чадом Церкви может лишь тот, кто исповедует истинное вероучение, распространенное по всему миру проповедью Апостолов. В вопросах вероисповедания не может быть ничего малозначащего, отсюда следует, что всякий, кто не принимает в полноте всего учения Пра­вославной Церкви, тем самым отделяет себя от ее Главы — Господа Иисуса Христа.

 

Истинное вероучение одно. Спаситель везде и всегда учил об одной Церкви: «Создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее» (Мф. 16, 18). Христос учил об одной виноградной лозе (Ион. 15, 1 — 6), об одном овчем дворе (Ин. 10, 1), об одном стаде (Ин. 10, 7 — 17). «Одна вера — одно крещение» (Еф. 4, 6), — учит святой Апостол.

 

Известно множество сообществ пятидесятников, баптистов, адвентистов, иеговистов и других, именующих себя христианскими, но ни одно из них не является Церковью Христовой. Все это еретические сборища, возводящие хулу на истинные догматы Церкви, на такие, как спасение верою и добрыми делами, обязательное руководство в жизни Священным Писанием и Священным Преданием, истинное благодатное священство.

 

Все они утверждают, что спасает только вера, но при этом каждый понимает веру по-своему. Отсюда необъяснимое, на первый взгляд, обилие «церквей», не способных объединиться. В них нет единства духа в союзе мира (Еф. 4, 3). Внешне связанные ересью, они обречены на взаимное отчуждение.

 

Каждый православный священнослужитель может засвидетельствовать, что перед хиротонией он произносил исповедание веры, и, если оно совпадало с верою Апостольской, становилось возможным рукоположение в священнический сан.

 

Секты баптистов появились в XVII веке, адвентистов и иеговистов — в XIX, пятидесятников — в XX, поэтому ни о каком Апостольском преемстве здесь речи идти не может. Говоря о пятидесятниках вообще, нужно отметить, что это направление протестантизма возникло в результате «духовного» экспериментаторства. Не потому ли они утверждают, что Церковь не нуждается в Апостольском преемстве. Написано же: «Где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них» (Мф. 18, 20). Без всякого сомнения, эти слова относятся только к истинным чадам Церкви и говорят, вероятно, о некоем частном собрании верующих. К тому же «двое или трое» — это еще не Церковь, о чем убедительно свидетельствует евангелист Матфей (Мф. 18, 15 — 17)119.

 

И хотя некоторые сектанты, отвергнув благодатное священство, не потеряли совсем христианского учения, они сильно исказили его своими требованиями освящения и Обожения человека. В таком случае нет необходимости ни в церковных Таинствах, ни в сохранении древнего строя церковной жизни, заповеданного Апостолами.

 

Как и всякая секта, пятидесятники претендуют на монополию единственно верного разумения Слова Божиего. Их учение о Церкви, образно говоря, зиждется на четырех столпах120:

 

1   — рождение свыше;

 

2  — крещение Духом Святым;

 

3  — исцеление верою во Иисуса Христа;

 

4  — тысячелетнее царство Христа со своими избранниками.

 

Эти четыре устоя и составляют так называемое полное Евангелие, якобы возвещенное Самим Спасителем.

 

Чтобы показать вопиющую противоречивость и несообразность этого учения Слову Божиему, остановимся на нем подробнее.

 

 

 

6. Рождение свыше

 

 

 

«Испытывайте самих себя, в вере ли вы; самих себя исследывайте. Или вы не знаете самих себя»

 

(2 Кор. 13, 5).

 

«Если говорим, что не имеем греха, — обманываем самих себя и истины нет в нас »

 

(1 Ин. 1, 10). «Все мы много согрешаем»

 

(Иак. 3, 2).

 

Догмат пятидесятников о «рождении свыше» явился реакцией на кальвинистское учение об абсолютном предопределении. Кальвинисты считают, что каждый человек заведомо обречен или предопределен к тому или иному состоянию в вечности. По их мнению, Христос спас не весь мир, а только тех, кто предназначен ко спасению. И что бы с этими изначально предназначенными ко спасению ни произошло, какой бы < страшный грех они ни совершили, в конце концов они все-таки будут спасены.

 

Пятидесятники, напротив, настаивают на том, что Иисус Христос Своею кровью искупил грехи всего человечества. Его искупительная жертва распространяется на всех людей, и чтобы спастись, достаточно покаяться в грехах и лично прийти ко Христу121.

 

Спасение достигается через покаяние. Раскаявшийся — «рожденный свыше», — с их точки зрения, уже спасен. «Рождение свыше» связано с крещением Духом Святым, которому оно предшествует во времени. «Рожденный свыше» сначала очищается от всех грехов, а потом крестится Духом Святым. Чтобы наследовать Духа Божия, пишут богословы пятидесятников, и быть в нем, нужно непременно родиться свыше. Без «рождения свыше» никто не может познать Его, и тем более не может наследовать Его»122. Самое «рождение свыше» — это не мгновенный акт принятия Духа, как то бывает при крещении Им, а весьма длительный процесс, начинающийся с момента, когда Господь Иисус Христос впервые признается верующим как личный Спаситель. Завершается он принятием водного крещения: «К этому времени все ветхие привычки должны умереть, ибо мы, — говорят пятидесятники, — умерли для греха в водном крещении»123 (Рим. 6, 1 — 8). Водное крещение не представляет собой Таинства, а, как и у баптистов, есть только обещание Богу доброй совести и свидетельство всех «истинно покаявшихся» и всем сердцем верующих, что Христос есть и Спаситель и Господь124.

 

По его совершении новообращаемый обязан все силы своей души отдавать исполнению заповедей Божиих. До этого же он не может участвовать в акте хле-бопреломления, несмотря даже на то, что может быть членом общины.

 

Чтобы стать членом общины, достаточно покаяться перед единоверцами и публично явить желание отдать свое сердце Господу.

 

Некоторые толки пятидесятников (субботствующие и немногочисленные другие) учат, что покаяние (присоединение к общине) завершает первую ступень духовного совершенствования. Вторая — это водное крещение, третья — крещение Духом Святым. Таково, вкратце, их учение о трех  духовных кризисах (благословениях) в жизни человека125. В целом же большинство пятидесятников в нашей стране придерживается теории двух духовных кризиров (благословений) — «рождения свыше» и «крещения Духом Святым».

 

«Рождение свыше*’ есть свидетельство, которое будто бы Дух Святой дал каждому пятидесятнику о том, что он спасен и стал сыном Божиим. Трактуется оно как некое внутреннее переживание, своего рода заверение Бога о духовном спасении уверовавшего.

 

Обосновывая понятие «рождение свыше», пятидесятники ссылаются на Евангелие от Иоанна: «Кто не родится от воды и Духа, не может войти в Царство Божие» (Ин. 3, 5). Правда, некоторые сектанты, например христиане веры евангельской, евангельские христиане в духе Апостолов, христиане евангельской веры (их явное меньшинство), усматривают в этих словах Спасителя указание на необходимость двух видов крещения — водой и Святым Духом. Другие — слова «от воды» толкуют символически, как духовное рождение через восприятие Слова Божиего. Самое же водное крещение понимается как символ возрождения от греховной смерти, уже совершенное через слово Божие126. При всех различиях буквального понимания этого текста Писания пятидесятники единодушны в мистическом истолковании «рождения свыше», которое совершается только посредством слушания Слова Божия.

 

В Писании действительно есть места, где говорится, что люди живы «Словом Божиим», что «возрождены от Слова Божия», которое может спасти души наши. Но нигде не сказано, что чтение или слушание Слова Божия само по себе может спасти. Не спасает оно, а только рождает веру! «Вера от слышания, а слышание от Слова Божьего» (Рим. 10, 17). Но одной веры недостаточно, «потому что не слушатели закона праведны пред Богом, но исполнители закона оправданы будут» (Рим. 2, 13), и не всякий, говорящий: «Господи! Господи!» войдет в Царство Небесное» (Мф. 7, 9).

 

Свои воззрения пятидесятники основывают на следующих словах Священного Писания из беседы Спасителя с самарянкой: «Всякий, пьющий воду сию, возжаждет опять, а кто будет пить воду сию… которую Я дам ему, тот не будет жаждать вовек, но вода, которую Я дам ему, сделается в нем источником воды, текущей в жизнь вечную» (Ин. 4, 13 — 14). И еще в день праздника «Поставление Кущей» (Ин. 7, 2) Иисус возгласил: «Кто жаждет, иди ко Мне и пей. Кто верует в Меня, у того, как сказано в Писании, из чрева потекут реки воды живой» (Ин. 7, 37).

 

Иногда в Священном Писании богооткровенное учение представляется как образ живой воды. Но в изречении, сказанном в день праздника, Господь говорит именно о Духе Святом, «которого имели принять верующие в Иисуса Христа, ибо еще не было на них Духа Святого, потому что Иисус не был прославлен» (Ин. 7, 39), что далее и поясняет Евангелист.

 

Если под словами «вода» везде в Писании понимать слушание Слова Божиего, то мы придем к явному недоразумению. Деяния нам описывают случай крещения евнуха, который спросил: «Вот вода, что препятствует мне креститься?» Филипп же сказал ему: «Если веруешь от всего сердца, можно… и сошли оба в воду» (Деян. 8, 37 — 38).

 

О Спасителе в Евангелии сказано: «…и крестившись, Иисус тотчас вышел из воды» (Мф. 3, 16). Сектантская трактовка этого величайшего события истории христианства неприемлема для православных.

 

Пятидесятники со своим тезисом «рождение свыше» отвергают православное учение о возрождении и обновлении души через церковные Таинства. Так, через водное крещение, говорят они, невозможно получить отпущение грехов, ведь это всего лишь обряд, указывающий, что отныне верующий должен блюсти себя в доброй совести. С «доброй совестью» нужно согласиться. Действительно, человек взрослый, осознающий поступки, принимая таинство Крещения, обещает свято хранить от греха «скрижали» своего сердца, откуда ему вещает «глас Божий», слышимый как «дыхание совести». В ответ Господь подает крещаемому благодать прощения грехов, так  понимали это Таинство свя­тые Апостолы. Святой Петр в день Пятидесятницы сказал собравшимся: «Покайтесь, и да крестится каждый из вас во имя Иисуса Христа для прощения грехов, и получите дар Святого Духа» (Деян. 2, 38). О том свидетельствуют и слова апостола Анании, обращенные к ослепленному Савлу: «Крестись и омой грехи свои» (Деян. 22, 16).

 

Отнюдь не обещание доброй совести спасает человека, а Таинство, иначе, если спасает обещание, то к чему еще и крещение?127

 

На- это пятидесятники возражают, что для спасения потребны вера и покаяние. И это так, ибо без веры угодить Богу невозможно (Евр. 11, 6). Однако, послав проповедовать своих учеников, Господь заповедал: «Идите по всему миру и проповедуйте Евангелие всей твари. Кто будет веровать и креститься, спасен будет» (Мф. 16, 15 — 16). Здесь наравне с верой Спаситель говорит о крещении.

 

«Христос возлюбил Церковь и предал Себя за нее, чтобы освятить ее банею водною, посредством слова» (Еф. 5, 25 — 26). Этим апостол Павел засвидетельствовал, что Церковь Христова, т.е. все составляющие ее люди, очищены «банею водною», т.е. святым Крещением. Выражение Апостола «посредством слова» уточняет, дает указание на то, как совершается святое Крещение, какие произносятся слова при крещении, т.е. «указывает на повеление Спасителя крестить уверовавших в Него и во Имя Отца, Сына и Святого Духа»128 (Мф. 28, 19).

 

Даже после сошествия Святого Духа на Корнилия и бывших с ним (Деян. 10, 47) он, тем не менее, нуждался в крещении, что еще раз указывает на величайшее значение этого Таинства, которое не может быть восполнено даже миропомазанием (сошествием Святого Духа).

 

Священное Писание учит, что Крещение — это погребение со Христом и восстание для новой святой жизни, достигаемой только благодатью Творца (Кол. 2, 11 — 13). Это Таинство омывает, освящает и оправдывает человека (1 Кор. 6, 11), очищая его от первородного греха, «вкропляя» в душу благодатное семя новой жизни (Евр. 10, 21 — 22).

 

Как видим, учение пятидесятников о «рождении свыше» не имеет под собой никаких евангельских оснований. Некрещеные и немиропомазанные не вправе называть себя христианами, ибо без этих таинств невозможно наследовать жизни будущего века (Мр. 16, 15).

 

 

 

7. Крещение Духом Святым

 

 

 

«Находящиеся в Иерусалиме Апостолы, услышав, что Самаряне приняли слово Божие, послали к ним Петра и Иоанна, которые, придя, помолились о них, чтобы они приняли Духа Святого. Ибо Он не сходил еще ни на одного из них, а были они только крещены во имя Господа Иисуса. Тогда возложили руки на них, и они приняли Духа Святого»

 

(Деян. 8, 14 —  17).

 

«Они крестились во имя Господа Иисуса. И когда Павел возложил на них руки, нисшел на них Дух Святой»

 

(Деян. 19, 5 — 6).

 

 

 

Смысл всего вероучения пятидесятников состоит в акте крещения Святым Духом, внешним знамением которого является обретение способности говорить с Богом на иных языках. Так, в вероучении церкви Христиан Веры Евангельской говорится, что «крещение Духом Святым есть исполнение силою свыше со знамением иных языков»129.

 

Главная цель, личности — по их учению — восстановить разрушенную первородным грехом связь с Богом посредством стяжания Духа Святого. «Неспособность наша идти за Христом была и будет, — отмечают они. — а при крещении Духом Святым верующий человек получает силу будущего века»130.Краеугольным камнем воззрения пятидесятников являются слова Спасителя, сказанные ученикам перед Вознесением: «Кто будет веровать и креститься, спасен будет, а кто не будет веровать — осужден будет. Уверовавших же будут сопровождать сии знамения: Именем Моим будут изгонять бесов, будут говорить новыми языками, будут брать змей, и если смертное что выпьют, не повредит им, возложат руки на больных, и они будут здоровы» (Мр. 16, 16 — 18). По их мнению, это одно из самых важных мест в Библии, где дано «великое повеление для Церкви»131.

 

По этому поводу И.В.Воронаев писал: «От этого правила отступили все христианские организации, как Римо-Католическая и Православная Церкви, так и старообрядцы, лютеране и сектанты. Возьмите, например, сектантские общины адвентистов, субботствующих, баптистов. Имеют ли они действительное крещение с теми признаками, которыми оно сопровождалось в дни Апостолов. Ни в одной из этих сектантских общин мы не найдем действительного крещения Духом Святым. Никто из них не получил крещения Духом Святым»132.

 

Следует заметить, что в некоторых направлениях пятидесятников за рубежом и в нашей стране (ЕХДА, ХВЕ) не считают говорение на иных языках единственным и даже главным свидетельством крещения Духом Святым. Журнал Христиан Веры Евангельской «Примиритель» по этому поводу пишет: «Учение о крещении Духом Святым без знамения иных языков противоречит апостольской практике, если при этом не будет других каких-либо знамений»133. При различном понимании внешнего проявления крещения Духом Святым (со знамением языков или без них) все пятидесятники едины в том, что «духовное крещение есть откровение Бога в душе верующего человека. В этот день возрождения, — пишут они, — Бог проявляет Себя в душе откровением, и человек познает обитающего в себе Святого Духа. Такая душа ощущает в своем теле новую, божественную силу и мощь. Это и есть познание духовного рождения. Это есть молниеносный проблеск Духа Божиего в сознании возрожденной души»134.

 

С крещением Духом Святым является сила для нравственной жизни и служения Богу и людям135. Для каждого верующего крещение Святым Духом — это мгновенный акт снисхождения Духа Святого. С этого момента верующий становится истинным чадом Божиим.

 

«Не должно быть большого перерыва между обращением (рождением свыше. — И.Е.) и получением Святого Духа, если присутствует вера и обращенный знает, чему учит Библия»136.

 

Иногда лишь один миг отделяет человека от получения духовного крещения, но бывает, что это затягивается на долгие годы137.

 

Про одного очень благочестивого верующего московской общины ХВЕ рассказали, что он перед тем, как перейти к пятидесятникам, пятнадцать лет находился в баптистской церкви. Приняв разумом вероучение о крещении Духом Святым, став членом ХВЕ, он в течение десяти лет не мог получить духовного крещения. Именно столько времени, по словам сектантов, ему понадобилось, чтобы очистить себя.

 

Для того чтобы получить крещение Святым Духом, «необходимо верить, что Господь может нас крестить, — пишут пятидесятники, — ибо Он обещал излить Духа на всякую плоть. Нужно иметь сильную жажду, чтобы получить обещанного Духа верою»138.

 

В большинстве своем пятидесятники склонны считать, что действительная Церковь Христова, имеющая помазание Духом Святым, должна и в наши дни узнавать членов своих, крещенных Духом Святым, по внешним признакам, которые существовали и в ранней Апо­стольской Церкви139.

 

Мало кто знает, что пятидесятники свое вероучениеи название вовсе не связывают с христианским праздником Пятидесятницы. Каждый, говорят они, имеет свою личную пятидесятницу, когда крестится Духом Святым и начинает говорить «новыми языками», и с этого момента становится членом Церкви Христовой140. Они пишут: «Двенадцать Апостолов получили крещение Духом Святым в горнице. Женщина, которая следовала за Христом, приняла крещение Духом Святым, Мария — мать Иисуса, зачавшая от Духа, приняла Святого Духа. Каждый из 120 в горнице принял Духа Святого. Каждый из 3000, кто слышал проповедь Петра в день Пятидесятницы, получил залог Святого Ду­ха»141.

 

Сам Иисус Христос получил крещение ранее всех — перед началом Своего служения в народе. Он принял Духа Святого во время крещения от Иоанна в реке Иордан142 (Мф. 3, 16).

 

Во всех указанных случаях, приводимых пятидесятниками (кроме одного), нет никаких указаний на глоссолалию. Только двенадцать Апостолов в день Пятидесятницы получили харизму языков. А если так, то, следуя их рассуждению, кроме Апостолов, более никто не был крещен Духом Святым.

 

В день Пятидесятницы с Церковью воссоединилось 3000 душ, «все они крестились во имя Иисуса Христа и приняли Святого Духа, но никто из них не проговорил на иных языках»143 (Деян. 2, 38).

 

Архидиакон Стефан был исполнен Духом Святым, но не говорил на языках (Деян. 7, 55), крещенные в Самарии Духом Святым также не говорили на иных языках144 (Деян. 8, 14).

 

Пятидесятники усматривают крещение Духом Святым и в описании возложения рук Анании на Савла, после чего он прозрел и исполнился Святым Духом (Деян. 9, 17).

 

И здесь также нет сообщения о глоссолалии. Исполнение Духом Святым нельзя отождествлять с Его сошествием. В указанном месте говорится только о том, что Господь через Ананию коснулся сердца гонителя христиан, после чего он прозрел.

 

Так, Иоанн Креститель исполнился Духом Святым еще во чреве матери (Лк. 1, 15), а апостол Петр перед проповедью в день Пятидесятницы, уже после сошествия Святого Духа, исполнился Им (Деян. 4, 8), исполнялись Духом Святым и ветхозаветные пророки.

 

Если все же согласиться с мнением, что на Савла (апостол Павел) был излит Дух Святой, как и на Корнилия сотника (Деян. 10, 47), то отчего автор Деяний не упоминает о получении дара языков, если он был действительно крещен Им, но отмечает эту особенность при сошествии Святого Духа на Корнилия.

 

Пятидесятники склонны додумывать, что в большинстве случаев Дееписатель «просто не упоминает» о случаях дарования языков. Чем навеяна такая уверенность? И как могли бы умолчать Апостолы о чудесном явлении крещения Святым Духом со знамением языков, если бы отныне в Новозаветной Церкви этот акт становился бы исключительной принадлежностью христиан? Какие основания подозревать автора Деяний в небрежности, когда в одних местах он умалчивает о внешнем проявлении духовного крещения, а в других указывает на него.

 

О крещении Святым Духом в вероучении пятидесятников (1994) сказано: «Мы верим, что:

 

а)  крещение Духом Святым совершается Иисусом Христом (Мф. 3, 11; Ин. 14:16; 16:7);

 

б)   происходит во время проповеди, молитвы, при возложении рук, в других обстоятельствах со знамением иных языков;

 

в)  знамение иных языков является проявлением Духа Святого (Деян. 2, 4 — 6; 1 Кор. 12, 7, 10; 14, 12);

 

г)  является источником силы для служения через дары Духа Святого (Деян.  1, 7 — 8;  1  Кор.  19, 4 — И)»145.

 

Сразу же отметим, в Священном Писании нигде не сказано, что кто-то во время молитвы получил крещение Духом Святым.

 

Для пятидесятников крещение Духом Святым возможно и до водного крещения, и во время крещения, и после него. Основаниями для подобных суждений служат такие эпизоды из евангельской истории, как схождение Святого Духа на Корнилия сотника (Деян. 10, 44 — 47), крещение Филиппом евнуха Эфиопской царицы (Деян. 8, 39), возложение рук на крещенных самарян (Деян. 8, 14 — 19) и Иоанновых учеников (Деян. 19, 6). Утверждение более чем сомнительное!

 

 

 

Сошествие Святого Духа на Корнилия сотника

 

 

 

Призвание в Церковь язычников было исключительным явлением Апостольской Церкви и на нем никак нельзя строить далеко идущих догматических выводов. В знак того, что в Церковь Христову призваны все народы, апостолу Петру было особое видение, после чего он отправился в дом к сотнику.

 

После проповеди в доме Корнилия «Дух Святой сошел на всех, слушавших слово (проповедь. — И.Е.). И верующие из обрезанных, пришедшие с Петром, изумились, что дар Святого Духа излился и на язычников, ибо слышали их говорящих языками и величающих Бога» (Деян. 10, 44 — 46).

 

Это был особый случай, когда Дух Святой излился до таинства Крещения. Этим Господь особо засвидетельствовал, что и язычники призваны ко спасению. Как видно из книги Деяний, к этому христиане были совершенно не готовы, ибо верующие из обрезанных, пришедшие с Петром, «изумились» (Деян. 10, 48), что Дух Святой с даром языков сошел на необрезанных.

 

Вероятнее всего и апостол Петр шел к язычникам отнюдь не с целью крестить их водою, ибо к последнему его побудил уже сам факт снисхождения Святого Духа на них. Святой Иоанн Златоуст, комментируя это место, говорит как бы от имени апостола Петра: «Если и они получили Духа, то как можно было не преподать им крещение»146. Он почти как бы опровергает «противившихся и утверждавших, что этого делать не должно»147.

 

Святитель далее замечает: «Это крещение Святым Духом стало возможным лишь после того, как они показали чудное расположение души своей, приняли начало учения и уверовали, что в крещении несомненно подается прощение грехов, то и сошел на них Дух»148.

 

 

 

Принятие водного крещения евнухом Эфиопской царицы

 

 

 

Убежденность пятидесятников в том, что Дух Святой может крестить верующего непосредственно после совершения водного крещения, без участия предстоятеля Церкви, нигде не подтверждается Священным Писанием. Мы видим, что сошествие Святого Духа на евнуха Эфиопской царицы никак не сопровождалось теми внешними признаками, по которым пятидесятники обычно узнают о крещении Духом Святым.

 

Написано, что после совершения водного крещения Дух Святой сошел на евнуха (Деян. 8, 39). О глоссолалии ничего не упоминается, что вполне объяснимо. Крестивший евнуха Филипп был в сане диакона и не мог совершить руковозложения, после которого только возможно получение семи даров Святого Духа, а также харизматических дарований. Это вполне определенно следует из сказанного в той же восьмой главе книги (Деян. 14 — 17).

 

Недоумение относительно того, что на евнуха все же сошел Святой Дух, легко разрешается тем, что, согласно учению Православной Церкви, в таинстве Креще-ния подается благодать Святого Духа, отпускающая первородный и личные грехи149.

 

 

 

Учение пятидесятников о сошествии Святого Духа после водного крещения

 

 

 

Дух Святой может крестить верующего в любое время, в частности и после водного крещения, учат пятидесятники, ссылаясь на крещение самарян (Деян. 8, 14 — 17) и учеников Иоанна Крестителя (Деян. 19, 4 — 6), причем при крещении Духом Святым не обязательно возложение рук епископа.

 

Между тем ученики Иоанна получили Духа Святого только после того, как крестились в воде во имя Иисуса Христа, затем Павел возложил на них руки, и «нисшел на них Дух Святой» (Деян. 19, 6). То же и при крещении самарян. «Находившиеся в Иерусалиме Апостолы, услышав, что самаряне приняли Слово Божие, послали к ним Петра и Иоанна, которые, придя, помолились о них, чтобы они приняли Духа Святого. Ибо Он еще не сходил ни на одного из них, а только были они крещены во имя Господа Иисуса. Тогда возложили руки на них, и они приняли Духа Святого» (Деян. 8, 14 — 17). Сектантам нечего возразить на вопрос: если бы Духа Святого можно было получить без епископского руковозложения, зачем же тогда Апостолы предприняли столь неблизкое путешествие? Самаряне приняли водное крещение от Филиппа (Деян. 8, 12), который, будучи диаконом, не мог совершить это Таинство, которое и исполнили пришедшие из Иерусалима епископы (Деян. 8, 15). Далее при описании принятия Святого Духа самарянами нигде не упоминается о глоссолалии. Дара языков самаряне не обрели, поэтому остается загадкой упорство пятидесятников, стремящихся утвердить свое учение именно на этом эпизоде из Священного Писания.

 

Иное дело — Иоанновы ученики. После возложения на них рук апостола Павла, те стали говорить разными языками и пророчествовать (Деян. 19, 6). Но случилось это после возложения рук (таинство Миропомазания).

 

Пятидесятники убеждены, что получают крещение Святым Духом без руковозложения, чего не знала практика Апостольского века и что указывает на отсутствие у них подлинного крещения Духом Святым, называемого в Церкви Христовой таинством Миропомазания. По этому поводу болгарский профессор Дюлгеров пишет: «Крещение Духом Святым — это принятие Святого Духа. Оно совершается с первых дней после новозаветной Пятидесятницы через руковозложение после крещения в воде»150.

 

В прискорбном заблуждении своем пятидесятники повторяют, что крещены Духом Святым, но на самом деле никто из них не получил этого крещения. Неведомо им таинство Миропомазания, совершаемое иереем, являющееся одним из великих Таинств, открытых Богом человеку.

 

 

 

Практика «крещения Святым Духом» у пятидесятников

 

 

 

К каким только ухищрениям не прибегают пятидесятники, пытаясь получить духовное крещение. Вот как это случилось у бывшего проповедника христиан евангельской веры Ф.Мячина: «Я ревновал о дарах духовных, сидя у себя на чердаке дома в течение целого месяца, пока наконец не «заговорил на иноязыках»151.

 

Иначе поступил некий американский проповедник, делившийся своим опытом в московской общине. Он рассказывал, что на собраниях пятидесятников, куда он часто приходил, многие говорили «языками», и тогда, пристроившись к кому-нибудь рядом, он начинал повторять: ба-ба-ба-ба, ля-ля-ля-ля, будучи в полной уверенности, что тем самым он помогает Духу кре-стить его. И вот в один из дней после долгого лепетания определенных звукосочетаний наконец сам заговорил на «иноязыках», будучи безусловно уверенным, что получил «крещение Святым Духом». Свой опыт он предложил для «внедрения» русским пятидесятникам. Кстати, подобная практика взаимного наущения у пя­тидесятников США очень распространена.

 

Член петербургской общины пятидесятников-смородинцев «брат» Кирилл рассказывал о том, как на домашних собраниях совершаются молитвы о принятии «крещения Святым Духом». Все становятся на колени и начинают говорить на «языках». Этому должен подражать тот, за чье крещение молятся, дабы помочь Святому Духу сойти на него. Однажды при таком молении за одного молодого человека тот начал издавать неистовые истеричные крики. Молитву пришлось остановить. Пятидесятники опасались, что этот истеричный аффект закрепится в подсознании юноши и в последующем будет восприниматься им как снисхождение Святого Духа. По-видимому, главная проблема пя­тидесятников, научившихся контролировать себя, состояла в том, чтобы не шокировать неприлично шумным поведением остальных членов собрания.

 

В различных сектах пятидесятников по-разному принимают «крещение Святым Духом». У федотовцев, после устного заявления новообращенных, что большего тепла и истины они нигде не встречали, за них начинают молиться Богу с просьбой крестить их. Новичков ставят на колени, а вся община начинает молиться на «иноязыках». То, что исповедуют одни направления христиан веры евангельской, не приемлется, например, пятидесятниками Объединенного Евразийского Союза Христиан Веры Евангельской.

 

«Ложная практика этого дара, усердное напористое говорение на «иных языках» и побуждение к повторению ревнующего о крещении Духом Святым слов иного языка или внушение к многократному повторению слов: «крести, крести… или дай, дай… ныне еще бытует», — не без доли сожаления отмечают богословы Объединенного Евразийского Союза Христиан Веры Евангельской.

 

Мне довелось присутствовать при организации проповедником из США моления за желающих получить крещение Святым Духом. Около двух десятков сектантов столпились у проповеднической кафедры. В зале поднялся гул молитвословий. Проповедник возбужденно кричал в микрофон, и кругом раздавались слезные моления. После такого мощного психического натиска было просто невозможно не заговорить «на языках». Наконец довольно продолжительная молитва закончилась, и проповедник, переведя дух, через переводчика спросил: «Кто получил крещение Святым Духом?» Три или четыре женщины подняли руки. Во время молитвы о крещении я был рядом с ними, но так и не ус­лышал от принимавших крещение проявления вожделенной всеми глоссолалии. Если, конечно, не считать судорожных подергиваний лиц, трясущихся рук и тел и какого-то бормотания вперемежку со стонами. Справедливости ради отмечу, что после собрания один из проповедников общины, В.Романюк, заявил о нежелательности таких молитв. По его уверению, Дух сам должен снизойти на верующего, и не дело человека принуждать Его к тому. Затем, добавив несколько нелицеприятных слов по поводу привозных нововведений и вреде копирования духовной практики зарубежных церквей, попросил одного из членов общины рассказать всем, как тот недавно был «крещен Духом Святым». Молодой человек охотно поведал о том, как в первом часу ночи дух поднял его на молитву и крестил.

 

Как видим, у пятидесятников множество «надежных» способов получения харизмы «языков», кроме единственно верного — через епископское возложение рук и совершаемое только над теми, кто принял таинство Крещения. Как уже упоминалось, Апостольской практики возложения рук для получения даров Святого Духа у пятидесятников не существует. Учение о крещении Святым Духом со знамением языков — это выдуманный пятидесятниками тезис, не находящий себе основания в Слове Божием. Дар языков — всего лишь один из прочих даров харизматического века (1 Кор. 12, 8 — 10) и отнюдь не представляет собой свидетельства крещения Святым Духом. Впрочем, о том, что дар языков у пятидесятников не подлинно харизматическое дарование христианской Церкви, иногда говорят они сами. Так, согласно их воззрениям, если единоверец оставляет секту, дар языков у него тем не менее сохраняется как свидетельство «былой причастности» Духу Святому. Вы после этого можете стать баптистом, мормоном, кришнаитом или вовсе ни в кого не веровать, но при этом глоссолалию можете продемонстрировать всегда, везде, где вам заблагорассудится.

 

 

 

8. Исцеление верою

 

 

 

«Господи! Не от Твоего ли имени мы пророчествовали? и не Твоим ли именем бесов изгоняли? и не Твоим ли именем многие чудеса творили?» И тогда объявлю им: «Я никогда не знал вас. Отойдите от Меня, делающие беззаконие»

 

(Мф. 7, 22 — 23).

 

«Некоторые из скитающихся Иудейских заклинателей стали употреблять над имеющими злых духов имя Господа Иисуса… Это делали какие-то семь сынов Иудейского первосвященника Скевы. Но злой дух сказал в ответ: «Иисуса знаю, и Павел мне известен, а вы кто? И бросился на них человек, в котором был злой

 

дух»

 

(Деян. 19, 14 — 16).

 

«Испытывайте духов, от Бога ли они» (1 Ин. 4,  1).

 

Особенность религиозного сектантства обычно состоит в выпячивании какого-то отдельного положения Библии. Оно выдвигается на первый план и становится своего рода «символом веры» секты и тем делает его отличным от других вероисповеданий154. К таковым относится учение пятидесятников об исцелении верою.

 

Вот, например, текст из книги пророка Исаии: «Он взял на Себя немощи наши и понес наши болезни» (Ис. 53, 4). Для пятидесятников это вполне готовая к употреблению догма, согласно которой Христос в Своем полном Евангелии обеспечил не только устранение человеческих грехов, но и их последствий — человеческих болезней.

 

Отсюда убежденность пятидесятников, что исцеление различных болезней — дело, вполне доступное вере, и достигается почти автоматически, как и прощение грехов. Из всех харизматических даров исцеление представляется им самым доступным и простым155. А раз так, то практически все пятидесятники в той или иной мере участвуют в «исцелениях».

 

Иисус Христос неоднократно творил чудеса и дал такую власть ближайшим Своим ученикам, которые однажды в радости воскликнули: «Господи, и бесы повинуются нам» (Лк. 10, 17). На это Спаситель ответил, что не этому нужно радоваться, а тому, что их имена записаны на небесах.

 

Сектанты считают себя равными Апостолам, разница только в том, что на них обильнее были излиты харизматические дарования. Поэтому, желая буквально исполнить букву Писания, они при всяком подходящем случае силятся явить миру силу своей веры — «исцеление» от болезней.

 

Смысл проповеди полного Евангелия пятидесятники видят в том, чтобы устроить жизнь их Церкви по образу Апостольского века. И если там были исцеления, то они должны сопутствовать Церкви до скончания века. Этого нет нужды оспаривать, ибо истинная Христова Церковь всегда славилась чудотворцами, своим духовным подвигом снискавшими благодать Божию. Простое перечисление их имен заняло бы не одну страницу, но довольно упомянуть три имени святых: преподобный Сергий Радонежский, преподобный Серафим Саровский, праведный Иоанн Кронштадтский… Об их чудотворениях и исцелениях болящих говорит множество свидетельств.

 

Что касается таковых у пятидесятников, то нужно прямо сказать, все они суть лживы и обманчивы. Можно, конечно, говорить, что сектанты вовсе не хотят никого обманывать, а просто желают, чтобы через них Господь подавал людям здоровье… А когда очень хочешь, то порой увидишь исцеление там, где его нет. Но для этого надо постоянно поддерживать себя в состоянии самообмана и самовнушения. Личные наблюдения автора этих строк позволяют утверждать, что многие «целители» от сектантов-пятидесятников пребывают в глубокой прелести.

 

Прочие сектантские толки: баптистов, адвентистов, иеговистов — достаточно сдержанно относятся к практикуемым пятидесятниками «чудесам», отвергая подлинность их, однако тоже молятся за болящих.

 

Пятидесятники склонны афишировать свои «исцеления», то и дело слышишь, что в какой-то общине или во время евангелизации произошло чудо — исцеление. Если раньше, по словам самих пятидесятников, проповедников-целителей, устраивавших на Западе публичные выступления, насчитывалось не более десятка, то сегодня едва ли не каждый заезжий проповедник аттестует себя в России целителем и чудотворцем.

 

Таков «дух» нашего времени, и не будем забывать, что исполнителями его воли были небезызвестные слишком многим А.Кашпировский и А.Чумак, чьи «целительные» сеансы собирали у телеэкранов миллионы. Что с того, что в начале 90-х годов в их адрес градом посыпались обвинения в нанесении тяжкого ущерба здоровью. Они дело свое сделали. Свое ли? А.Кашпировский на предложение митрополита Минского и Белорусского Филарета принять водное крещение в Православной Церкви ответил, что в этом случае он может лишиться своей «чудодейственной» силы. А в начертаниях, делаемых в воздухе Чумаком, специалисты скоро нашли сходство со знаками египетских пиктог­рамм — то есть тайноводственных знаков языческой религии.

 

Характерно, что от новомодного поветрия решили не отставать и «целители» от харизматиков. Иначе для чего различные мессии устраивают многочисленные вечера евангелизации, где «имеющие» дар исцелений демонстрируют свою «силу». Обычно происходит это на открытых стадионах и манежах в присутствии многих тысяч людей. Стилизованную «под духовную» мелодию (что-нибудь «про Иисуса Христа») исполняет рок-ансамбль. Проповедник в поте лица (в буквальном смысле этого слова) демонстрирует силу веры — исцеление от болезней. Еще недавно очень много говорили о популярном проповеднике и целителе пятидесятнике Морисе Суролло. Наши пятидесятники заочно наградили его невероятными легендами о чудотворениях. Когда же наконец сами смогли встретиться с человеком-легендой, то миф о его необыкновенной духовной силе заметно потускнел.

 

Вот что писал об этом «Вестник Союза ХВЕ»: «Если дать ему краткую характеристику, то это будет звучать так: «Человек, о котором спорят. Противоречивыми были оценки его служения в прошлом году, но, невзирая на это, чаша Олимпийского спорткомплекса была переполнена»156.

 

Вспомним, сколько разнообразных «чаш» заполняли в последнее время россияне, неистовствуя вместе с «проповедниками». Но где же исцеленные? Зато число поврежденных душой и телом после публичных радений возрастает многократно, о чем неутомимо сообщают газеты. Доводилось мне наблюдать «исцеления» не только с трибуны стадиона. Как-то московскую общину христиан веры евангельской посетил высокопоставленный представитель Союза ХВЕ Польши, «обладавший» даром исцеления. В конце богослужения он предложил совершить молитву о больных московской общины. Начали молиться. Вскоре проповедник прервал молитву и спросил через переводчика: «Кто получил исцеление сердца?» Зал в числе двухсот молящихся замер — неужели чудо? Проповедник еще не раз переспрашивал: «Кто получил исцеление сердца?» Но из присутствующих так никто и не отозвался. Молитву возобновили. И снова польский пятидесятник остановил молитву: «Кто получил исцеление глаз?» Вопрос был повторен дважды. Одна женщина, стоявшая почти рядом со мной, вдруг громко сказала: «Я», — подняв при этом руку с очками. Стоявшие за ней две пожилые женщины не без иронии спросили: «Что же, теперь видишь без очков?» «Да, я теперь хорошо вижу без очков», — так же язвительно отчеканила женщина. Попутно замечу, что на последующие служения она, как и прежде, приходила в очках. Опять начали молиться, и вскоре гость из Польши объявил: «Дух сейчас сказал мне, что у кого-то из вас плохие отношения с тещей». Было непонятно: в чем же здесь пророчество? Тем более, что в зале было много мужчин… Если и было тут чудо — так это полное молчание зала. Проповедник вновь повторил вопрос. Молчание. Никто не отозвался. До сих пор думаю, не стало ли это молчание моментом истины хотя бы для одного из молящихся. Посрамлен был проповедник иже с духом, который ему что-то сказал. И все же эта заминка не очень смутила собравшихся. Возможно, подобное для них не такая уж редкость? Затем была произнесена проповедь, и вновь принялись молиться. Тут целитель, в который уже раз, прервал молитву и спросил: «Кто получил исцеление желудка?» И опять среди тягостной тишины многократно повторен все тот же вопрос. Наконец две женщины, сидевшие сзади, разрядили обстановку. Улыбаясь, они стали продвигаться вперед со словами: «Мы, мы получили». И что же зал? Он единодушно молчал. А вспомним Писание, сколь велика была радость от исцелений в Апостольские времена, когда люди получали долгожданное выздоровление! Что же было здесь? Верно ли, что обе эти веселые особы дружно страдали желудками? И если да, то получили ли они исцеление? И не была ли то с их стороны ложь во спасение репутации польского «чудотворца»?

 

Впрочем, не отрицая под воздействием самовнушения облегчения болей желудка или улучшения зрения, смею утверждать, что окончательного выздоровления на таких собраниях никто из болящих не получает и получить не может. Заключая собрание, гость попросил всех, получивших исцеление, подойти к нему на кафедру. Но никто не двинулся с места. Чтобы избежать очередной неловкой сцены, в дело включились местные руководители общины, твердо призвавшие получивших исцеление выйти вперед. После чего растроганный гость из Польши заверил, что дома перед своей паствой он будет свидетельствовать о многих исцелениях в России. Тут же, не без смиренного огорчения, заметил, что Господь действует обычно сильнее Своей силой на зарубежных молитвенных собраниях, а не дома, в Польше, ибо, как известно, нет пророка в отечестве своем.

 

Довелось видеть «исцеление» недужного ногами — так потом это называли в московской общине пятидесятников-савельевцев. Были при этом и гости-пятидесятники из США. Как обычно, в конце собрания решили помолиться о болящих. Всех недужных и желающих получить исцеление пригласили вперед, к сцене (собрание происходило в доме культуры). Вышло человек около двадцати. Началась молитва. Громкими криками проповедники взывали о помощи к Богу. Зал нанесколько минут наполнился неистовыми воплями и шумными вздохами. После чего молитва прекратилась. И вдруг откуда-то из конца зала вышла женщина и направилась к сцене. Подойдя к микрофону, она за­прыгала, хлопая при этом поднятыми руками в ладоши, и закричала: «У меня болели ноги, а теперь я совершенно здорова». Зал гремел от криков: «Слава Иисусу! Слава Иисусу!»

 

Видимо, в благодарность за чудо рок-группа общины исполнила веселый гимн, прославляющий Иисуса Христа, под синкопы которого танцевали на сцене начальствующие из секты, и то же самое делали в проходах зрительного зала остальные верующие — из рядовых, радуясь и веселясь.

 

И пронесся по Москве слух, что недужная ногами получила исцеление. При этом говорили, что ноги у нее не ходили совсем. Однако, насколько мне помнится, на то собрание на костылях никто не приходил. Да и в том ли дело: слегка прихрамывала ли она или пришла на костылях… Получила она действительное облегчение или за таковое приняла внушение. Беда в другом — уж слишком легким и широким представляется нашим сектантам путь к спасению и исцелению. Не терновый это и узкий путь, о котором заповедал распятый Иисус Христос, а многосторонняя накатанная автострада в рай под «духовную» рок-музыку.

 

Самопровозглашать себя чудотворцами идеологи пятидесятников начали еще на заре становления пятидесятничества как сектантского раскола в протестантизме. К таковым причисляла себя Д.Заплюшнева, супруг которой вместе с Воронаевым сеял идеи нового раскола в Болгарии и России. Эта женщина настолько уверовала, что обладает даром чудотворения, что однажды в приступе религиозного экстаза остановила похоронную процессию в болгарском городе Бургас. «Она заявила, что Господь послал ее воскресить мертвого. Процессия была остановлена. В присутствии всех она стала молиться, а потом с безумным взглядом вскричала: «Во имя Иисуса Христа выйди из ковчега!» Конечно, мертвый не встал»157.

 

О лжеисцелениях пятидесятников пишут практически на всех языках мира. И слишком часто они имеют природу описанного ниже.

 

«В результате ранения, полученного во время первой мировой войны, Ангел Павлов из Пловдива стал инвалидом и мог передвигаться только с помощью костыля. В 1926 году он стал членом секты пятидесятников в городе Старая Загора. Во время одного из собраний известная пророчица Марийка Христова, «исполнившись духом», заявила, что Господь сделает сегодня чудо. После чего она приблизилась к инвалиду и крикнула: «Брат Ангел, брось костыли, и во имя Иисуса иди без них». Ангел Павлов сделал попытку, но упал на пол как подкошенный. Все пришли в ужас. Пророчица сказала, что он имеет маленькую веру. Подняли Ангела на ноги, и «пророчица» спросила: «Брат Ангел, веруешь ли, что Господь может тебя излечить?» «Верую». «Тогда, — сказала она, — во имя Иисуса иди!» Ангел посмотрел глазами, полными веры, в небо, бросил костыли, но, когда сделал попытку шагнуть, снова беспомощно упал. Он остался парализованным до конца жизни»158.

 

Всякий слух об «исцелениях» в своих общинах харизматики повсюду распространяют как достоверный факт. При этом вы никогда не установите толком: кто, где и когда? Ничего определенного — будут ссылаться один на другого, что там-то кто-то что-то видел… Нечто подобное говорилось и мне. Но никто ни разу не мог сказать об исцелении в собственной общине. То, что привелось видеть мне самому, не внушает никакого доверия, полагаю, как и для самих пятидесятников.

 

Священное Писание свидетельствует, что однажды сыновья первосвященника Скевы увидели, что апостолы Варнава и Павел исцеляют именем Иисуса Христа. Тогда они тоже попробовали совершить подобное посредством возложения рук. Но злой дух сказал им: «Иисуса знаю, и Павел мне известен, а вы кто?» После чего они бежали с позором (Деян. 19, 15).

 

Точно так проникнуты позором и заверения пятидесятников об их исцелениях. Как о нечестивцах на Страшном Суде, отвергнутых Спасителем, говорит Евангелие: «Господи! Не от Твоего ли имени мы пророчествовали? и не Твоим ли именем бесов изгоняли? и не Твоим ли именем многие чудеса творили?» И тогда объявлю им: «Я никогда не знал вас. Отойдите от Меня, делающие беззаконие» (Мф. 7, 22 — 23).

 

Очевидно, что эти слова Спасителя ни в коей мере нельзя будет отнести к православным, среди которых целители и чудотворцы — великая редкость. Но они, несомненно, приложимы к практикующим исцеления, каждый из которых силится «повторить» жизнь Иисуса Христа, а раз так, значит и ему должна быть присуща способность исцеления от недугов.

 

Священное Писание нам очень внятно говорит, что не всем даются дары исцеления (1 Кор. 12, 4 — 11). Как же в таком случае возможно пятидесятнику «исполнить Евангелие»?

 

Здесь мы опять сталкиваемся с некоторым противоречием. Каждый призван своей жизнью подражать Иисусу Христу. Каждый должен обладать харизматическими дарами, но попросите кого-нибудь из них указать на человека «из своих», имеющего дар исцеления, и вам не скажут ничего определенного или в лучшем случае сошлются на газету «Маранафа», где иногда крупным планом помещают фотографии сытых американских пятидесятников с броским аншлагом: «Ему даны дары исцеления»159. Что же касается целителей в нашей стране, то их просто нет. И это несмотря на то, что зарубежные пятидесятники считают своих русских единоверцев более высокодуховными, нежели они сами. Можно даже сочувственно отнестись к пятидесятнику из Канады, заявившему в начале 90-х годов: «Мы знаем, что все христиане СССР спасутся, потому что действительно веруют в Бога. А мы не спасемся — Бог нам не нужен. Он только в наших устах»160.

 

Если это так, то почему в России нет целителей? Ничего не сообщают о случаях исцеления и журналы пятидесятников («Примиритель», «Благовестник», «Христианин»). Не потому ли, что в русских общинах пятидесятников более осторожно и трезво относятся к целителям и чудотворцам? Однако это не мешает сектантам в устных беседах не без гордости напоминать, что в их общинах жива Апостольская практика исцеления болезней. Непрестанно толкуя о спасении плоти, они забывают о спасении души. Спаситель, обращаясь к Своим ученикам, а через них и ко всем нам, сказал: «Когда исполните все повеленное вам, говорите: мы рабы, ничего не стоящие» (Лк. 1, 10).

 

Разве не должны мы творить добро в тайне и не кричать об этом на весь мир, пусть даже через нас и совершается сила Божия? Поступая иначе, мы уподобляемся лживым фарисеям, у которых были только одни слова, а не дела (Мф. 23, 3).

 

Вспомним, как, совершая во время Своего земного служения чудеса, Спаситель увещевал ближних не рассказывать никому об этом.

 

Совершенно обратное мы наблюдаем у пятидесятников. Здесь царит атмосфера противоречия духу и букве Священного Писания, желаемое легко выдается за действительное. И каждый, кто бывал свидетелем манипуляций с «исцелениями» и «чудотворениями», практи­куемыми на собраниях, воочию убедился, сколь коварен враг рода человеческого, как омрачает разум, заставляя видеть чудеса там, где их нет. Покрывало греха снимается только Иисусом Христом и только с тех, кто искренне раскаивается в своем духовном обольщении. Так было с одной монахиней Рижского женского монастыря. Долгое время она входила в пятидесятническую общину, была «крещена Духом Святым» и говорила на «иных языках». И вот однажды она зашла в Православный храм, где ее вдруг осенило, что именно здесь истина и правда. Стала ходить на исповедь к священнику и приняла крещение по православному обряду. Сама благодать Божия коснулась ее сердца, искавшего истину. К счастью, таких случаев очень много.

 

В своем ослеплении пятидесятники видят ходящими в истине только себя. От уз горделивого самообольщения действительно трудно освободиться. Все грехи мерзки пред Богом, но, по единодушному мнению Отцов Церкви, мерзостнее всех гордость, ведущая во тьму кромешную, где будет плач и скрежет зубов.

 

 

 

9. О тысячелетнем царстве — хилиазме

 

 

 

«У Господа один день, как тысяча лет, и тысяча лет, как один день»

 

(2 Петр. 3, 8).

 

«Тысяча лет пред очами Твоими, как день вчерашний»

 

(Пс. 89, 5).

 

«Нас, мертвых по преступлениям, оживотворил со Христом… и воскресил с Ним, и посадил на небесах во Христе Иисусе» (Еф. 2, 5 — 6).

 

«Быв погребены с Ним в крещении, в Нем вы и совоскресли верою в силу Бога, Который воскресил Его из мертвых»

 

(Кол. 2, 12).

 

«Это — первое воскресение»

 

(Откр. 20, 5).

 

 

 

Во всех общинах пятидесятников в нашей стране и за рубежом обязательно присутствует догмат о тысячелетнем царстве Христа со Своими избранниками. Он вошел в их «символ веры» ввиду того, что при возникновении этого протестантского толка в США в прошлом веке участники «Движения святых» ждали скорого конца света. Все знамения, казалось, были налицо. Недавно закончилась война между Севером и Югом. Повсеместно царили жестокость и разврат, сопровождавшие бурный рост американского капитализма. Газеты и журналы того времени (70 — 80-е годы XIX века) пестрили статьями и предсказаниями о Втором Пришествии Христа. Многих тревожило предсказание архиепископа Джеймса Ушера (1585 — 1656), указавшего дату светопреставления — с 1896 по 1901 год. «Неизбежность скорого Второго Пришествия для многих была очевидна, ибо кругом свирепствовали болезни, войны, преступления, эпидемии»161. Надо заметить, что сектантская среда является благодатной почвой для спекуляций множества «вдохновенных» прорицателей, постоянно держащих своих единоверцев в непреходящем эсхатологическом возбуждении.

 

Сам отец адвентизма Вильям Миллер дважды предрекал Второе Пришествие Христово. Первый раз в 1843-м, затем в 1844 году. Еще раньше, в 1832 году, таврические сектанты (п-ов Крым), ожидая явление Христа, распродали свое имущество и целыми семьями двинулись в Закавказье — встречать на горе Христа. В 1864 году кавказские молокане села Карабулах объявили о Втором Пришествии. Закавказские духоборы ожидали конца мира 29 июня 1895 года, когда, по их мнению, с неба должен был явиться их вождь Петр Колмыков, причем весь Кавказ должен был бы сгореть, а на его месте должно было бы устроиться духоборческое (тысячелетнее) царство162.

 

В особом почете у русских сектантов было сказание о конце света «духовных» христиан молокан. Отметим хилиастические настроения как одну из причин быстрого распространения идей пятидесятников среди русского крестьянства. Правда, современные пятидесятники не назовут вам точной даты Второго Пришествия, но обязательно сделают акцент на этом. Исповедуя хилиазм (от греч. chilias.— тысяча), они ожидают перед концом света наступления тысячелетне-го царства Христова на земле или на небе. Сами хилиасты внутри себя разделились. Одни убеждены, что Второе Пришествие Христа случится после тысячелетнего царства. Другие убеждены, что Христос возвратится до «тысячелетия». Именно последние имеют наибольшее число последователей, объединившихся в общины христиан евангельской веры, евангельских христиан в духе Апостолов, христиан веры евангельской.

 

В кратком вероучении ХЕВ записано: «Со Вторым Пришествием Христа начнется тысячелетнее царство»163. Такого же мнения придерживаются и субботствующие пятидесятники, но при этом они учат о земном характере этого царства.

 

Евангельские христиане пятидесятники-сионисты и евангельские христиане святые сионисты считают, что тысячелетнее царство начнется до Второго Пришествия. Церковь будет перенесена на территорию нынешней Палестины, где и утвердится царство Христа. Они настаивают на земном характере грядущего тысячелетнего царства. В противоположность им ХЕВ, ХВЕ, ЕХДА утверждают, что искомое ими царство устроится на небе, куда будет восхищена и церковь в лице своих живых и воскресших единоверцев.

 

Свою позицию в этом споре занимают субботствующие пятидесятники, которые учат, что Христос придет прежде установления тысячелетнего царства (как и ХЕВ, ХВЕ, ЕХДА), однако уточняют, что воцарится оно на земле (на этом стоят евангельские христиане пятидесятники-сионисты (ЕХПС) и евангельские христиане святые сионисты (ЕХСС)).

 

ЕХПС и ЕХСС уверены, что в тысячелетнее царство войдут лишь те, кто во время Пришествия Христова будет в живых. Умершие пятидесятники воскреснут после тысячелетия и обретут Вечную Жизнь на Небе. Неверующим и всем «иноверцам» они обещают погибель от сатаны немедленно после суда, который начнется по окончании тысячелетнего царства.

 

Более умеренные в своих взглядах допускают, что по завершении сроков «царства» Господь отберет праведников, уверовавших в Него, но не принявших крещения Святым Духом, и они вместе с пятидесятниками войдут в Жизнь Вечную. К таковым они причисляют верующих иных протестантских деноминаций.

 

В ревностном ожидании земного царства со Христом сектанты ЕХПС даже пытались переселиться на гору Сион в Палестине. Журнал «Христианин» в 1928 году писал о пятидесятниках Екатеринослава (ныне Днепропетровска): «В некоторых районах пагубное учение «трясунов» утихает и идет на низ, но в некоторых других местах оно делает вспышки, как, например, в селе Романовке (около г.Каменского). Там дух сказал одной женщине, что они должны уехать сейчас на Сион. Несмотря на холодную зимнюю погоду, почти все бричками стали отъезжать в неизвестном направлении, бросив дома, хозяйство. Их, конечно, задержали местные власти, и при медицинском освидетельствовании на­шли некоторых из них нервнорасстроенными, почти душевнобольными, и под надзором милиции вернули назад в Романовку. Двое из детей замерзли»164.

 

Подобное случалось неоднократно в сектах хлыстов, скопцов, молокан, малевановцев.

 

Учение о земном тысячелетнем царстве ЕХПС и ЕХСС не имеет аналогов за рубежом. Это чисто русское явление, возникшее в результате смещения различных богословских толков сектантства. Вот как представляет тысячелетнее царство проповедник евангельских христиан пятидесятников-сионистов А.О.Дякун: «При царстве Христовом на земле будут жениться и выходить замуж, и столетний старик будет как юноша… будут жить, не умирая, по тысяче лет. И народы вне царства Христова будут еще жить, но только те, которые милостивы, и те, которые покорятся Ему и будут чтить Его и служить для народа Божиего, давать и доставлять, что им только нужно будет. А беззакон­ники и все нечестивцы будут истреблены совсем, как говорит Писание»165.Уже в пятидесятых годах «обладавший» даром пророчества руководитель секты А.Ф.Пластеев объявил о конце света. С неба сойдет огненный дождь и спалит местный завод, а с ним и грешный мир. Никто не спасется, кроме пятидесятников. Было велено продать все имущество — все равно все сгорит — и насушить сухарей. К сельсовету утром подойдет машина и всех увезет. Напрасно поверившие собрались в назначенный час — за ними так никто и не приехал. После чего Пластеев объявил: «По бесконечной милости Своей Господь Бог светопреставление на сегодня отменил. Радуйтесь и благодарите Всемилостивого. А про вещи не жалейте — то было вам испытание, и Бог никогда не забудет вашей верности»166.

 

Примечательно, что особенно много любителей ожидания кончины света было в сектах незарегистрированных пятидесятников. Пишут об этом и официальные органы Объединенного Евразийского Союза ХВЕ167.

 

Сроки Второго Пришествия никому не известны. Об этом говорит Своим ученикам сам Спаситель. Отсутствует в Священном Писании и учение о тысячелетнем царстве, понимаемом в сектантском смысле.

 

Истоки этого учения сектанты видят в 20-й главе Откровения святого Иоанна Богослова: «И увидел я Ангела, сходящего с неба, который имел ключ от бездны и большую цепь в руке своей. Он взял дракона, змия древнего, который есть дьявол и сатана, и сковал его на тысячу лет, и низверг его в бездну, и заключил его, и положил над ним печать, дабы не прельщал уже народы, доколе не окончится тысяча лет… И увидел я престолы и сидящих на них, которым дано было судить, и души обезглавленных за свидетельство Иисуса и за слово Божие, которые не поклонились зверю, ни образу его, и не приняли начертание на чело свое и на руку свою. Они ожили и царствовали со Христом тысячу лет» (Откр. 20, 1 — 6).

 

Сектанты, однако, заблуждаются, относя это пророчество к будущим векам, ибо оно есть не только указание о будущем, но и повествование о настоящем.

 

Только в этом случае пророчество открывает волю Божию и значение Его Промысла в мире. Так, большинство ветхозаветных пророков большей частью изъясняли для своих современников смысл Божьего Промысла, непонятного для людей. Об этом говорит нам само Писание, в том числе и книга Откровения. Ангел обращается к Иоанну: «Напиши, что ты видел, и что есть, и что будет после сего» (Откр. 1, 19). Из чего следует, что Иоанн записал многое такое, что уже было в его время.

 

Очень часто причиной заблуждения сектантов является буквальное восприятие написанного. Слова Откровения, где сказано, что Ангел взял дракона и сковал его, нельзя понимать в буквальном смысле. Ангел этот, имеющий ключи от бездны, есть Христос168, имеющий, как говорится в Откровении, «ключи от ада и смерти» (1, 18). Только Бог может иметь такую власть. Написано, что Господь Иисус Христос сковал диавола. Это значит, победил его, лишил силы, о чем в Писании есть множество свидетельств.

 

Апостол Павел в послании к Евреям пишет, что Христос для того воспринял плоть и кровь, чтобы «смертию Своею лишить силы имеющего державу смерти, то есть диавола» (Евр. 2, 14).

 

Диавол господствовал над всем миром, над всем народом (Еф. 2, 2), введя в мир грех и грехом смерть (Рим. 5, 12). Господь победил диавола, уже лишил его власти над миром и людьми. Апостол Павел, имея это в виду, восклицает в первом послании к Коринфянам: «Смерть! где твое жало? ад! где твоя победа?» (1 Кор. 15, 55). Апостол Иоанн говорит, что Христос для того и пришел в мир, чтобы разрушить дела диавола (1 Ин. 3, 8).

 

Фарисеи обвиняли Спасителя в том, что Он творит дела Свои силой Вельзевула, на что Он отвечал: «Как может кто войти в дом сильного и расхитить вещи его, если прежде не свяжет сильного?» (Мф. 12, 29). Это указывает нам на то, что Господь связал диавола, о чем сказано в двадцатой главе Откровения. Сам Господь Иисус Христос говорит: «Я видел сатану, спадшего с неба, как молнию» (Лк., 10, 18). Точно так же и апостолы Петр и Иуда в своих посланиях одинаково указывают, что «Бог ангелов согрешивших не пощадил, но, связав узами адского мрака, предал блюсти на суд для наказания» (2 Пет. 2, 4).

 

Так, из Слова Божия совершенно ясно следует, что Господь уже связал диавола, низверг и заключил его в бездну. Это Он сделал Своим Пришествием, Своею смертью, Воскресением и Вознесением.

 

Пусть диавол как лев ходит вокруг нас, ища кого поглотить (1 Пет. 5, 8), пусть нам предстоит постоянная борьба с ним и его силами. Для нас, если мы вооружены силою Христовою, диавол должен представляться низверженным, обессиленным, заключенным в бездну. Итак, тысячелетнее царство уже началось с того времени, когда Господь связал диавола и основал Царство Божие на земле, т.е. Церковь Свою, которая и есть Царство Благодати. О нем и говорит Апокалипсис (Откр. 20, 1 — 6).

 

Тысяча лет — это не календарная дата169. В Библии в повествовании о сотворении мира говорится, что был день и ночь, вечер и утро, день первый, второй, третий. Но кто станет утверждать, что до акта творения Земли и Солнца сутки были суть земными — в двадцать четыре часа? (Быт. 1, 5, 8).

 

Подобно тому, как Иона был во чреве кита три дня и три ночи, так и Сын человеческий будет в сердце земли три дня и три ночи (Мф. 12, 40). И возможно ли трехдневное пребывание Спасителя во гробе понимать в точном временном выражении — 72 часа?

 

Библия изобилует подобными условно-цифровыми определениями. Во Второзаконии сказано, что милость Его будет до тысячи родов (Втор. 5, 10). Нужно ли понимать это в точном значении цифры, а не в смысле особой продолжительности милости Божией, пока будет жить потомство праведных, достойных этой милости.

 

Нет, не должно воспринимать тысячу лет, упомянутых в Откровении, как обыденную хронологию. «У Господа, — пишет апостол Петр, — один день, как тысяча лет, и тысяча лет, как один день» (2 Пет. 3, 8). У Творца Свой особый счет времени, не такой, как у людей. «Тысяча лет пред очами Твоими, как день вчерашний», — пишет святой царь и пророк Давид (Пс. 89, 5).

 

Царство Христово уже началось, и тому есть немало свидетельств Священного Писания. Так, Спаситель говорит, что Царство Божие уже достигло нас, о чем учил и Иоанн Креститель, говоря: «Покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное» (Мф. 3, 2). Бесплодны ожидания сектантов какого-то очевидно явленного тысячелетнего царства. Царство Божие не придет приметным образом, оно внутри нас (Лк. 17, 19), и есть праведность, «мир и радость во Святом Духе» (Рим. 14, 17).

 

Упорствуя в своем заблуждении, пятидесятники указывают на повествование Откровения, где говорится о первом и втором Воскресении (Откр. 20, 5 — 15). Первое Воскресение, по их мнению, будет для ожидающих тысячелетнее царство.

 

Что ж мы, православные, знаем, что для вступления в начавшееся со Дня Святой Пятидесятницы благодатное земное царство Христово надо прежде воскреснуть от «воды и Духа» (Ин. 3, 5), пробудиться от греховного сна. Таинство Крещения поэтому в Священном Писании называют «нашим воскресением». Мы в крещении погребены с Господом Иисусом Христом и в Нем «совоскресли» верою в силу Бога, «который воскресил Его из мертвых» (Кол. 2, 12). Так, и в Послании к Ефесянам говорится, что Бог оживотворил со Христом нас, мертвых по преступлениям, и «воскресил с Ним» (Еф. 2, 1 — 6).

 

Православные верующие умерли для греха и воскресли со Христом. Это наша первая смерть и наше первое воскресение, о котором говорится в Откровении.

 

Вольные толкователи книги Откровения, сектанты, искажая смысл Писания, утверждают: блаженны и святы те, кто имеет участие в Воскресении первом, они второй раз уже не умрут, смерть над ними не имеет власти, но «они будут священниками Бога и Христа 1000 лет» (Откр. 20, 6), а вы умираете.

 

Во-первых, священниками и царями Священное Писание называет всех верующих во Христа уже в земной жизни; относят себя к таковым и сектанты. Во-вторых, для истинно верующего смерти в ее страшном духовном значении действительно не существует, ибо для него это только переход к вечной жизни. «Слушающий слово Божие и верующий в Сына имеет жизнь вечную» (Ин. 3, 36). Вот почему смерть апостол Павел называл приобретением (Филип. 1, 21).

 

Для истинно верующего смерть вторая (Откр. 20, 6), т.е. разлучение души с телом, не будет прискорбным событием. «Мы ожидаем нового неба и новой земли, на которых обитает правда» (2 Петр. 3, 13). После Второго Пришествия мы воскреснем с обновленной плотью, которая уже не будет подвластна болезням и страданиям.

 

Есть в сектантском учении о земном характере тысячелетнего царства и просто логические несуразности. Если им верить, то ко времени Второго Пришествия все грешники будут истреблены. Но кого же тогда будет обольщать сатана, который в конце 1000-летнего царства снова будет развязан и освобожден из темницы (Апок. 20, 7). Ведь здесь вполне определенно говорится о жителях всей планеты, находящихся «на четырех углах земли» (Апок. 20, 7).

 

Слово Божие ясно учит, что будет Воскресение мертвых с праведными и неправедными (Деян. 24, 15). Когда Господь придет во второй раз и воссядет на своем престоле, то соберутся пред Ним все народы (Мф. 25, 31), которым должно предстать перед Судилищем Хри­стовым и дать ответ за свои дела (2 Кор. 5, 10). После чего пойдут праведники в жизнь вечную, а грешники в муку вечную (Мф. 25, 46).

 

Справедливости ради отметим, что в настоящее время пятидесятники (ХЕВ, ХВЕ, ЕХДА) обходят молчанием догмат о тысячелетнем царстве. Много раз мне приходилось бывать на их собраниях, и не разу там не говорилось о тысячелетнем царстве. Тема эта, кстати, стала одной из причин раздоров и нестроений, долгое время препятствовавших объединению общин, о чем теперь они также предпочитают умалчивать. По-видимому, некоторые из них следуют наказу руководителя ЕХДА — Н.П.Смородина, завещавшего напоминать об этом только высокодуховным христианам.

 

Таким образом, учение о тысячелетнем царстве присутствует у пятидесятников чисто номинально, хотя некогда и было включено в сектантский «символ веры».

 

Кратка жизнь богословского догмата в любом сектантском толке и не исключение пятидесятничество — одно из самых эклектичных направлений протестантизма, «выстроившее себя» из многих положений иных религиозных движений170.

 

Если довести суждение сектантов до логического завершения, то уместно спросить: а зачем тысячелетнее царство им, уже «спасенным»? Разве может какая-то тысяча лет сравниться с вечным пребыванием спасенных в Царстве Христа на Небесах. Может быть, поэтому и не греет это учение сердца пятидесятников. Похоже, что со временем и это их учение тихо отойдет в предание. Не случайно же в своде учений Христиан Веры Евангельской (ХВЕ, зарегистрированные), опубликованном в 1994 году, нет упоминания о тысячелетнем царстве171, хотя в их документах, опубликованных от 1926 года, оно присутствовало.

 

Из предыдущего заблуждения пятидесятники закономерно впадают в последующее, согласно которому они не предстанут на Страшном Суде Христовом (а только пред «судилищем Христовым»)172, ибо повторяют: «Верующий в Него не судится, а неверующий уже осужден, потому что не уверовал во имя Единородного Сына Божия» (Ин. 3, 18).

 

Как это не раз бывало, пятидесятники склонны толковать тексты Писания сугубо в будущем залоге небесной жизни, пренебрегая настоящей, земной. Для православного очевидно, что если он ведет благочестивую христианскую жизнь, то перестает быть в числе чад гнева Божия. Всякий же неверующий и невоздержанный не имеет духовной жизни, пребывая в духовной смерти. Ведь написано «неверующий осужден» (Ин. 3, 18), значит здесь речь о настоящем, а не о будущем.

 

Так же и слова «верующий в Него не судится» указывают на настоящий момент текущей жизни человека. «Слушающий слово Мое и верующий в Пославшего Меня, — говорит Господь, — на суд не приходит, но перешел от смерти в жизнь» (Ин. 5, 24). Вполне очевидно, что здесь сказано о земной жизни, а не о будущей, равно как и о смерти духовной, но не телесной. И о суде здесь речь не о всеобщем — после Второго Пришествия, а о сегодняшнем суде перед собственной совестью и Словом Божиим. Сам Спаситель говорит: «Суд же состоит в том, что Свет пришел в мир, но люди более возлюбили тьму, нежели Свет, потому что дела их были злы» (Ин. 3, 19).

 

Священное Писание со всей определенностью учит о всеобщем суде Христовом. Поистине удручающа духовная глухота сектантов, не разумевших слова Спасителя о том, что все покоящиеся во гробах «услышат глас Сына Божия и изыдут творившие добро в воскресение жизни, а делавшие зло — в воскресение осуждения» (Ин. 5, 28 — 29).

 

О том же свидетельствуют и Апостолы. «Всем нам, — пишет святой Павел, — должно явиться пред судилище Христово, чтобы каждому получить соответственно тому, что он делал, живя в теле, доброе или худое» (Кор. 5, 10). «Все мы предстанем на суд Христов… Итак, каждый из нас за себя даст отчет Богу» (Рим. 14, 10 — 12).

 

Пятидесятники самонадеянно утверждают — нас не за что судить, мы не творим грехов к смерти, а все остальные грехи не препятствуют достижению Царства Небесного. Словно и нет для них Божьего суда не только за дела, но и за слова и даже за помышления

 

(1 Кор. 4, 5), о чем вполне ясно и определенно было сказано еще в Ветхом Завете. Праведный Екклесиаст об этом писал так: «Бога бойся и заповеди Его соблюдай, потому что в этом все для человека, ибо всякое дело Бог приведет на суд, и все тайное, хорошо оно или худо» (Екл. 12, 13 — 14).

 

 

 

10. Три теории глоссолалии у современных пятидесятников

 

 

 

«Если я говорю языками человеческими или ангельскими, а любви не имею, то я — медь звенящая или кимвал звучащий. Если имею дар пророчества, и знаю все тайны, и имею всякое познание и всю веру, так что могу и горы переставлять, а не имею любви, то я ничто»

 

(1 Кор.  13,  1 — 2).

 

«Сколько, например, различных слов в мире, и ни одного из них нет без значения. Но, если я не разумею значения слов, то я для говорящего чужестранец, и говорящий для меня чужестранец. Так и вы, ревнуя о дарах духовных, старайтесь обогатиться ими к назиданию церкви»

 

(1 Кор. 14,  10 — 12).

 

 

 

Чрезвычайные дары Апостольского века должны сопровождать Церковь Христову на протяжении всей ее земной истории — в этом пятидесятники едины, хотя различные их направления признают разное количество и разнообразные комбинации этих даров. Учение о ви­димых дарах Святого Духа является для них «не только обязательным, но и основным в вероучении»173.

 

Обычно указывают на необходимую принадлежность Церкви Христовой трех видов тройственных даров Святого Духа:

 

Дары откровения — мудрость, знание, умение различать духов. Дары вспоможения — вера, чудеса и исцеление.

 

Дары управления — пророчество, говорение на иных языках и их толкование.

 

Большинство сектантов, правда, не считают обязательным обретение всех этих даров, а обычно ограничиваются «владением» одного — много двух. От даров харизматических пятидесятники отличают плоды Святого Духа. Дары посылаются свыше, а плоды достигаются в личной жизни. Некоторые считают, что дары достигаются путем ревнования через плоды. «Другие утверждают, что плоды являются результатом даров. Есть и промежуточные точки зрения»174.

 

Крещение Духом Святым непременно должно сопровождаться получением каких-либо духовных даров. При этом обязательно стяжается дар или знамение языков. Дар языков есть следствие крещения Духом Святым — оба акта тесно связаны между собой и являются свидетельством один другого. Ничего подобного не включает в свой «символ веры» ни одна из протестантских церквей. Это учение существенно отличает харизмати-ков от прочих деноминаций.

 

«Говорение на иных языках не есть что-то незначительное, — пишет видный американский богослов-пятидесятник Гордон Линдсей, — это великое переживание, которое может назидать и обогащать верующего на протяжении всей его жизни»175. Что же понимается под назиданием и обогащением?

 

Человек находится в глубоком неведении о своих истинных нуждах и нуждах других людей. Искони известно, что человек, поврежденный умом и волей, не способен правильно молиться, ибо часто не знает, что ему на самом деле необходимо. И тогда, говорят пятидесятники, Сам Святой Дух начинает молиться за верующего к престолу Всевышнего176. Для этого и был ниспослан дар языков.

 

 

 

Теория исторических языков

 

 

 

Харизма языков может осуществляться в трех различных формах. Во-первых, дар языков может изливаться на человека в виде конкретных национальных языков, принадлежащих тому или иному народу. Так, Апостолы в день Пятидесятницы при сошествии Святого Ду­ха заговорили на языках Понта и Асии, Фригии и Памфилии, Египта и Ливии (Деян. 2, 9 — 10).

 

Таковая глоссолалия, признаются сами пятидесятники, изливается на них крайне редко. Зато можно слышать, что кто-то где-то слышал, что молящийся говорил на немецком или персидском, а случайно оказавшийся переводчик объяснил, о чем вещал глоссолал. Но поскольку в общинах полиглоты редки, то дары языков остаются сокрытыми для понимания, объясняют пятидесятники. К тому же в мире есть столько языков, которые мало кто знает, например эфиопский. На нем тоже способен «заговорить» верующий.

 

Поразительна уверенность, с которой сектанты утверждают, что они говорят на неведомых им самим языках. Верующая из пятидесятниц рассказывала, что три дня подряд дар языков у нее изливался на немецком языке. Сама она немецкого не знала, но таково ее предположение. Язык настолько сильно проник в ее душу, что она все это время на родном русском говорила с сильным акцентом, очень близком к языку глоссолалии.

 

Оставим на совести пятидесятников их утверждение о характере глоссолалии. Известно, однако, что в исключительно редких случаях, в состоянии психического транса, человек действительно может говорить на конкретном историческом языке.

 

Способность Ангела тьмы перевоплощаться в Ангела Света также известна христианам. Не исключены и чисто уникальные проявления многогранной человеческой природы. В медицинской практике известен случай, когда во время сложной операции оперируемая заговорила на непонятном языке. И только врач, хорошо знавший древнюю латынь, определил, что пациентка цитирует Библию именно на этом языке. После операции у нее спросили, где она так хорошо выучила латынь, что явно не соответствовало ее положению в обществе. Оказалось, что никакой латыни она не знает и даже не умеет читать на родном языке, однако выяснилось, что она часто прислуживала гостям, которые собирались у ее хозяина, и подолгу оставалась в комнате, где ее господа читали на непонятном языке Библию.

 

Есть факты, когда человек в состоянии гипноза начинает разговаривать на английском, немецком или ином языке, причем с акцентом какой-либо определенной местности, совершенно не будучи знакомым даже с элементарными навыками языка, на котором говорил. Во всяком случае, в наше время никто из пятидесятников не может продемонстрировать глоссолалию на каком-либо из известных языков, хотя почти каждый глубоко убежден, что он носитель этой харизмы.

 

Понимая, однако, двойственность, а скорее двусмысленность, своего положения, харизматики предложили теорию смешанно-исторических языков.

 

 

 

Теория смешанных исторических языков

 

 

 

Согласно ей дар языков изливается на человека сразу в виде многих исторических языков. Глоссолал произносит одну фразу на немецком, другую — на коптском, третью — на турецком языках. Или вообще каждое отдельное слово произносит на разных языках. Слово на английском, слово на китайском и так далее.

 

 

 

Нелепость и надуманность данной теории очевидна.

 

 

 

Если «языки» — это дар Божий, то для чего Творцу ниспосылать его в такой странной форме? «Теория» была измышлена для того, чтобы хоть как-то оправдать отсутствие у пятидесятников подлинного дара языков. Такой способ «языкоговорения» у них весьма распространен. Но, видимо, признавая известную сомнительность такого положения, пятидесятники предпочитают публично не распространяться на эту тему.

 

В Священном Писании, разумеется, нет никаких подтверждений «теории», что вовсе не смущает сектантов. Оказывается, глоссолал способен глаголить и на ангельских языках. На вопрос, какими же языками говорят пятидесятники, пресвитер Московской общины ХВЕ Николай Романюк ответил: «Ангельскими».

 

 

 

Теория ангельских языков

 

 

 

Пятидесятники всех направлений учат, что ангельский язык — это особый, недоступный ни одному народу мира говор, но понятный только Богу. Свои богословские изыскания на сей счет они основывают на вырванных из Писания словах. Апостол Павел обращается к Коринфской общине: «Если я говорю языками человеческими и ангельскими, а любви не имею, то я — медь звенящая или кимвал звучащий» (1 Кор. 13, 1). Этого, по их мнению, оказалось достаточно, чтобы утверждать, будто христиане Апостольского века могли говорить с Богом на ангельских языках, а сам дар языков был ниспослан Церкви вовсе не для проповеди среди народов и совсем не представлял собою какую-то исключительную способность, как учит Православная Церковь.

 

Между тем слова Павла об ангельских и человеческих языках (1 Кор. 13, 1) нельзя рассматривать вне связи с двенадцатой, тринадцатой и четырнадцатой главами первого послания к Коринфянам. В главе тринадцатой Апостол показывает всю «ничтожность их (даров) без любви»177. В этом контексте и следует понимать его слова: «Если я говорю языками человеческими или ангельскими, а любви не имею, то я — медь звенящая или кимвал звучащий» (1 Кор. 13, 1).

 

Здесь раскрывается смысл предшествующих речений Апостола о даре языков, а также других даров: исцеления, вспоможения, управления (1 Кор. 12, 28). Все это только дары, а нужно ревновать об исполнении заповедей любви к Богу и ближним. И, поэтому, если че­ловек имеет различные дары от Бога, которые сами по себе не являются плодом исполнения заповедей, и при этом не трудится на ниве своего сердца в стяжании любви, то его дары, например — языков, есть медь звенящая, неразумное сотрясение воздуха.

 

Дар без любви не приближает человека к Богу, а без смирения в сердце даже отдалит от Него.

 

Что же касается вопроса, говорили ли первые христиане ангельскими языками, то на него следует ответить вопросами же: если это и возможно, то зачем это? Ведь обладание даже этой способностью, несравнимо более ценной, нежели говорение на иностранных языках, при отсутствии сердечной любви будет пустым звуком. Упоминанием об ангельском языке, равно как и иными стилистическими оборотами, усиливающими речь, апостол Павел в своих посланиях пользуется не раз.

 

В Послании к Галатам он предостерегает, что если «даже мы, или Ангел с неба будет благовествовать не то, что мы благовествовали вам, да будет анафема» (Гал. 1, 8). Вот Апостол заверяет верующих: «ни Ангелы, ни Начала, ни Силы, ни настоящее, ни будущее… не может отлучить нас от любви Божией» (Рим. 8, 38 — 39). Означают ли эти слова, что он все же допускает возможность подобных действий от горних сил? И Ангел Божий может ли благовествовать что-то противное воле своего Творца? Ангелы — это служебные духи, посылаемые желающим наследовать спасение (Евр. 1, 14), и как возвестители воли Божией, конечно, не могут благовествовать что-либо противное ей. Что же касается падших ангелов, то они правду, как правило, не говорят. И трудно допустить, что Апостол имеет в виду здесь именно их.

 

Дабы придать проповеданному им ранее учению незыблемость и авторитет, Апостол употребляет такое сильное выражение: «если даже мы, и не только мы, но и Ангел». Человеку может быть попущено отвернуться от исполнения воли Божией, но Ангелу после совершившегося их разделения на добрых и злыnbsp;p/pх — это невозможно. С единственной целью — сильнее подчеркнуть непреложность своего учения — Апостол прибегает к этой метафоре.

 

«Посему, — пишет блаженный Феодорит, — если узнаю все человеческие языки и сверх того и языки невидимых сил, но любви к ближнему иметь не буду, то ничем не отличусь от неодушевленных орудий»178. Даже и самые высокодуховные мысли, например ангельские, не смогут придать силы словам, исходящим из черствого сердца.

 

О таком же понимании Писания свидетельствует святой Иоанн Златоуст: «Хотя я и буду говорить, — пишет святитель, — так, как обыкновенно беседуют Ангелы между собой, но без любви я ничто и даже тягостен и несносен»179.

 

Пророк Исайя был удостоен слышать пение Ангелов, говорит Библия. «А Иезекииль, Даниил, Захария, Михей слышали их беседующими. И если бы они сумели передать человеческим словом неизреченную красоту их речи, но без всякого содержания любви, то и в таком случае дар этот не был бы высок рядом с даром любви»180.

 

Ни один из духовных толкователей этого места Послания никогда не подразумевал под выражением «языками ангельскими» (Деян. 13, 1) действительную способность первых христиан говорить ими.

 

Если бы такая харизма в Церкви существовала, то о ней обязательно бы высказались христианские писатели первых четырех веков, жившие в непосредственной временной близости к описываемым событиям. Но ничего подобного в их трудах мы не находим, ибо христиане никогда не обладали такой способностью.

 

Тем не менее пятидесятники настаивают на том, что говорят «ангельскими» языками. Причем дар этот изливается в такой же форме, как и в Апостольский век. Чтобы уяснить глубокую греховность этой претензии, достаточно лишь однажды увидеть проявление «дара» у пятидесятников.

 

 

 

11. «Дар языков» у современных пятидесятников

 

 

 

«Любовь никогда не перестает, хотя и пророчества прекратятся, и языки умолкнут, и знание упразднится»

 

(1 Кор.  13, 8).

 

«Если… войдут к вам незнающие или неверующие, то не скажут ли, что вы беснуетесь »

 

(1 Кор.  14, 23).

 

 

 

Проявление «дара»

 

 

 

Дар языков у пятидесятников проявляется порой в самых неожиданных формах. На одном из собраний сектантов мне приходилось слышать, как молодой человек, лет двадцати пяти, громко и протяжно кричал: «Аллилуйя». Начинал он не громко, но по мере повторения все более повышал тон, так что в конце концов переходил на крик. А-а-а-а-ли-ли-луйа, а-а-а-а-л-ли-луй-я, кажется забывшись, кричал он, закрыв глаза и резко потрясая в такт поднятыми руками. После нескольких произнесенных подряд слов «аллилуйя» он переходил на бормотание бессмысленных звукосочетаний: «амина, супитер, амана… — а затем опять громко кричал «аллилуйя».

 

«Ангельский дар» может, оказывается, изливаться исключительно в виде единственной гласной алфавита. «И-и-и и-и-и», — громко распевала одна из пятидесятниц. Начинала она с нижних негромких тонов и постепенно поднимала тон на октаву, не произнося более ни единого иного звука. И так повторялось снова и снова в течение пятнадцати минут.

 

Другой единоверец выговаривал словно заученную скороговорку: «Регедигида, треги, регедигида, регедигида». Иногда это речение он разнообразил, произнося: «Супитер, супитер, арамо».

 

У большинства молящихся «дар» заключается в бормотании звуковой бессмыслицы наподобие: «сопо, ропота, карифа…»

 

Добавьте сюда весь выплеск многообразия темпераментов членов собрания — и вы станете свидетелем действия, бесконечно далекого от традиционных представлений, данных православным в Писании и Предании.

 

Могли бы апостолы Петр и Павел благословить подобные радения? Православное понимание святости и духовности не позволяет даже допустить этого.

 

Если внешние проявления «дара» у пятидесятников, в общем, идентичны, то практика языкоговорения различна. Одни вполне раскованно совершают молитвы только на «иных языках», другие молятся более сдержанно. Обычно проповедник начинает молитву на родном языке, по желанию продолжают, используя кто русские слова, кто «ангельские», но почти всегда негромко. Такова, в частности, практика молитвы большинства общин, входящих в Объединенный Евразийский Союз Христиан Веры Евангельской181.

 

Формы проявления «дара» зависят от двух главенствуюших богословских теорий: о даре языков и о даре и знамении языков.

 

 

 

О даре и знамении языков

 

 

 

Как уже было отмечено, в момент крещения Святым Духом верующий впервые начинает говорить иными языками, которые свидетельствуют (знаменуют), что единоверец-пятидесятник получил духовное крещение. После этого он может вообще никогда не говорить языками, ибо крещение Духом еще не есть свидетельство обретения харизматического «дара языков». Способность говорения перейдет в постоянную способность молиться на «иных языках» только при условии предельно благочестивой и духовной жизни. Сюда входят регулярное посещение собраний, усердная домашняя молитва, усердное чтение Слова Божия и т.д.

 

В итоге говорение языками повторяется все чаще и чаще и наконец становится постоянной способностью. Правда (что совсем нередко), пятидесятники так и не обретают постоянного «дара языков», несмотря на все старания. Но это не должно огорчать сектанта, ибо «дар языков» для него не самоцель.

 

Многие весьма «благочестивые» прихожане не имеют «дара языков». Таких богословских позиций о даре языков придерживаются общины, входящие в Объединенный Евразийский Союз ХВЕ. В то же время их не разделяют пятидесятники-федотовцы, утверждающие, что получивший крещение Святым Духом вместе с этим обретает и постоянный «дар языков» (их учение о даре языков).

 

Зарубежные пятидесятники в большинстве своем сторонники учения о даре и знамении, что, по их мнению, ближе к букве и духу Священного Писания.

 

Так, в США половина и более от общего числа пятидесятников никогда не говорят языками.

 

Несогласие богословских установок в вопросе о даре и знамении языков препятствует объединению различных пятидесятнических сект в России. «Крещенные Святым Духом» харизматики с даром языков обвиняют родственные секты в отсутствии у них благодати Святого Духа.

 

Все ли христиане Апостольской Церкви имели харизму языков?

 

Дар языков, согласно Православию, никогда не был свидетельством крещения Святым Духом; оно считает учение о даре и знамении языков «богословским недоразумением». Несмотря на свою относительную равноудаленность от истины Божией, к ней относительно ближе не разделяющие учения о даре языков, утверждающие, что в Апостольские времена дар языков не был всеобщим. Их противники, в свою очередь, приводят следующие слова апостола Павла: «Когда вы сходитесь, и у каждого из вас есть псалом, есть поучение, есть языки, есть откровение, есть истолкование» (1 Кор. 14, 26).

 

Православие в этом случае исходит из того, что здесь вовсе не утверждается постулат о всеобщности дара языков. Иначе мы должны признать, что и даром истолкования обладали все христиане. Но если это дар всеобщий, зачем апостол Павел советует коринфянам молиться о его приобретении (1 Кор. 14, 13)?

 

В своем толковании на это место Священного Писания святой Феофан Затворник учит: «Каждый имеет какое-либо (дарование. — И.Е.) от Духа Божия, кто псалом, кто учение… кто откровение… кто язык»183.

 

Отнюдь не свидетельствует о правоте пятидесятников и часто приводимый ими текст: «Желаю, чтобы вы все говорили языками, но лучше, чтобы вы пророчествовали (1 Кор. 14, 5). Даром пророчества обладали, конечно, не все христиане. Не могут им похвастать и совре­менные пятидесятники. Апостол Павел, говоря о дарах духовных, советует ревновать о даре пророчества. На основании пятого стиха можно как будто заключить, что даром пророчества обладали все христиане, но этого не позволяет нам сделать первый стих той же главы (1 Кор. 14, 1). Языкоговорение всеми христианами Коринфской Церкви — это еще не реальность, а только пожелание Апостола. «Дабы не подумали, будто он по зависти к ним унижает языки», — пишет святой Иоанн Златоуст»184.

 

Если внимать букве, а не духу Послания святого Павла, мы должны со всей категоричностью утверждать, что все в Коринфской Церкви обладали даром пророчества, буквально толкуя следующий стих: «Когда все пророчествуют, и войдет кто неверующий» (1 Кор. 14, 24). Но как могут все пророчествовать, если Апостол советует ревновать об этом даре (1 Кор. 14, 1), чтобы получить его к назиданию Церкви?

 

О том, что в Апостольской Церкви не все говорили языками, наглядно показывают следующие выдержки из Священного Писания: «Каждому дается проявление Духа на пользу: одному дается Духом слово мудрости… иному чудотворения, иному пророчество, иному разли­чение духов, иному разные языки, иному истолкование языков» (1 Кор. 12, 8 — 10). «Все ли чудотворцы? Все ли имеют дар исцелений? Все ли говорят языками? Все ли истолкователи?» (1 Кор. 12, 29 — 30).

 

 

 

Учение пятидесятников о сообщении Церкви дара языков до скончания века

 

 

 

Харизма глоссолалии дана Церкви на все времена, учат пятидесятники, указывая на слова Спасителя, сказанные перед Вознесением: «Уверовавших же будут сопровождать сии знамения: именем Моим будут изгонять бесов, будут говорить новыми языками, будут брать змей, и если что смертное выпьют, не повредит им» (Мр. 16, 17).

 

Первым из церковных писателей, упомянувших о даре языков, был святой Ириней Лионский. Он пишет о своих современниках. «Мы слышим многих братьев в Церкви, имеющих пророческие дарования, и через (Святого) Духа говорящих различными языками и для общей пользы выводящих наружу сокровенное людей и изъясняющих тайны Божии»185.

 

Святой Ириней Лионский умер в 202 году. Отсюда можно заключить: дар языков существовал до конца второго века. Но уже в четвертом веке нет никаких упоминаний о дарованиях пророчества, языкоговорения.

 

Святой Иоанн Златоуст пишет, что в его время «произошло оскудение событий, которые тогда были, а теперь не бывают»186.

 

Дар языков был дан Церкви для распространения веры и представлял собою способность вести проповедь на конкретных земных языках. «С распространением ее повсюду употребление (даров языков и пророчества. — И.Е.) — уже излишне»187. О том же свидетельствует и блаженный Августин: «Церковь тогда была в одном доме, когда приняли Святого Духа, была в числе не великом, а имела языки всего мира. И вот видно, что она образовала, Церковь малая, говорившая языками всех народов, не то ли означала, что ныне великая, повсюду от востока до запада говорит языками всех народов»188.

 

Святой Иоанн Златоуст усматривает в ниспослании Апостольской Церкви дара языков и другие цели, не связанные прямо с проповедью среди народов. Он пишет: «По какой, в самом деле, причине теперь пресеклась и отнялась от людей благодать сия?»189. И отвечает: «Тогдашние люди были очень неразумны, как люди, недавно освободившиеся от идольского служения, мысль их была так груба и нечувствительна, что они совершенно были привязаны к одним плотским предметам… Для сего и бывали чудеса… А ныне я не имею нужды в знамениях: почему? Потому что и без чудес научился веровать Господу. Залога требует тот, кто не верит, а я, как верующий, не требую ни залога, ни чудес. Положим, я не говорю новыми языками, но я знаю, что я очищен от грехов. Они тогда не веровали сему без явления чудес, затем и явлены были чудеса, как залог веры, ими приемлемый»190.

 

Возможно ли более нелицеприятное обличение пятидесятников в их неверии, нежели это суждение святого Отца? Не имея в сердцах своих крепкого внутреннего свидетельства веры в Церковь и ее спасительные Таинства, не имея веры в то, что человек спасается не только верой, но и делами, сектанты тщетно льстят своим сердцам, стремясь отыскать спасение только там, где есть проповедь полного Евангелия. Тем самым они уподобляются маловерным первохристианам, нуждавшимся для подкрепления своих убеждений во внешних знамениях. Но у сектантов нет проповеди полного Евангелия. Оно есть в истинной Церкви, а не в собрании еретиков. Нет у них и харизматических дарований. То, что мы наблюдаем у них сегодня, не было и не могло быть в Апостольской Церкви, ибо противоречит ее духу и устремлениям.

 

И все же как постичь вышеупомянутые слова Спасителя перед В

1. Общие сведения о пятидесятниках

 

Пятидесятничество — одно из рационально-мистических направлений протестантизма. Таково определение сектоведов прошлого века, когда было принято делить еретические общества на рационалистические и мистические. Пятидесятников со всей определенностью можно было бы считать сектой рационалистической. Но их учение о крещении Святым Духом и переживания, сопутствующие этому акту, позволяют усматривать в этом движении заметно выраженный мистический момент.

 

Пятидесятники стоят в оппозиции не только к Православной и Католической церквам, но и ко всем протестантским направлениям. Основная их цель — восстановить в своих общинах форму и дух христиан Апостольского века. Отсюда — столь развитые у них институты пророков, евангелистов, учителей, проповедников. Отличившихся в проповеди Слова Божиего называют апостолами. Есть среди них «чудотворцы» и «исцелители». Все пятидесятники в нашей стране, кроме Евангельских Христиан в Духе Апостолов (ЕХДА), исповедуют Святую Троицу.

 

Особый акцент в своих проповедях сектанты делают на действии Духа Святого в мире, а основным их догматом является учение о крещении Духом Святым, которое должно сопровождаться говорением на «иных» языках83. Однако некоторые авторитеты утверждают, что Дух Святой может крестить верующего и без знамения языков, хотя таковых исключительное меньшинство84. Именно учение пятидесятников о крещении Духом Святым существенно отличает их от прочих протестантских деноминаций.

 

В остальном оно соответствует главным сектантским догматам. Это, во-первых, и признание исключительного авторитета Священного Писания, и непочитание Божией Матери и святых, а также отсутствие молитв за умерших, непоклонение святому кресту и иконам, непризнание законного благодатного священства. При этом некоторые из них (ЕХДА) утверждают, что вечерю Господню (хлебопреломление), бракосочетание, Крещение и др. может совершать только рукоположенный пресвитер (у ХВЕ в исключительных случаях «эти священнодействия могут совершаться и другими служителями»)85.

 

Пятидесятники, самочинно исказив церковные Таинства, превратили их в простые обряды. По их убеждению, Господь не нуждается ни в каких материальных, видимых формах передачи Своей благодати, но в то же время они сохранили обрядовые действия, соответствующие описанным в Новом Завете событиям.

 

В первое воскресенье каждого месяца они совершают хлебопреломление, которое для них есть только воспоминание о Тайной вечере. Верующим предлагается кусочек хлеба с подноса и глоток вина из чаши. Перед вечерей Господней совершается обряд омовения ног (по установлению общины: может совершаться с омовением ног или без омовения)86. Этому придается огромное значение, так как полагают, что хлебопреломление без омовения ног не может являться полноценным исполнением заповеданного Спасителем. Обычно омовение ног совершается в конце богослужения. Верующие-мужчины — в одной комнате, женщины — в

 

другой, собираются попарно, и один другому омывает ноги в тазах с теплой водой.

 

Остался обряд водного крещения, который является как бы видимым свидетельством принятия в Церковь. Маленьких детей не крестят, но приносят в собрание для благословения.

 

Сектанты исповедуют различные формы покаяния. Общее покаяние — перед хлебопреломлением — совершается нерегулярно. Честное — перед всей общиной. Есть еще покаяние перед пресвитером и друг перед другом. Принятым в общину считается тот, кто покаялся перед членами местной церкви, но для участия в хлебопреломлении этого недостаточно — требуется еще и водное крещение. Для будущих супругов обязательно совершается обряд бракосочетания — в виде молитвенного напутствия общины. Причем мужем и женой молодые становятся не после акта записи регистрации в ЗАГСе, а после особого устраиваемого по этому поводу служения (обряда). У всех пятидесятников весьма нетерпимое отношение к браку с неверующими. Если подобное и допускается, то только в исключительных случаях. Непослушание грозит отлучением от церкви.

 

При особой необходимости над болящими совершается обряд с возложением рук или помазания больного маслом (елеопомазание)87.

 

Днем покоя почти все пятидесятники (кроме субботствующих) почитают воскресенье. В этот день все верующие собираются на молитвенные собрания, где нередко совершаются молитвы на «иных языках». Существуют направления, где молятся только на «иных языках» и членораздельную речь можно услышать лишь в проповеди Слова Божиего. Церковные праздники пятидесятники России отмечают по старому стилю. К ним относятся: Рожество Христово, Крещение Господне, Сретение Господне, Благовещение, Преображение Господне. Праздник Пасхи у пятидесятников всегда приходится на пятницу Страстной седьмицы (по право-славному календарю). Праздники Вознесения Господня и Пятидесятницы совпадают с днями Православных торжеств.

 

Во главе каждой общины стоит братский совет, возглавляемый пресвитером церкви, а общины объединены в так называемые округа. Округ возглавляет старший пресвитер. Самое название «старший пресвитер» было в свое время «предложено» Христианам Веры Евангельской (ХВЕ) Советом по делам религий, хотя в личных беседах при советском режиме члены ХВЕ предпочитали слово «епископ». Ныне термин «епископ» прочно вошел в употребление. Зарегистрированные пятидесятники разделили территорию СНГ на 32 региона, во главе каждого из которых стоит епископ, ближайшим помощником которого может быть старший пресвитер.

 

В заключение отметим, что строго дифференцированного деления до недавнего времени объединения незарегистрированных пятидесятников не имели. В настоящее время вся территория бывшего СССР разделена на 65 округов, во главе каждого стоит епископ. Наи­менование «старший пресвитер» они всегда отвергали. Среди этих направлений очень развиты институты «пророчества», «толкования языков» и т.д., что не часто встретишь в ранее зарегистрированных организациях. Теоретически эти служения и в зарегистрированных общинах всегда признавались, но на практике к «пророкам» и им подобным относятся очень настороженно. В «Вероучении Объединенного Евразийского Союза Христиан Веры Евангельской» (зарегистрированное братство) сказано: «Мы верим, что для совершения служения в церкви Бог поставляет: Апостолов (Еф. 4, 11, 12), Епископов (1 Тим. 3, 1 — 7), Пресвитеров (Тит. 1, 5), Пророков (Еф. 4, И — 12), Евангелистов (Еф. 4, 11 — 12), Учителей (Еф. 4, 11 — 12), Диаконов (1 Тим. 3, 8 — 13)»88. К священнодействиям в церкви они относят: бракосочетание, молитву благо­словения детей, молитву о больных, рукоположение89.

 

 

 

2. О Священном Писании и Предании Церкви

 

 

 

«Братия, стойте и держите предания, которым вы научены или словом, или посланием нашим»

 

(2 Фес. 2, 15).

 

«Завещаем же вам, братия, именем Господа нашего Иисуса Христа удаляться от всякого брата, поступающего бесчинно, а не по преданию, которое приняли от нас»

 

(2 Фес. 3, в).

 

«Мы не повреждаем слова Божия, как многие, но проповедуем искренно, как от Бога, перед Богом, во Христе»

 

(2 Кор. 2, 17).

 

«Во всех посланиях… есть нечто неудобовразумительное, что невежды и неутвержденные к собственной своей погибли превращают, как и прочие Писания»

 

(2 Петр. 3, 16).

 

 

 

Движение пятидесятников, как мы могли убедиться выше, есть разновидность протестантизма. Как и прочие протестантские деноминации, пятидесятники строят свое вероучение на трех главных основаниях: исключительном авторитете Священного Писания, спасе­нии личной верой и принципе всеобщего священства. Каждое из этих положений у пятидесятников помимо общепринятого протестантского содержания имеет еще и свои конкретные особенности.

 

С самого своего появления пятидесятники бросили вызов остальным протестантским направлениям: баптистам, адвентистам, методистам. Не исключение и остальные христианские деноминации. Они, по их мнению, не обладают полнотой истины и утратили глубину апостольской веры и жизни в Духе по вере. Харизматиками (пятидесятниками) было выдвинуто и «богословски обосновано» неизвестное до того времени учение о крещении Духом Святым. Только крещенный Духом Святым признается вполне спасенным, хотя Священное Писание ничего не говорит об этом, как учат пятидесятники. Напротив того, исполнено свидетельств, отрицающих их догматические притязания.

 

Все положения пятидесятников строятся на неверном, искаженном понимании Слова Божия, в чем их, кстати очень часто и обоснованно, обвиняют приверженцы других протестантских направлений. В этой связи рассмотрим принцип понимания Священного Писания протестантами, поскольку именно в нем заложена та первооснова, которая породила многочисленные противоречивые вероучения пятидесятнических сект, каждое из которых толкует Библию на свой лад.

 

 

 

Учение М.Лютера об исключительном авторитете Священного Писания

 

 

 

Впервые учение об исключительном авторитете Священного Писания было сформулировано католическим монахом доктором богословия Мартином Лютером. Таким образом он решил «отречься от заблуждений Римско-Католической Церкви», ибо многие, как он полагал, заблуждения Католической Церкви происходят из спекулятивных измышлений ее богословов, утративших почтение к авторитету Слова Божия. Он неустанно напоминал о том, что в Писании нет (что совершенно верно) учения о чистилище, индульгенциях и многих иных плодах суемудрия католических богословов. Но на этом Лютер не остановился. Вместе с ложным преданием он отверг и саму необходимость предания как такового, провозгласив единственным источником вероучения Священное Писание. Вместе с ложным пре­данием Католической Церкви Лютер отвергает и предание истинное, без которого невозможно понять Священное Писание. Реформатор не стал утруждать себя ответственнейшей богословской работой отделения плевел от пшеницы (Мф. 13, 23), а с корнем вырвал и то и другое.

 

Едва Лютер объявил, что разум свободен в истолковании Священного Писания, как в одном лишь XVI столетии возникло около 270 новых сект, столько их было в христианском мире за 15 предшествующих веков90. Только на слова Христа: «Сие есть тело Мое» (Мф. 26, 28) — у протестантов обнаружилось более двухсот различных толкований91.

 

Сектантское разномыслие воистину лишний раз доказало самой историей своих заблуждений, что без Священного Предания нельзя сохранить единства понимания Священного Писания, а следовательно, и религиозного единомыслия.

 

 

 

Учение пятидесятников о Священном Писании

 

 

 

Следуя за Лютером, все протестанты, равно как и пятидесятники, учат, что Библия — единственный истинный источник богопознания, открывающий волю Божию каждому человеку и. указывающий путь спасения. Только Священное Писание есть кладезь христианской веры и духовное руководство для верующих92.

 

По мнению пятидесятников, Писание содержит все, что потребно человеку для спасения. И каждый, если захочет, сможет найти путь ко Христу: «Сие же написано, дабы уверовали, что Иисус есть Христос, Сын Божий, и, веруя, имели жизнь во имя Его» (Ин. 20, 31).

 

Возникает, однако, закономерный вопрос. Если в Священном Писании для пятидесятников все ясно и понятно, то почему же их движение раздроблено на сотни сект и каждая претендует на абсолютно правильное понимание Слова Божия? Отчего, например, у пятидесятников возникло несколько взаимно противоречивых богословских концепций о проявлении дара языков, а рассмотрение какого-либо конкретного положения Библии неизбежно порождает десятки мнений? Даже в рамках одного сектантского направления существует множество толкований Библии, превращающихся со временем в особое «предание».

 

 

 

Православное учение о Священном Писании и Священном Предании

 

 

 

Православная Церковь учит, что Священное Писание невозможно отделить от Священного Предания. Предположим, что мы дали Библию человеку, никогда не слышавшему о христианстве. Поймет ли он Писание? История показывает, что даже жизнь в Церкви без должного знания Предания не спасает от заблуждений, а история представляет нам множество примеров, подтверждающих это. Древние еретики заблуждались нередко именно из-за того, что при объяснении Писания отвергали Предание. Так, еретик Манес (II век) на словах Священного Писания «Я и Отец — одно» (Ин. 10, 30) основал целое учение, отрицавшее троичность Лиц Божества. Ныне еретику наследуют пятидесятники-единственники. Слова Писания «Отец Мой более Меня» (Ин. 14, 28) послужили поводом к тому, что Арий и его последователи отвергли догмат о равенстве Сына Божиего с Богом Отцом. Основываясь на словах «Дух все проницает и глубины Божии» (1 Кор. 2, 10), он называл Святого Духа ограниченной тварью, которая не имеет всеведения Божия.

 

Но о Лицах Святой Троицы все же есть сообщения в Священном Писании, на основании чего мы можем делать богословские выводы. Но как быть с такими сложными вопросами, как соединение двух природ во Христе, и другими?

 

Монофизиты, например, учили, что во Христе была одна природа, а монофилиты говорили об одной воле.

 

И точно так же еретики силились подтвердить свое учение ссылками на Священное Писание. Для сохранения внутрицерковного мира и разрешения этих сложнейших богословских вопросов собирались Вселенские соборы.

 

Согласно воззрениям пятидесятников во Христе соединены две природы и две воли — человеческая и Божественная, что совершенно верно. Но в Священном Писании сведений об этом нет. Откуда же тогда ими заимствованы эти и другие богословские идеи? Решение собора есть Предание.

 

Сектанты, не способные к глубокой творческой вероучительной догматике, в данном случае используют определения Вселенских соборов, являющихся истинными выразителями Апостольского Предания, хранящегося в Церкви.

 

Историческое предание свидетельствует о том, что, сотворив первых людей, Адама и Еву, Бог не дал им никакого писания, а преподавал Свое Божественное научение устно. Далее, Бог через праведного Авраама, Исаака и Иакова руководил жизнью своего народа. Так продолжалось от Адама до Моисея, при котором появилась первая из книг Священного Писания Ветхого Завета. Но и с появлением Библейских книг устное научение божественным истинам нисколько не утратило своего первоначального значения. Сам Бог повелел Моисею держаться устного предания (Ис. 10, 1 — 2). Пророк Моисей говорил: «Спроси отца твоего и он возвестит тебе, старцев твоих и они скажут тебе» (Втор.32, 7).

 

Священное Предание пользовалось высоким авторитетом и спустя многие столетия со времен Моисея, что следует из слов праведного Гедеона (Суд. 1, 13), пророка Давида (Пс. 77, 3 — 7), Иисуса, сына Сирахова (Сир. 8, 11 — 12). А ведь последний жил спустя тысячу лет после Моисея, когда хорошо были известны книги Божественного Откровения. Так и после Пришествия Христа Спасителя евангельское благовестие распространялось и сохранялось главным образом, особенно в первые десятилетия, посредством устной проповеди или, что то же самое, посредством Священного Предания. Мы знаем, что Господь Свое учение излагал устно и никаких писаний не оставил. Известно также, что и святые Апостолы, которых было двенадцать и семьдесят, всю жизнь свою проповедовали людям устно93, ибо Спаситель, посылая их на проповедь, не дал им в руки писания. И только спустя годы по Вознесении Господа Иисуса Христа на Небо появилась первая новозаветная книга — Евангелие от Матфея, которую он написал для иудеев ввиду того, что сам отправился благовествовать другим народам. Нам известны писания апостолов Иоанна, Петра, Павла, Марка, Иуды, Луки, Иакова — брата Господа. Следует при этом отметить, что апостол Павел не принадлежал к числу семидесяти или двенадцати Апостолов. Таким образом, только семь из числа последних оставили нам свои писания. Что же делали остальные? Разумеется, они не бездействовали, но всю свою жизнь проповедовали истину устным словом. Да и те Апостолы, которые написали книги, изложили в них далеко не все, чему были научены от Спасителя и Святого Духа.

 

Святой апостол Павел говорит, что «три года день и ночь непрестанно со слезами» (Деян. 20, 31) учил он каждого из ефесских пресвитеров, причем не упускал им, по возможности, возвестить всю волю Божию (Деян. 20, 27). Но где же записано это учение Апостола, если послание к Ефесянам содержит всего шесть глав?

 

В книге Деяний говорится, что Господь, по Воскресении Своем, в течение сорока дней, говорил Своим ученикам о Царстве Божием (Деян. 1, 3). Но нигде это речение не записано. А то, что многое из учения христиан не нашло отражения в книгах Священного Писания Нового Завета, по-видимому, объясняется тем, что Апостолы не ставили себе цели дать исчерпывающие ответы на вопросы о Церкви, спасении и т.д., а писали для назидания тех, кому уже возвещены словеса истины. Апостол от семидесяти — евангелист Лука писал свое Евангелие и книгу Деяний для назидания только одного человека (Лк. 1, 1 — 3; Деян. 1, 1). Иоанн Богослов свое Третье Послание также обращал исключительно одному лицу (3 Ин. 1, 1). Послания к Титу, Филимону, Тимофею тоже представляют собой частные наставления. В них Апостолы напоминанием возбуждают ум, т.е. повторяют уже некогда сказанное ранее, что по давности времен могло забыться. Посла­ния к Коринфской Церкви были посвящены преимущественно духовному истолкованию нестроений, царивших в этой общине (1 Кор. 1, 11).

 

Священное Писание — это отнюдь не систематически разработанное вероучение. Поскольку многие авторы новозаветных книг, например апостол Павел, преследовали в своих трудах исключительно частные цели.

 

Известно также, что не все Апостольские писания сохранились до наших дней. В первом послании к Коринфянам апостол Павел говорит: «Я писал вам в Послании» (1 Кор. 5, 9). Это место ясно свидетельствует, что Апостол уже писал им, но это послание не сохранилось. Существовало, оказывается, и не дошедшее до нас послание к Лаодекийской Церкви. О нем Апостол уведомляет членов Колосской общины, предлагая им прочитать это послание в своей церкви, а свое предлагает отдать им (Кол. 4, 16). Послания направлялись тем, кто уже был наставлен в истинной вере.

 

Сектантов в их невежестве лучше всего обличает само Священное Писание. Так, в своем Втором Соборном Послании, адресованном всем христианам, апостол Петр пишет, что в посланиях апостола Павла «есть нечто неудобовразумительное, что невежды и не-утвержденные, к собственной своей погибели, превращают, как и прочие Писания» (2 Пет. 3, 16).Священное Писание запрещает нам самовольное истолкование его без назидания Церкви. Это под силу только глубоко верующим, прожившим подлинно духовную жизнь. Вот почему многие святые Отцы пишут, что Евангелие нужно «читать жизнью». Только после того, как пройден путь, указанный в Священном Писании, можно этот опыт передать другим. Тогда можно воскликнуть подобно апостолу Павлу: «Мы не повреждаем Слова Божия,nbsp; как многие, но проповедуем искренно, как от Бога, перед Богом, во Христе» (2 Кор. 2, 17).

 

Блаженный Августин говорит, что если для всякого занятия, хотя бы маловажного, потребен учитель, то не крайне ли безрассудна гордость не желать познать книги божественных тайн от истолкователей.

 

Уже в первом веке существовало немало еретических сект, искажавших Христово благовестие. Об одной из них — николаитах — упоминает в своем Первом Соборном Послании Иоанн Богослов, писавший: «Не всякому духу верьте, но испытывайте духов, от Бога ли они, потому что много лжепророков появилось в мире» (1 Ин. 4, 1).

 

В Священном Писании много таинственного, прикровенного. Писание изобилует тайнами, открыть которые может только Дух Святой. Вот как об этом пишет апостол Петр: «Никакого пророчества в Писании нельзя разрешить самому собой. Ибо никогда пророчество не было произносимо по воле человеческой, но изрекали его святые Божии человеки, будучи движимы Духом Святым» (2 Пет. 1, 20).

 

В Слове Божием есть рассуждения апостола Павла о глоссолалии в Коринфской Церкви (1 Кор. 14). Священное Предание утверждает, что это был дар вдохновенного знания иностранных языков для проповеди среди народов земли (Деян. 2). Иначе как бы могли Апостолы вполне исполнить сказанное Спасителем: «Идите, научите все народы» (Мр. 16, 17). Для научения вере всех народов и был дан дар знания чужих языков.

 

Основоположники пятидесятничества самочинно отошли от православного понимания этих слов, оправдывая свое еретическое толкование якобы существующими в Святом Писании стихами (1 Кор. 14). Именно об опасности таких уклонений предупреждал христиан апостол Павел: «Будет время, когда здравого учения принимать не будут, но по своим прихотям будут избирать себе учителей, которые льстили бы слуху» (2 Тим. 4, 3).

 

«Мы спасены», «мы крещены Духом Святым», — непрестанно повторяют на своих собраниях пятидесятники. «Слепые вожди слепых» (Мф. 15, 14). Этот апостольский образ исчерпывающе характеризует духовное состояние сект, ибо здесь — единый нерв всего современного сектантства, несмотря на кажущееся его многообразие. Каждый мнит себя спасенным, способным наставлять других. Вот почему среди протестантов такая, едва ли не болезненная тяга к миссионерству. Проповедуют все — и старые и молодые. И это — при поверхностном, начетническом знании Писания. Они повторяют только те цитаты, которые в отрыве от контекста и духа Писания будто подтверждают их учение. Да и цитируемое ими помнят лишь потому, что на их собраниях эти цитаты непрестанно повторяются. Им и невдомек, что только избранным и подготовленным Господь открывал тайны Царства Небесного (Мф. 13, 11). Так, не мог постичь написанного евнух царицы эфиопской и, обратившись к апостолу Филиппу, вопрошал: «Как могу уразуметь, если кто не наставит меня?» (Деян. 8, 31). Итак, само по себе, без наставлений, Писание не может быть понято, особенно пребывающими вне Церкви.

 

Излюбленная цитата сектантов в их дискуссиях о Писании звучит так: «Вера от слышания, а слышание от слова Божия» (Рим. 10, 17). Можно ли утверждать,что апостол Павел под Словом Божиим подразумевает только писаное учение Спасителя, ведь полного собрания новозаветных книг тогда еще не было. Сектанты же эти слова толкуют так, будто для обретения веры истинной достаточно только читать Святое Писание, чтение Слова Божия укрепляет веру, но только в том, кто уже наставлен в ней.

 

Господь Иисус Христос постоянно учил Своих учеников, изъясняя все сказанное о Себе в Писании (Лк. 24, 27), которое свидетельствует, что «многое и другое сотворил Иисус, но если бы писать о том подробно, то, думаю, и самому миру не вместить бы написанных книг», — пишет святой Иоанн Богослов (Ин. 21, 25). Именно поэтому многое из учения Христа передается устно и не записано в Священных книгах.

 

Господь наш Иисус Христос учил Своих учеников не только словом, но непременно и делом, и это еще одна существеннейшая сторона предания Церкви. Спасителю следовали и Его ученики — Апостолы. Вот как об этом свидетельствует Святой Петр: «Это уже второе послание пишу к вам, возлюбленные, в них напоминанием возбуждаю ваш чистый смысл» (2 Пет. 3, 1). Со времен апостольских Предание служило ключом к правильному пониманию Священного Писания, причем уже в те времена появилось много весьма искусных подложных сочинений, не принадлежащих Апостолам. И только живущему в Духе Священного Предания дано отличить ложь от правды.

 

В Апостольский век были написаны такие сочинения, как евангелия «от евреев», «от Фомы», «от Петра» и другие, все они признаны Церковью небоговдохновенными и являются трудами совсем других авторов.

 

Апостол Павел одобряет держащихся предания (1 Кор. 11, 2) и повелевает удаляться от тех, которые поступают бесчинно, а не согласно преданию Апостолов (2 Фес. 3, 6).

 

Устное предание, как уже было отмечено, существовало еще в Ветхом Завете, и Апостолы понимали значение и важность его сохранения. Примеров устного ветхозаветного предания достаточно много в новозаветных книгах. Например, в Послании апостола Иуды за­писано пророчество Еноха (Иуд. 14), там же сообщается о споре архангела Михаила с диаволом о Моисеевом теле (Иуд. 9), хотя эти эпизоды в Писаниях Ветхого Завета отсутствуют. Очевидно, что автор Послания пользуется здесь ветхозаветным преданием. Сохранилось в Предании устном, но не записанное в святых Евангелиях изречение Господне о милостыне, приводимое евангелистом Лукой: «Блаженнее давать, нежели принимать» (Деян. 20, 35). Так, в 97-м правиле святого Василия Великого сказано о крестном знамении, об обращении в молитве на восток, об обрядах, совершаемых при Крещении и Евхаристии (Катехизис. Спб., 1916. С. 7 — 8). Все это примеры сохранившегося с Апостольских времен новозаветного предания.

 

О таинстве Крещения мы знаем, что его совершают в воде, с произнесением слов «Во имя Отца и Сына, и Святого Духа» (Мф. 28, 19), но, как оно при этом совершается — в одно или три погружения, — не сказано. И о Причащении читаем, что Господь на Тайной вечере взял хлеб, благословляя, «преломил его», потом взял чашу, благодаря (Мр. 14, 22 — 24). Но не сказано, какими словами Господь благословил и благо­дарил.

 

В православное Предание органично входят и постановления Вселенских и Поместных соборов, правила святых Отцов и учителей Церкви. Этим как бы документально проведена черта между Православием и инославием. На Лаодикийском соборе (2-я пол. IV века) был установлен канон священных книг. После этого лица, не признающие его полностью или включающие в него что-либо, считаются некафолически мыслящими. А разве самое составление канона подлинных Новозаветных Писаний не стало возможно только благодаря кропотливой работе епископов первых веков, проверивших и собравших письменные труды святых Апостолов в сборник книг, именуемый Новым Заветом? Книги спорные, не во всем согласные с апостольской традицией, выдаваемые за апостольские, отвергались как подложные, апокрифические. Совершенно очевидно, что Апостольское Предание имело решающее значение для формирования канона Новозаветного Писания.

 

Только в свете Предания оказалось возможным разрешить сложнейшие богословские вопросы, как то не раз бывало и в прежние века. Образно говоря, Предание есть та ограда, выходя за которую человек оказывается вне Церкви.

 

Мы знаем, что Евангелия и Апостольские Послания появились не вдруг и не всюду, до них многие десятилетия после возникновения Церкви источником наставления в вере было не Священное Писание, а Священное Предание. Для православного сознания слово Божие и устная проповедь Апостолов изначально равноавторитетны. Апостол Павел пишет к солунянам: «Братья, стойте и держите предание, которым вы научены или словом, или посланием нашим» (2 Фес. 2, 15). Сам Господь Иисус Христос предлагал Апостолам Свое евангельское учение как переданное от Бога Отца (Ин. 15, 15).

 

Избранный сосуд Христов (Деян. 9, 15) — апостол Павел — и тот смиренно выносил на суд первейших Апостолов свою проповедь язычникам (Гал. 2, 2). А в своих обстоятельных наставлениях о девстве и браке он четко различает свой совет от повелений Господних (1 Кор. 7, 12 — 15). Первые служители Слова Божия смиренно считали себя не более чем посредниками, не дозволявшими никаких изменений или написанного под страхом вечного наказания (Откр. 20, 21).

 

 

 

Истинное понимание Писания, по словам святого Иринея Лионского, возможно лишь под руководством Святой Вселенской Церкви, в ней одной можно найти истину. «Мы можем, — говорит святой Ириней — наименовать тех, коих Апостолы поставили епископами, и преемников их до нас, которые такому не учили и ничего такого не знали, что вымышляют еретики»94.

 

Итак, Предание есть совокупность всего богооткровенного учения — устного и письменного, и только вся их полнота позволяет постичь тесную взаимосвязь и смысл Писания и устного Предания.

 

Священное Писание утверждается на основании Священного Предания посредством углубленного изучения и духовного испытания на предмет его соответствия каноническим книгам. В свою очередь, и Предание церковное для отличия истинного Апостольского Предания от ложного, человеческого, нуждается в Священном Писании как точном выражении воли Божией. Отсюда следует вывод, что Священное Писание — это записанная часть Священного Предания. Такова сущностная связь Священного Писания и Предания. Разумеется, самое понимание Священного Предания Церковью Христовой гораздо шире.

 

Святой Филарет (Дроздов), Митрополит Московский, пишет: «Предание не есть простое видимое или словесное передавание учения, правил, чиноположений, обрядов, но с сим вместе и невидимое, действительное преподаяние благодати и освящения»95.

 

Предание — это, собственно, и есть жизнь по вере в Духе Святом, а святые являются живыми выразителями церковного Предания. То есть Предание — это тайнозримый путь в Царствие Небесное. Но узнать, что такое Предание, возможно только пребывая в духовной жизни. Тогда записанное Предание Церкви станет для нас живым и действенным.»Предание можно определить как жизнь Духа Святого в Церкви, сообщающего каждому члену Тела Христова способность слышать, воспринимать и узнавать истину в ее собственном свете, а не в свете человеческого рассудка»96. Говоря другими словами, Предание есть благодать Духа Святого, научающая различать и отделять истинное от ложного.

 

Что же понимают сектанты под Преданием Православной Церкви? Однажды автору этих строк пришлось услышать, будто бы Предание у православных — это не более чем сообщения неканонических книг Библии. Пресвитер московской общины Н.Романюк рассказывал своим слушателям о том, что существует православное предание, согласно которому в детском возрасте Иисус Христос слепил из глины птичек и сказал: летите — и они полетели. Далее он легко «развенчал» всю невероятность этого предания, поскольку читавший Евангелие знает, что Спаситель положил начало Своим чудесам в зрелом возрасте в городе Кана Галилейская (Ин. 2, 11). Приведенное сообщение о чуде с глиняными птичками было взято из апокрифического (Апокрифы (от греч. apokryphos — тайный, секретный) — книги, написанные в первые века христианства, трактующие о предметах веры, содержащихся в Священном Писании и т.п. Все апокрифические сочинения являются произведениями анонимных авторов, которые выдают свои труды за писания Апостольские или иных благодатных подвижников Христовых. Церковь не признает эти писания за богодухновенные и, более того, запретила христианам пользоваться ими из-за многочисленных исторически и догматически ложных постулатов, содержащихся в этих сочинениях.) сочинения «Евангелие от Девы Марии». К подобного рода книгам Православная Церковь всегда относилась однозначно отрицательно. Они считались подложными, злонамеренно или по неведению приписываемыми Апостолам, и посему эти сочинения объявлялись вредными, ибо содержат много несогласного с церковным Преданием. Остается только догадываться, почему этот апокриф сектантский пресвитер приравнял к неканоническим книгам. (Неканонические книги — книги, не внесенные Церковью в канон (от греч. kanon — норма, правило) Священного Писания как не богодухно­венные, но присоединенные к нему в кодексах Библии как церковные и полезные для благочестия и назидания верующих. В Библии — одиннадцать таких книг. Еще десять лет назад протестанты России печатали свою Библию без неканонических книг и всякие ссылки на них воинственно отрицали якобы из-за их безблагодатности. Ныне евангельские христиане-баптисты в своих молитвенных домах продают для всех желающих Библейские своды (Библии), содержащие и неканонические книги.)

 

Следует различать два подхода Православной Церкви к Преданию. Она никогда не признавала высшего вероучительного авторитета за неканоническими книгами, но и никогда не относила их к числу апокрифов. Обладая истинным Священным Преданием, Церковь способна отличить Божие от человеческого и чистое от нечистого (Лев. 10, 10). Отсюда происходит допущение пользования для духовного назидания и неканоническими книгами. О празднике Обновления, на который ходил в Иерусалим Господь Иисус Христос, сообщается только в неканонической книге. В неканонических книгах содержатся величайшие истины Божественного Откровения. Только в книге Маккавейской ясно и определенно сказано, что мир Бог сотворил из ничего (2 Мак. 7, 28).

 

Почему же с такой непримиримостью относятся протестанты-сектанты к этим книгам? Дело в том, что в них со всей определенностью содержится учение о необходимости молиться за умерших. Есть оно и в канонических книгах. Но все же так четко, как в Маккавейской книге, об этом не сказано нигде (2 Мак. 12, 39 — 43). Оступившись в ересь, сектанты, в соответствии с логикой своего учения, отвергли эти книги как содержащие многочисленные заблуждения.

 

Православная Церковь в отличие от католиков и протестантов всегда стремилась к осмотрительности в этом сложнейшем вопросе. После Реформации Католическая Церковь на Тридентском соборе (1545) признала за каноническими и неканоническими книгами одинаковую степень богодухновенности. Православная Церковь чужда подобных крайностей. Богодухновенными признаются только канонические книги Библии. Примечательно, что все утверждения сектантов об отсутствии у них Предания о чистоте их учения — совершенно беспочвенны. У сектантов есть свои обряды: водное крещение, хлебопреломление с омовением ног, бракосочетание, елееосвящение, рукоположение97, которые совершаются по своему чину, гораздо более превосходящему все описанное в Писании.

 

Собрания пятидесятников также проводятся по определенным канонам, от которых они стараются не отступать. И только малознакомому со строем жизни их общины может показаться, что у них действительно многое совершается так, как это написано в Библии. Все «недосказанное» в Писании сектанты «доработали» сами, создав, таким образом, свое предание, которое свято исполняют их идейные последователи и отступление от коего грозит отлучением.

 

Где, например, написано, что в Апостольские времена за брак с неверующими отлучали от Церкви? Напротив, нам известно, что неверующий муж освящается верующей женой. «И жена неверующая освящается мужем верующим» (1 Кор. 7, 14). Однако в среде пятидесятников-федотовцев господствует именно такое учение. Только общины, входящие в Объединенный Евразийский Союз Христиан Веры Евангельской, в крайнем случае могут пойти на уступку.

 

Как видим, совершенно необоснованны претензии сектантов, утверждающих, что они руководствуются исключительно Словом Божиим, напротив, отвергнув истинное Предание Церкви, они выдумали свое — ложное, в свете (правильнее — «во тьме») которого и толкуют Писание, лишая себя при этом истинного его понимания.

 

Из поколения в поколение пятидесятники навязывают свою трактовку смысла и целей Апостольской Церкви, подлаживая под свое учение свидетельства Писания. Писание для сектантов вторично: оно лишь дополняет то, чему они научены, что им передали их наставники. Здесь проявляется вся ложность утверждения об отсутствии предания у сектантов, оно у них есть, но это предание неистинное98.

 

Пятидесятники утверждают, что начиная с IV века Церковь Христова исказила свои основные вероучительные истины. Неосновательность подобных утверждений очевидна. Из сохранившихся до наших дней творений Отцов и учителей Церкви II и III веков ясно прослеживается твердое следование духу и букве Священного Предания в Церкви.

 

Упомянутый выше святой Ириней Лионский (—202) в книге «Против ересей» пишет: «Если бы возник спор о каком-нибудь важном вопросе, то не надлежало бы обратиться к древнейшим церквам, в которых обращались Апостолы, и от них получить, что есть достоверного и ясного относительно настоящего вопроса? Что если бы Апостолы не оставили нам Писаний? Не должно ли было следовать порядку Предания, переданного тем, кому они вверяли церкви»99. «Все, желающие видеть истину, — пишет тот же Отец Церкви, — могут во всякой Церкви узнать Предание Апостолов, открытое во всем мире, и мы можем перечислить епископов, наставленных Апостолами в церквах, и преемников их до нас, которые не учили и не знали такого, о чем эти (еретики) бредят»100.

 

Учитель Церкви Тертуллиан Карфагенский (II век), также указывает на необходимость Священного Предания. «Итак, — пишет он, — не надобно беспрерывно прибегать к Священному Писанию… где мы увидели истинную веру, истинное учение христианства, там, без сомнения, обретаются и истинное Писание, и истинные толкования, и истинные христианские предания»101.Духовный мыслитель III века Ориген, отмечая сугубую важность Священного Предания, пишет: «Мы должны хранить церковное учение, преданное от Апостолов через порядок преемства и пребывающее в Церквах даже доселе: только такой истине должны веровать, которая ни в чем не отступает от церковного и Апостольского Предания»102.

 

Православному христианину пристало во всем следовать Слову Божию, которое в нужной для спасения полноте раскрывает святая Церковь Христова, и удаляться от всякого человека, поступающего по преданию человеческому (Кол. 2, 8), а не Преданию Апостольскому (1 Тим. 6, 20; 2 Тим. 1, 13).

 

 

 

3. О вере и добрых делах

 

 

 

«Ты веруешь, что Бог един: хорошо делаешь, и бесы веруют и трепещут. Вера без дел мертва! Не делами ли оправдался Авраам, отец наш»

 

(Иак. 3,  19 — 21).

 

«Что вы зовете Меня: Господи! Господи! — и не делаете того, что Я говорю?»

 

(Лк. 6, 46).

 

«Не всякий, говорящий Мне: Господи! Господи! — войдет в Царство Небесное, но исполняющий волю Отца Моего»

 

(Мф.  7, 21).

 

Пятидесятничество, как и прочие протестантские направления, учит о спасении человека исключительно верою. Это учение было сформулировано М.Лютером в полемике с Римо-Католическая Церковью, исповедующей спасение делами. На протяжении веков Католи­ческая Церковь учила верующих, что добрые дела, совершаемые ими, освобождают от пребывания в чистилище, а очистительная жертва Иисуса Христа — таинство Крещения — снимает с человека первородный грех. За личные грехи, соделанные после крещения, человек должен сам принести Богу удовлетворение посредством добрых дел. Если же он такового не принесет, то ему предстоят очистительные страдания в чистилище. Таким образом, дела нужны не для самого спасения, а для освобождения от временных страданий в чистилище.

 

Крупнейший реформатор Церкви М.Лютер отверг учение о чистилище как ложное, не имеющее основания в Священном Писании, что совершенно верно и с православной точки зрения. Но одновременно он отвергал учение о спасении делами. Раз нет чистилища, утверждал Лютер, то, следовательно, и дела для спасения верующего не играют никакой роли. Отсюда следовало утверждение, что человек спасается только верою.

 

Православная Церковь учит: спасение совершается Богом, но не без человека, от которого требуется правая вера и добродетельная жизнь по воле Божией, которая и есть спасение.

 

Спасение состоит в том, что человек через личную веру (Евр. 11, 6) получает доступ к спасительной благодати, подаваемой в Таинствах, с помощью которой, при постоянном понуждении себя, становится возможным творение истинно добрых дел.

 

Пятидесятники, как уже говорилось, не приемлют спасение делами, считая, что для этого достаточно только одной веры в то, что Спаситель, пролив Свою бесценную Кровь, взял на Себя грехи человека, тем оправдал его. Кто имеет такую веру, тот спасен навеки. Как обычно, свое учение сектанты пытаются обосновать на текстах Священного Писания: праведный верою жив будет, «ибо мы признаем, что человек оправдывается верою, независимо от дел закона» (Рим. 3, 28). Веровал Авраам Богу, и это вменилось ему в праведность (Рим. 4, 9). Их глубочайшее заблуждение состоит в убеждении, будто получившие однажды искупление Христом Спасителем и верующие в Него уже как бы автоматически удостаиваются Вечной Жизни. Да, Христос пострадал за грехи всего мира. Он спас всех людей от рабства диаволу, для всех открыл двери рая. Но, конечно же, одного понимания этого, веры в это недостаточно для спасения.

 

Веру можно потерять, что совсем не редкость среди сектантов. Вот почему апостол Павел советует испытывать себя: «…в вере ли вы?» (2 Кор. 13, 5).

 

О том, что вера без жизни по воле Божией (видимым свидетельством чего являются дела) сама по себе не спасает, очень определенно напоминал апостол Иаков, что и бесы могут иметь веру, оставаясь при этом врагами рода человеческого, а апостол Павел писал Коринфской общине: «Если я говорю языками и если имею и всю веру, так, что могу и горы передвигать, а любви не имею, то я ничто» (1 Кор. 13, 1 — 2). На Страшном Суде Господь спросит отчета от нас не о том, как мы веровали, а что мы сделали (Мф. 25, 33).

 

В вере нужно укрепляться и утверждаться. Не все верующие сподобятся Царства Небесного. Не все, спасенные от греха и смерти, спасены уже для Вечной Жизни.

 

Несомненно, что вера у ищущего спастись должна быть именно правою верою, ибо «близок Господь ко всем призывающим Его, ко всем, призывающим Его в истине» (Пс. 144, 18). Кто не имеет таковой, не может спастись, «без веры угодить Богу невозможно» (Евр. 11, 6). Сектанты ищут спасения вне истинной веры, настаивая на том, что одной веры достаточно для спасения. Правая Православная вера исходит из того, что без помощи Божией, без молитвенного ходатайства Пресвятой Богородицы и святых невозможно спастись. Молитвы, приносимые за умерших членов Церкви, поклонение мощам и иконам — все это проявление нашей веры, через которую нам подается бла­годать Божия.

 

Человек по праву надеется на спасение, если верит, что в таинстве Крещения он омывается от грехов (Деян. 2, 38), в таинстве Миропомазания получает благодатные дары Святого Духа (Еф. 4, 30), укрепляющие его в духовной жизни, в таинстве Покаяния получает прощение грехов, содеянных в личной жизни (Ин. 22, 23)103.

 

О спасении не только верою, а благодатью и делами ясно учит Слово Божие. «Благодатью вы спасены через веру, и сие не от вас Божий дар… Ибо мы — Его творение — созданы во Христе Иисусе на добрые дела» (Еф. 2, 8 — 10), — пишет апостол Павел. Таким образом, вера только открывает нам доступ к спасительной благодати. Через веру «мы имеем мир с Богом через Господа нашего Иисуса Христа, через Которого верою и получаем доступ к благодати, в которой стоим и хвалимся надеждою Славы Божией» (Рим. 5, 1 — 2).

 

Вера ветхозаветных праведников, на которую так любят ссылаться сектанты, была деятельной (Рим. 4, 2). По повелению Божию Авраам переселился со своим семейством с обжитого места в неизвестную страну. Довольно было слова, и он готов был делом засвиде­тельствовать верность Творцу — принести единственного сына в жертву. «Не делами ли оправдался Авраам, — пишет апостол Иаков, — отец наш, возложив на жертвенник Исаака сына своего? Видишь ли, что вера содействовала делам его, и делами вера достигла совершенства. И исполнилось слово Писания: «Веровал Авраам Богу, и это вменилось ему в праведность, и он наречен другом Божиим. Видите ли, что человек оправдывается делами, а не верою только?» (Иак. 2, 21 — 24).

 

Писание изобилует примерами, указывающими, что для спасения одной веры недостаточно. Так, Корнилий, муж благочестивый и боящийся Бога, получил надежду на спасение после того, как крестился. После того, как уверовал темничный страж, ему также необходимо было совершить таинство Крещения. И в первый день Пятидесятницы уверовавшим святые Апостолы предложили покаяться и креститься водою (Деян. 2, 37).

 

Ища оправдание своему учению о спасении только верою, сектанты обычно указывают на места Священного Писания, где говорится, что «делами закона не оправдается пред Ним никакая плоть» (Рим, 3, 20), «что спасение не от дел» (Гал. 2, 16).

 

Но разве святой Павел в своих посланиях не говорит о ненужности для спасения исполнения дел закона Моисея. И в приводимых пятидесятниками текстах говорится отнюдь не о делах Закона Христова, а о делах обрядового закона Моисея, то есть об обрезании, суб­ботах, новомесячьях и прочих, чем хвалились, иудеи. Мы знаем, что обрядоверие не спасло слепых в истинной вере, не узнавших Мессию Христа и не обретших благодати в Таинствах Христовой Церкви.

 

Сектанты, очень любящие рассуждать о соблюдении Христовых заповедей, забывают, что «не слушатели закона праведны пред Богом, но исполнители закона оправданы будут» (Рим. 2, 13).

 

Православное понимание спасения есть неустанное возрождение человека, совершаемое на протяжении всей его жизни. Оправдание усваивается по мере очищения сердца от пороков и страстей. Получив однажды благодать в таинствах Крещения и Миропомазания, человек продолжает «обновляться Духом» во все дни своей жизни. Для этого и даны нам таинства Покаяния, Причащения, Елееосвящения.

 

Господь наш Иисус Христос на протяжении всего служения непрестанно говорил: «Что вы зовете Меня: Господи! Господи! — и не делаете того, что Я говорю?» (Лк. 6, 46), «не всякий, говорящий Мне: Господи! Господи! — войдет в Царство Небесное, но исполняющий волю Отца Моего» (Мф. 7, 19 — 21).

 

Сектанты обычно с поразительной самонадеянностью называют себя спасенными, ибо утверждают, что не делают грехов к смерти. Но всякий грех мерзок перед Богом и разве гордость не есть самый большой — диавольский грех? Сатана низвержен был из-за гордости. Сектанты же горделиво и беспредельно уверены в своем спасении.

 

Спасение для православного — это борьба за очищение от греховной скверны, и любой грех — к смерти он или не к смерти — есть свидетельство больной души. И мы знаем, ничто нечистое не войдет в Царство Небесное.

 

Единственное, на что можно надеяться, — это на милость Божию. Пятидесятники сами лишают себя и этой надежды, поскольку не считают себя грешниками, зато в преизобилии выискивают грехи вокруг себя: в среде православных, католиков, представителей иных протестантских деноминаций. «От избытка сердца глаголют уста» (Мф. 12, 34). В Писании же сказано: «Не судите, да не судимы будете» (Мр. 7, 1). Известен поэтически красивый образ, приведенный руководителем христиан веры евангельской Р.Биласом в проповеди перед московской общиной о том, что «свеча должна гореть в сердце, а не на подсвечнике». Бесспорно, если сердце не горит любовью к Богу и ближнему, то все наше внешнее делание будет бесплодно. За что Господь и обличал фарисеев, дававших десятину с огородных трав, но пренебрегавших важнейшим в законе — любовью к ближним.

 

Поспешное вычитывание молитв, не переживаемое сердцем, «телесное» исполнение постов само по себе не может нас приблизить к Богу. Но если это делается ради послушания Матери Церкви, Глава которой Христос, то можно надеяться, что это волевое усилие будет принято Господом как жертва, как плод любви и верности Ему, Святой Игнатий Брянчанинов по этому поводу пишет: «Делайте, делайте внешнее, а за внешнее Господь даст внутреннее, ибо внешнее принадлежит нам, а внутреннее Богу».

 

Пятидесятники с особым пристрастием относятся к первому посланию апостола Павла к Коринфянам, где говорится о дарах духовных. Но вспомним, что в нем он сообщает о впадении в грех одного из членов общины и советует отлучить его от общения с Церковью. На этом примере Апостол являет нам, как человек, и веру имеющий, и не делающий грехов к смерти, может пасть и отвратиться от Заповедей Божиих. Отнюдь не застрахованы от этого же и сектанты. Чем они лучше или выше коринфян?

 

По отношению к себе с поистине необъяснимым самоупоением они любят повторять: «Рожденный от Бога не грешит, но рожденный от Бога хранит себя  и лукавый не прикасается к нему» (Ин. 5, 8). Сколь надо быть одержимым гордыней, чтобы не видеть, что в этом и других подобных местах Священного Писания свидетельствуется о высоких степенях духовности, о людях, проведших годы, десятилетия в тяжелейшей борьбе с грехом. Это удел совершенных. Только в конце жизни апостол Павел — этот столп Церкви — позволил себе сказать: «Течение совершил, веру сохранил» (2 Тим. 3, 7 — 8).

 

«А чем я хуже апостола Павла?» — возразил мне однажды сектант. Такого трудно чем-либо вразумить, и пришлось напомнить первое, что пришло на память: но ведь от платков Апостола получали исцеления. Клали больных на дорогу, где он проходил, чтобы его тень коснулась страждущих (Деян. 19, 12). Только тогда гордый состязатель Апостолов умолк.

 

Замечено, что у сектантов начисто отсутствует верное понятие святости и духовного совершенства. Это словно некий органический порок. Откуда это духовное повреждение? Казалось бы, те же пятидесятники подвизаются даже в мелочах повторять жизнь образов Апо­стольской Церкви. Может быть, в своем наивном копировании не понимают они, что тогда Церковь только зарождалась, что это особый харизматический век, неповторимый в истории Церкви Божией?

 

Сравнивая свою жизнь с жизнью Апостольской Церкви, сектанты силятся отыскать в них нечто общее. Говорят, будто и у них была та же плотяность членов, такие же разделения, а Апостол Павел тем не менее называет же коринфян святыми. Но разве не очевидно, что Павел называет коринфян святыми не из-за того, что они духовно святы, а в силу их причастности к общей, единой, вселенской Церкви Христовой, Глава которой Свят и которой руководит Дух Святой. Разве могут подлинно святые разделиться?

 

Осмелюсь утверждать, что Апостолы имели бесконечно большую веру, нежели наши сектанты. Однако и они сознавали себя грешниками. Святой Иоанн Богослов пишет: «Если говорим, что мы не имеем греха, обманываем самих себя» (1 Ин. 1, 8). О том же вы­сказывается и апостол Иаков: «Все мы много согрешаем» (Иак. 3, 2). А если так, то кто же вправе рассуждать о своем спасении? Глубина греха откроется перед человеком только на Страшном Суде. Апостолы никогда не говорили о себе, что уже спасены, а лишь выражали надежду на спасение: «Мы веруем, что благодатью Господа Иисуса Христа спасемся» (Деян. 15,11).

 

Никто из живущих на земле еще не спасен. Мы получим спасение, если начатую жизнь «твердо сохраним до конца» (Евр. 3, 4).

 

Никто среди живых не может получить залог Вечной Жизни. Да, верующие во Христа искуплены Спасителем, но самое спасение — это великая награда за веру и добродетельную жизнь. Только так праведники — «исполнители закона оправданы будут» (Рим. 2, 13). Но если сказано «будут», то это не значит, что уже «оправданы».

 

Пятидесятники ищут себе оправдание в словах апостола Павла: «Нас, мертвых по преступлениям, оживотворил… воскресил с Ним и посадил на небесах во Христе Иисусе» (Еф. 2, 5 — 9).

 

Господь Иисус Христос действительно обожил человеческую природу, ипостасно соединившись с ней, воскресил и посадил на небесах. Мы усвояем себе плоды крестной Жертвы и Воскресения. Господь воскрешает наши души от греховной смерти в купели возрождения, т.е. Крещения (Деян. 2, 38), но мы еще только ожидаем нового неба и новой земли (2 Петр. 3, 13). Странно было бы распространять эти слова Апостола (Еф. 2, 5 — 9) и к членам Церкви, и одновременно к тем, которые вне этой Церкви, — сектантам.

 

Итак, если мы еще не спасены, то всю нашу деятельность следует направить на спасение. Человек творит свое спасение делами. «Ибо мы, Его творение, созданы во Христе Иисусе на добрые дела, которые Бог предназначил нам исполнять» (Еф. 2, 10). «Каждый получит от Господа по мере добра, которое он сделал (Еф. 6, 8). Ибо Бог «воздаст каждому по делам его» (Рим. 2, 6 — 10).

 

В то же время православным чуждо католическое понимание спасения делами, если совершаются они без сердечного расположения. Спасительны только те дела, которые очищают душу от греховных наклонностей. При этом внешняя деятельность человека неизбежно обнажит его внутреннее устроение, его веру. Мы должны непрестанно наблюдать за собой, «чтобы нам не потерять того, над чем мы трудились» (2 Ин. 8).

 

Апостол Петр советует: «Более и более старайтесь делать твердым ваше звание и избрание, так поступая, никогда не преткнетесь, ибо так откроется вам свободный вход в вечное Царство Господа» (2 Пет. 1, 10 — 11). Не чужды пятидесятники и саморекламы своих «дел», при этом не гнушаются критикой других протестантских церквей, как не имеющих истинной Апостольской веры. А все оттого, говорят они, нет в них и дел по вере. Вместе с тем они сознают, что для спасения одной только веры не всегда достаточно. Что же тогда понимают сектанты под делами? По их мнению, это чрезвычайные дарования Апостольского века: «языки», «пророчества», «истолкования»… Тогда правомерен вопрос: так ли уж истинны дела самих сектантов?

 

В 1991 году общину незарегистрированных пятидесятников в одном из Подмосковных совхозов посетил лидер этого движения И.П.Федотов. Он, вернувшись из США, решил показать единоверцам фильм о деятельности эмигрантов-пятидесятников. В этот день мо­литвы на «языках» совершались дольше обычного. Неожиданно одну из них остановил сам Федотов, слегка похлопав по плечу пресвитера общины «брата» Александра, и попросил прекратить молитву на «языках». Неожиданно один из гостей общины, приехавший из Сибири, подошел к Федотову и, возложив руки на его голову, вдруг заговорил, что перед ними не Федотов вовсе, а великий столп церкви, адамант непобедимый, которому надлежит вести стадо, а пасомым следовать повелениям многострадального узника… Естественно, что собрание восприняло эти слова как пророчество. Похоже, что сказанное пришлось по душе и Федотову, который, проповедуя, не забыл напомнить: «Когда я был в третьих узах…» (он действительно трижды отбывал наказание за нарушение советского законодательства о религиозных культах). Так «ненавязчиво» навевалась прозрачная аналогия с узами апостола Павла. Затем вдохновенный «пророк» вновь прервал молитву общины на «языках» и, обратившись к Федотову, заявил: «У меня пророчество. Жертвуйте, жертвуйте, здесь будет большой молитвенный дом…» Впрочем, и без того все знали, что поблизости собираются строить новое молитвенное здание. Необычно в словах «пророка» прозвучал призыв к сбору денег. Дело в том, что у пятидесятников-федотовцев обращения о пожертвованиях не практиковались.О «пророке» же стоит сказать, что еще недавно был он горьким пьяницей, о чем рассказал общине его родной брат. Сколь же легок путь сектантов из грешников в «святые», и не просто в святые, но и с «обладанием дара пророчества».

 

После многочисленных встреч с пятидесятниками автору этой работы довелось однажды увидеть обладавшего даром истолкования языков, что является большой редкостью среди прочих «дарований», как заявили сектанты, пригласившие меня на свое собрание в одну из московских квартир. Речь шла о «брате» Николае, который был в ту пору проездом в Москве. На собрании была преимущественно молодежь. Помимо сектантов на нем присутствовали двое молодых людей, безразличных к религии, также приглашенных для того, чтобы воочию убедиться в харизматических дарованиях «брата» Николая. «Истолкователю» было около шестидесяти лет. Вначале он долго и охотно поучал, называя себя «старцем», после чего предложил помолиться. Все встали в круг на колени и стали говорить «языками». «Старец» Николай принялся изъяснять чью-то глоссолалию. Говорил он о том, что присутствующим следует быть твердыми в вере, не отступать перед врагами и т.д. Несмотря на попытки подняться до апокалиптического пафоса, в целом речь «старца» оказалась малозначительной, а ведь он толковал «изречения Духа Святого». С тяжелым чувством смотрел я на происходящее. Одна девушка, «молившаяся языками», в своем бормотании время от времени выговаривала несколько однообразных слогов: «Ди-ди-ди-ди, дзи-дзи-дзи-дзи». Тотчас старец переводил это место: «Так, именно так», — и уже сам переходил на «молитву языками», покуда девушка вновь не начинала произносить нечто более многосложное. Разумеется, при этом все пятидесятники молились «языками». После молитвы «старец» сказал, что не знает, чьи языки ему открыл Господь. Для кого «брат» Николай толковал? С болью в сердце смотрел я на это бубнящее собрание, мнившее, что оно говорит с Самим Господом Иисусом Христом! После молитвы вновь последовало несколько наставлений «брата» Николая, в которых он не преминул обрушиться с хулой на Православную Церковь и ее служителей. Долго сдерживая себя, я, однако, решил было вступить с ним в полемику. Впрочем, никакой «полемики» не получилось, «старец», видимо, по праву хозяина держался очень грубо, раздражался и переходил на крик, когда я просил ответить на те или иные вопросы из Писания. Насколько я смог понять, «старцу» не было ведомо серьезное знание Писания. Рассердившись, он то и дело почему-то приговаривал: «На Моисеевом седалище сели книжники и фарисеи». «Что же, — отвечал я ему, — ведь сказано, «все, что они велят вам соблюдать, соблюдайте и делайте, по делам же их не поступайте» (Мф. 23, 3). Почему вы не исполняете повеления служителей Православной Церкви, если относите эти слова Спасителя к ним?» Ответа не последовало. «Старец» Николай очень нервничал, и его единоверцы предложили совершить последнюю молитву, на что «истолкователь» ответил, что не может молиться в таком состоянии. Молитву совершали без его участия. Перед уходом с молитвенного собрания «старец» поразил меня вовсе неприятной выходкой: обращаясь ко мне, он громогласно, в присутствии всех, объявил, что одного из нас ожидает очень большое горе.

 

Таков мой личный опыт знакомства с «чудесами» и «дарами» пятидесятников. Справедливости ради отмечу, что и сами сектанты пишут, что это чистейшая профанация, однако всегда подчеркивая, что существуют и подлинные дары.

 

Приведем здесь только два несбывшихся пророчества. Так, в 1953 году в городе Тамтогале Кемеровской области на собрании сын пресвитера общины, «обладающий» пророческим даром, Василий Холодов «стал пророчествовать»: «Город провалится сквозь землю. Кто не выедет — погибнет. Нашлись легковерные. Оставили обжитые места, но город стоял… Пошли скандалы и разделения»105.

 

Из потока несбывшихся пророчеств, исходивших из сект пятидесятников, сугубою нелепостью выделяется пророчество, во исполнение которого многие единоверцы этого движения выехали в 50-е годы в город Находку с упованием в скором времени покинуть СССР, поскольку секта тогда не была зарегистрирована. Прождав безрезультатно 25 лет, сектанты стали роптать. Иван Плотников — лидер общины — в ответ открыл Библию и прочитал то место, где говорилось, что народ еврейский терпел плен семьдесят лет… Что тут возразишь, остается одно — ждать. При этом отметим: о лживости этого пророчества пишут сами пятидесятники106.

 

Такова практика пятидесятников. Могут ли подобные «дела» спасти человека? Но каковы дела, такова и вера.

 

В заключение, возвращаясь к доводам сектантов о самодостаточности веры для спасения, напомним, что вера была не только у послушных сынов Церкви, но и у язычников: капернаумского сотника, сирофиникийской женщины. Добрые дела творят не только сектанты, помогая ближним, но и вообще очень многие и из неверующих.

 

Дела без истинной веры не спасают, равно как и вера без дел не спасет. Помимо веры для спасения потребна еще и любовь (1 Кор. 13, 9), участие в церковных Таинствах (Деян. 2, 38), надежда на Бога (1 Тим. 1, 1), что благодатью Господа Иисуса Христа спасемся (Деян. 15, 11).

 

Святой апостол Варнава учил: «Будем внимательны к последним дням, ибо все время нашей жизни и веры не доставит нам никакой пользы, если не будем ненавидеть неправды… Не отделяйтесь от других, как будто вы были уже оправданы, а, напротив, собираясь в одно место, исследуйте, что прилично и полезно всем возлюбленным вообще… Каждый получит мзду по делам своим»107.

 

Святой Климент Римский, ссылаясь на Апостола, напоминает: «Не всякий, кто говорит… Господи, спасется, но делающий правду (Мф. 7, 21). Поэтому, братья, будем исповедовать Его добрыми делами»108.

 

Православная Церковь никогда не отделяла веру от дел и дела от веры. Вера и дела — это нерасторжимое целое, двуединый акт, определяющий земное бытие православного.

 

 

 

4. О священстве

 

 

 

«Дав Святым Духом повеления Апостолам… не отлучайтесь из Иерусалима, но ждите обещанного от Отца»

 

(Деян. 1,2- 4).

 

«При наступлении дня Пятидесятницы все они были единодушно вместе… И исполнились все Духа Святого»

 

(Деян. 2, 1 — 4).

 

«И все изумлялись и дивились, говоря между собою: сии не все ли Галилеяне?.. Петр же, став с одиннадцатью, возвысил голос свой…»

 

(Деян. 2,7- 17).

 

 

 

«Церковь Христова есть хранительница истинной веры, благочестия и святых Таинств, в которых верующим подается благодать Святого Духа для получения Вечной Жизни. Для научения людей вере и благочестию и особенно для совершения Таинств и богослужения поставлены Христом в Церквах особые люди-пастыри»109.

 

Истинное священство берет свое начало от святых Апостолов, которые через руковозложение передают избранному лицу дар Божий (2 Тим. 2, 6) — благодать Святого Духа, дар священства.

 

Без законного рукоположения, идущего от Апостолов, не может быть Церкви Христовой. Спасение совершается благодатью, которая подается только в Церкви. Следовательно, где нет Апостольского преемства, там нет спасения.

 

Пятидесятники говорят, что в Церкви все равны, так как Дух Святой в день Пятидесятницы был излит на всех верующих, собравшихся в Иерусалиме110. С этим никак нельзя согласиться.

 

В Деяниях говорится, что Господь, «дав Святым Духом повеления Апостолам, которых Он избрал, которым я явил Себя живым… говоря о Царствии Божием… повелел им: не отлучайтесь из Иерусалима, но ждите обещанного от Отца… о чем вы слышали от Меня. Ибо Иоанн крестил водою, а вы через несколько дней после сего будете крещены Духом Святым (Деян. 1, 2 — 5). Отметим, что слова эти обращены только к самым близким ученикам (т.е. двенадцати Апостолам). Далее Деяния повествуют, что когда «они возвратились в Иерусалим… где и пребывали Петр и Иаков, Иоанн и Андрей, Филипп и Фома, Варфоломей и Матфей, Иаков Алфеев и Симон Зилот, и Иуда, брат Иакова» (Деян. 1, 12 — 13). Не случайно и здесь перечисляются только ближайшие ученики Спасителя — Святые Апостолы.

 

На особое место Апостолов в Церкви указывает и тот факт, что вместо отпавшего Иуды собрание верных избирает одного из тех, которые находились с ними во все время пребывания Спасителя на земле (Деян. 1, 21).

 

Если, по воззрениям пятидесятников, все были в Церкви равны, то какое имеет значение избрание Матфея на место отпавшего Иуды (Деян. 1, 26)? Именно то, что верующие первохристианских времен отводили Апостолам недосягаемо высокое место.

 

«В те дни Петр, став посреди учеников, сказал — было же собрание человек около ста двадцати» (Деян. 1, 15) — о необходимости  избрания на место отпавшего Иуды. Здесь Писание упоминает собрание «около ста двадцати» (Деян. 1, 15). Именно на этом основании сектанты строят свои утверждения о сошествии Святого Духа на всех верующих, находившихся в Иерусалиме. Но столь обширное собрание было созвано лишь для избрания двенадцатого Апостола. Само избрание происходило не голосованием, а посредством жребия, что указывает на особое значение в глазах верующих Апостольского служения.

 

Апостолам в день Пятидесятницы были сообщены особые благодатные дары, особая полнота Духа. Вот почему первые христиане, свершивши молитву, сказали: «Ты, Господи, Сердцеведец всех, покажи из сих двоих одного, которого Ты избрал принять жребий сего служения и Апостольства… и выпал жребий Матфею, и он причислен к одиннадцати Апостолам» (Деян. 1, 24 — 26). «При наступлении Пятидесятницы все они были единодушно вместе» (Деян. 2, 1). Здесь речь идет только о двенадцати Апостолах, что подтверждает и последующее изложение. Когда Дух Святой сошел на Апостолов и они заговорили на различных языках, все изумлялись и дивились, говоря между собой: «Сии не все ли Галилеяне? Как же мы слышим каждый собственное наречие, в котором родились?» (Деян. 2, 7 — 8).

 

Трудно представить, что все, которые «изумлялись и дивились» (Деян. 2, 7), могли с такой решительностью высказываться, что все, говорившие языками (более ста двадцати), были жителями Галилеи. Кто мог поручиться за такое большое собрание? Следовательно, так можно было сказать только о двенадцати Апостолах. Они были очень хорошо известны еврейскому народу.

 

Другим доказательством «теории двенадцати» являются слова апостола Петра, сказанные в ответ тем, кто насмехался и говорил, что «они напились сладкого вина» (Деян. 2, 13). «Петр же, став с одиннадцатью, возвысил голос свой и возгласил им… они не пьяны» (Деян. 2, 14). Ясно, что сказанное им относилось только к ближайшим ученикам, ни о ком ином Писание здесь не говорит.

 

Вместе с благодатными дарами Святого Духа Апостолы получили и благодать священства — поставлять через рукоположение законных пастырей Церкви, о чем пишет в Послании к Тимофею апостол Павел: «Напоминаю тебе возгревать дар Божий, который в тебе через мое рукоположение» (2 Тим. 1, 6).

 

У пятидесятников тоже существует обряд руковозложения, когда двое или несколько служителей возлагают руки на избранного, после чего он становится пресвитером. При этом они отрицают возможность передачи через руковозложение благодати. Для них это всего лишь обрядовая формальность, мертвая копия того, о чем мы читаем в Слове Божием. У сектантов во диаконы могут рукополагать пресвитеры, а в пресвитеры — старшие пресвитеры (епископы).

 

Сектанты любят говорить о демократизме и равенстве, царящих в их общинах, праве выбирать всеми верующими служителей, о том, что пастыри их «такие же», как они. Впрочем, равенство это только внешнее, а на деле в общинах и объединениях существует строгая иерархия и возложение рук могут совершать только те, кто уже руковозложен, и такой возможности совершенно лишены рядовые верующие. Так, «пресвитер поместной церкви избирается или поставляется на служение на членском собрании церкви из числа братьев по представлению епископа региона»111. Епископы избираются также сугубо узким кругом лиц. Съезды принимают решения, уже заранее подготовленные и разработанные. Право учительства тоже является прерогативой пастырей и проповедников. Да и в кратком вероучении ХЕВ вполне недвусмысленно изъяснено: «Следует уважать трудящихся и предстоятелей в Господе, вразумляющих вас, и почитать их преимущественно с любовью за дело их (1 Фес. 5, 12), повиноваться наставникам и быть покорными»112. В вероучении ХВЕ (опубликовано в 1994 году) мы также читаем: «Обязанности члена церкви: повиноваться служителям церкви»113.

 

Нигде Священное Писание не говорит нам, что сама община первых христиан избирала и самостоятельно рукополагала священников. Это всегда совершалось только с ведома Апостолов, обладавших епископской властью. Правда, сектанты обычно ссылаются на факт избрания Матфея и семи диаконов. Но при поставлении Матфея на Апостольское служение вовсе не было руковозложения, а был брошен жребий. К тому же избрали из тех, кого Господь ранее Сам поставил в число 70 Апостолов. Избрание семи диаконов тоже происходило при непосредственном участии 12 Апостолов, которые и предложили это сделать, вскоре «возложив на них руки» (Деян. 6, 1 — 6).

 

Так, апостол Павел пишет епископу Титу: «Для того я оставил тебя в Крите, чтобы ты довершил недоконченное и поставил по всем городам пресвитеров, как я тебе наказывал» (Тит. 1, 5). Конечно, народ мог участвовать в избрании на должность священника или диакона, но последнее, решающее, слово всегда принадлежало епископу. «Рук ни на кого не возлагай поспешно, и не делайся участником в чужих грехах», — пишет святой Павел Тимофею (1 Тим. 5, 22).

 

«Церковь там, где епископ», — писал Игнатий Богоносец. То, что Сам Господь поставляет в Церкви на пастырское служение, ясно учит слово Божие: «Он поставил одних Апостолами, других пророками… иных пастырями и учителями, к совершению святых, на дело служения, для созидания Тела Христова» (Еф. 4, 11 — 12).»Потому что никто сам собою не приемлет этой чести, но будучи поставлен Богом, как и Аарон» (Евр. 5, 4 — 5).Ветхий Завет был сенью грядущих благ, но уже в ветхозаветные времена существовала трехстепенная иерархия в лице первосвященников, священников и левитов. В этом был прообраз будущего, новозаветного благодатного священства. В книге Чисел написано: «Вам даю Я в Дар службу священства, а посторонний, приступивший, предан будет смерти» (Чис. 18, 1). Смертью был поражен Оза только за то, что прикоснулся к ковчегу Божию, на что имел право только священник (2 Цар. 6, 6 — 7).

 

Корей, Нафан и Авирон, поднявшие возмущение в народе против Моисея и Аарона, желавшие присвоить себе священническое служение, были наказаны Господом страшной карой. Их вместе с сообщниками в числе 250 поглотила земля (Чис. 16).

 

Обычно пятидесятники для подтверждения истинности своего учения о всеобщности священства ссылаются на различные места Писания, и особенно на это: «Нет уже Иудея, ни язычника, нет раба, ни свободного, нет мужеского пола, ни женского, ибо все вы одно во Христе Иисусе (Гал. 3, 28). Но разве не очевидно, что здесь говорится отнюдь не о иерархическом равенстве членов Церкви, а о том, что в деле спасения не важны ни национальность, ни происхождение, ни социальное положение, ни пол. Это послание к Галатам было обращено против христиан из иудеев, возгордившихся перед христианами из язычников своим происхождением от самого Авраама. Апостол недвусмысленно говорит, что Царство Небесное открыто для всех, «будет ли иудей или эллин, раб или свободный»114.

 

Пришествие Христово не упразднило мужской пол и женский. Об этом ли здесь речь? В античном мире женщина была поражена в правах по сравнению с мужчиной. Христос всем открыл двери рая, независимо от разнообразных человеческих иерархий.

 

«Господь соделал нас царями и священниками Богу и Отцу Своему», — в гордой самонадеянности твердят сектанты. О нас, говорят они, сказано: «Вы — род избранный, царственное священство, народ святой» (Петр. 2, 9). И в этом месте Писания силятся найти подтверждение принципа всеобщности священства в Церкви Христовой.

 

Действительно, каждый христианин является священником храма души своей. «Жертва Богу дух сокрушен; сердце сокрушено и смиренно Ты не презришь, Боже» (Пс. 50, 19). Господствуя с помощью благодати над своей падшей природой, не давая места греху, человек делается «царем» — хозяином своей воли. Он освобождается от власти диавола и становится господином своей природы. Духовная свобода дарована для царствия в духе, а не для земного царствования. В этом смысле и употреблены слова «царями и священниками».

 

Протестанты удивительно напоминают Корея со товарищи, восставших на Моисея и Богом поставленных для жертвоприношения. «Все общество, все святы и среди их Господь!» (Чис. 16, 3), — так говорили эти бунтовщики, и были наказаны смертью.

 

Следом за ними современные сектанты, все как один, говорят, что они «народ святой» (1 Кор. 1, 2). В Ветхом Завете Господь называет израильский народ тоже святым. Но это вовсе не говорит о том, что святой — совершенно безгрешен. Среди избранного народа было немало пороков и даже отступивших от Бога, однако народ не переставал быть святым, ввиду вверенного ему служения, святого по своим целям — домостроительства спасения рода человеческого.

 

Так и в Новом Завете апостол Павел многих из христиан называет святыми в своих Посланиях. Таковы, например, коринфяне, среди которых было много «плотских». И в устах Апостола святость — это прежде всего избранность христиан среди остального человечества, ибо им принадлежат обетования.

 

В своих ссылках на ненужность особого священства пятидесятники приводят совет Апостола наставлять «друг друга каждый день» (Еф. 3, 13). Учить и наставлять друг друга христиане, конечно же, могут, но только тому, чему и как учат поставленные в Церкви пастыри и учители (Еф. 4, 11). «И как проповедовать, если не будут посланы?» (Рим. 10, 15). «Бог поставил в Церкви, во-первых, Апостолами, во-вторых, пророка­ми, в-третьих, учителями… Все ли Апостолы? Все ли пророки? Все ли учителя?» (1 Кор. 10, 28 — 29).

 

Сектанты утверждают, что имеют право на учительство, о чем пишут в своих уставах: «Согласно указаниям Священного Писания, каждый член общины должен считать святым долгом — участвовать в деле распространения Царства Божия»115. Писание же советует нам: «Не многие делайтесь учителями, зная, что мы подвергнемся большому осуждению» (Иак. 3. 1). Так посрамляется право учительства всеми и всех.

 

Безосновательно укоряют Православную Церковь в том, что в ней право учительства принадлежит исключительно пастырям. Достаточно побывать в наших московских храмах, чтобы убедиться, что здесь проповедуют и студенты Духовных школ, и псаломщики, и диаконы.

 

Что касается желания проповедовать, одолевающего многих сектантов-пятидесятников, то причиной тому крайняя доступность, а точнее примитивность, протестантского учения — «уверуй и спасен». Проповеди пятидесятников — это «басни» (2 Петр. 1, 16). О чем тут только не услышишь, вплоть до бытовых проблем о дороговизне мыла и колбасы. Излюбленный жанр проповеди — бесконечное переживание собственного опыта, случаев из частной жизни. Отвергнув поучительные в духовном и практическом плане жития святых, сектанты непрестанно твердят о своих житиях, превращая (вот уж точнее не скажешь) собрания в разновидность упражнений по психоанализу с «духовной подкладкой».

 

Большинство пятидесятнических сект признает трехстепенную начальствующую иерархию: епископы, пресвитеры и диаконы. По их воззрениям, никакими особыми благодатными дарами эти служители не отличаются. Все они в этом отношении равны. Различие за­ключается лишь в административных полномочиях. Только евангельские христиане в духе Апостолов (ЕХ-ДА) отвергают существование трех степеней начальствующих в Апостольские времена и настаивают на том, что тогда между епископом и пресвитером никакой разницы не было. Действительно, терминология в I веке еще не устоялась, иногда епископов называли пресвитерами (что означает — старший), а пресвитеров — епископами, но это отнюдь не значит, что тогда не было трехстепенного благодатного священства. Впрочем, ЕХДА отвергают и само название «епископ», признавая только пресвитерство и диаконство. Это направление претендует на особый строй духовной жизни, отличный от других течений сектантов-пятидесятников. Особое внимание здесь уделяется мистической жизни церкви, где все должно совершаться по пророчеству или указанию свыше. Например, когда представилась возможность выйти из принудительного Союза с Евангельскими Христианами-Баптистами, христиане в «духе Апостолов» не сделали этого, поскольку никакого знамения к этому не было, а совершать что-либо по человеческому разумению им не разрешается. Только около половины из полуста общин этого течения имеют поставленных пресвитеров. Даже если община испытывает острую нужду в служителе, рукополагать не будут хотя бы и достойного кандидата. Будут ждать пророчества или видения.

 

В трех небольших группах пятидесятников этого направления в Москве ни в одной из них до недавнего прошлого не имелось пресвитера, хотя есть, по мнению самих верующих, вполне достойные рукоположения. Одну из групп возглавляет Ф.А.Гурычев, лично знавший виднейшего из основоположников этого движения (ЕХДА) — Н.П.Смородина.

 

В остальном обрядовая сторона учения адептов этого направления такая же, как и у других пятидесятников. Разве что обряды крещения и хлебопреломления у них совершаются реже, так как их могут выполнять только рукоположенные пастыри. А их в каждой общине по одному. Исключение составляет Караганда, где их три, Санкт-Петербург и Одесса — по два.

 

Отвергнув истинное учение о священстве, сектанты выдумали новое, для которого нет оснований ни в Священном Писании, ни в творениях Отцов и учителей Церкви.

 

Святой Ириней, епископ Лионский, указывая на чрезвычайную важность апостольского преемства через рукоположение, писал: «Мы можем перечислить епископов, поставленных Апостолами в церквах, преемников до нас»116.

 

«Пусть, — обращается к еретикам Тертуллиан — объявят ряд своих епископов, который продолжался бы с таким преемством, чтобы первый из епископов имел своим виновником и предшественником кого-либо из Апостолов или мужей апостольских, долго обращавшихся с Апостолами»117.

 

Итак, сознательное искажение и неприятие истин Священного Писания, ошибочное упование на спасение исключительно верою, равно как отвержение благодатного священства указывают на невозможность причислить пятидесятников к Церкви Христовой, вне которой спасение невозможно.

 

 

 

5. Учение пятидесятников о Церкви

 

 

 

«Создам Церковь Мою, и врата ада не

 

одолеют ее»

 

(Мф. 16, 16).

 

«Один Господь, одна вера, одно крещение, один Бог и Отец всех»

 

(Ефес. 4, 5 — 6).

 

«Горе им, потому что идут путем Каиновым, предаются обольщению мзды, как Валаам, и в упорстве погибают, как Ко­рей… Это ропотники, ничем не довольные, поступающие по своим похотям (нечестиво и беззаконно), уста их произносят надутые слова… Это — люди, отделяющие себя (от единства веры), душевные, не имеющие духа»

 

(Иуд. 11, 16, 19).

 

 

 

«Церковь есть основанное Господом Иисусом Христом, искупленное Его крестными страданиями общество верующих людей, соединенных между собой, под главенством Христа, единою истинною верою, законным, преемственно от Апостолов рукоположенным свя­щенством, участвующее в принятии святых Таинств, в которых подается благодать Святого Духа для получения Вечной Жизни»118.

 

Церковь состоит из земных и небесных жителей. Земная Церковь — воинствующая — осуществляет свою миссию под благодатным покровом небожителей во главе с Иисусом Христом — истинным Богом и истинным человеком. С другой стороны, и земная Церковь оказывает помощь и поддержку через молитвенные ходатайства за всех умерших.

 

Быть чадом Церкви может лишь тот, кто исповедует истинное вероучение, распространенное по всему миру проповедью Апостолов. В вопросах вероисповедания не может быть ничего малозначащего, отсюда следует, что всякий, кто не принимает в полноте всего учения Пра­вославной Церкви, тем самым отделяет себя от ее Главы — Господа Иисуса Христа.

 

Истинное вероучение одно. Спаситель везде и всегда учил об одной Церкви: «Создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее» (Мф. 16, 18). Христос учил об одной виноградной лозе (Ион. 15, 1 — 6), об одном овчем дворе (Ин. 10, 1), об одном стаде (Ин. 10, 7 — 17). «Одна вера — одно крещение» (Еф. 4, 6), — учит святой Апостол.

 

Известно множество сообществ пятидесятников, баптистов, адвентистов, иеговистов и других, именующих себя христианскими, но ни одно из них не является Церковью Христовой. Все это еретические сборища, возводящие хулу на истинные догматы Церкви, на такие, как спасение верою и добрыми делами, обязательное руководство в жизни Священным Писанием и Священным Преданием, истинное благодатное священство.

 

Все они утверждают, что спасает только вера, но при этом каждый понимает веру по-своему. Отсюда необъяснимое, на первый взгляд, обилие «церквей», не способных объединиться. В них нет единства духа в союзе мира (Еф. 4, 3). Внешне связанные ересью, они обречены на взаимное отчуждение.

 

Каждый православный священнослужитель может засвидетельствовать, что перед хиротонией он произносил исповедание веры, и, если оно совпадало с верою Апостольской, становилось возможным рукоположение в священнический сан.

 

Секты баптистов появились в XVII веке, адвентистов и иеговистов — в XIX, пятидесятников — в XX, поэтому ни о каком Апостольском преемстве здесь речи идти не может. Говоря о пятидесятниках вообще, нужно отметить, что это направление протестантизма возникло в результате «духовного» экспериментаторства. Не потому ли они утверждают, что Церковь не нуждается в Апостольском преемстве. Написано же: «Где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них» (Мф. 18, 20). Без всякого сомнения, эти слова относятся только к истинным чадам Церкви и говорят, вероятно, о некоем частном собрании верующих. К тому же «двое или трое» — это еще не Церковь, о чем убедительно свидетельствует евангелист Матфей (Мф. 18, 15 — 17)119.

 

И хотя некоторые сектанты, отвергнув благодатное священство, не потеряли совсем христианского учения, они сильно исказили его своими требованиями освящения и Обожения человека. В таком случае нет необходимости ни в церковных Таинствах, ни в сохранении древнего строя церковной жизни, заповеданного Апостолами.

 

Как и всякая секта, пятидесятники претендуют на монополию единственно верного разумения Слова Божиего. Их учение о Церкви, образно говоря, зиждется на четырех столпах120:

 

1   — рождение свыше;

 

2  — крещение Духом Святым;

 

3  — исцеление верою во Иисуса Христа;

 

4  — тысячелетнее царство Христа со своими избранниками.

 

Эти четыре устоя и составляют так называемое полное Евангелие, якобы возвещенное Самим Спасителем.

 

Чтобы показать вопиющую противоречивость и несообразность этого учения Слову Божиему, остановимся на нем подробнее.

 

 

 

6. Рождение свыше

 

 

 

«Испытывайте самих себя, в вере ли вы; самих себя исследывайте. Или вы не знаете самих себя»

 

(2 Кор. 13, 5).

 

«Если говорим, что не имеем греха, — обманываем самих себя и истины нет в нас »

 

(1 Ин. 1, 10). «Все мы много согрешаем»

 

(Иак. 3, 2).

 

Догмат пятидесятников о «рождении свыше» явился реакцией на кальвинистское учение об абсолютном предопределении. Кальвинисты считают, что каждый человек заведомо обречен или предопределен к тому или иному состоянию в вечности. По их мнению, Христос спас не весь мир, а только тех, кто предназначен ко спасению. И что бы с этими изначально предназначенными ко спасению ни произошло, какой бы < страшный грех они ни совершили, в конце концов они все-таки будут спасены.

 

Пятидесятники, напротив, настаивают на том, что Иисус Христос Своею кровью искупил грехи всего человечества. Его искупительная жертва распространяется на всех людей, и чтобы спастись, достаточно покаяться в грехах и лично прийти ко Христу121.

 

Спасение достигается через покаяние. Раскаявшийся — «рожденный свыше», — с их точки зрения, уже спасен. «Рождение свыше» связано с крещением Духом Святым, которому оно предшествует во времени. «Рожденный свыше» сначала очищается от всех грехов, а потом крестится Духом Святым. Чтобы наследовать Духа Божия, пишут богословы пятидесятников, и быть в нем, нужно непременно родиться свыше. Без «рождения свыше» никто не может познать Его, и тем более не может наследовать Его»122. Самое «рождение свыше» — это не мгновенный акт принятия Духа, как то бывает при крещении Им, а весьма длительный процесс, начинающийся с момента, когда Господь Иисус Христос впервые признается верующим как личный Спаситель. Завершается он принятием водного крещения: «К этому времени все ветхие привычки должны умереть, ибо мы, — говорят пятидесятники, — умерли для греха в водном крещении»123 (Рим. 6, 1 — 8). Водное крещение не представляет собой Таинства, а, как и у баптистов, есть только обещание Богу доброй совести и свидетельство всех «истинно покаявшихся» и всем сердцем верующих, что Христос есть и Спаситель и Господь124.

 

По его совершении новообращаемый обязан все силы своей души отдавать исполнению заповедей Божиих. До этого же он не может участвовать в акте хле-бопреломления, несмотря даже на то, что может быть членом общины.

 

Чтобы стать членом общины, достаточно покаяться перед единоверцами и публично явить желание отдать свое сердце Господу.

 

Некоторые толки пятидесятников (субботствующие и немногочисленные другие) учат, что покаяние (присоединение к общине) завершает первую ступень духовного совершенствования. Вторая — это водное крещение, третья — крещение Духом Святым. Таково, вкратце, их учение о трех  духовных кризисах (благословениях) в жизни человека125. В целом же большинство пятидесятников в нашей стране придерживается теории двух духовных кризиров (благословений) — «рождения свыше» и «крещения Духом Святым».

 

«Рождение свыше*’ есть свидетельство, которое будто бы Дух Святой дал каждому пятидесятнику о том, что он спасен и стал сыном Божиим. Трактуется оно как некое внутреннее переживание, своего рода заверение Бога о духовном спасении уверовавшего.

 

Обосновывая понятие «рождение свыше», пятидесятники ссылаются на Евангелие от Иоанна: «Кто не родится от воды и Духа, не может войти в Царство Божие» (Ин. 3, 5). Правда, некоторые сектанты, например христиане веры евангельской, евангельские христиане в духе Апостолов, христиане евангельской веры (их явное меньшинство), усматривают в этих словах Спасителя указание на необходимость двух видов крещения — водой и Святым Духом. Другие — слова «от воды» толкуют символически, как духовное рождение через восприятие Слова Божиего. Самое же водное крещение понимается как символ возрождения от греховной смерти, уже совершенное через слово Божие126. При всех различиях буквального понимания этого текста Писания пятидесятники единодушны в мистическом истолковании «рождения свыше», которое совершается только посредством слушания Слова Божия.

 

В Писании действительно есть места, где говорится, что люди живы «Словом Божиим», что «возрождены от Слова Божия», которое может спасти души наши. Но нигде не сказано, что чтение или слушание Слова Божия само по себе может спасти. Не спасает оно, а только рождает веру! «Вера от слышания, а слышание от Слова Божьего» (Рим. 10, 17). Но одной веры недостаточно, «потому что не слушатели закона праведны пред Богом, но исполнители закона оправданы будут» (Рим. 2, 13), и не всякий, говорящий: «Господи! Господи!» войдет в Царство Небесное» (Мф. 7, 9).

 

Свои воззрения пятидесятники основывают на следующих словах Священного Писания из беседы Спасителя с самарянкой: «Всякий, пьющий воду сию, возжаждет опять, а кто будет пить воду сию… которую Я дам ему, тот не будет жаждать вовек, но вода, которую Я дам ему, сделается в нем источником воды, текущей в жизнь вечную» (Ин. 4, 13 — 14). И еще в день праздника «Поставление Кущей» (Ин. 7, 2) Иисус возгласил: «Кто жаждет, иди ко Мне и пей. Кто верует в Меня, у того, как сказано в Писании, из чрева потекут реки воды живой» (Ин. 7, 37).

 

Иногда в Священном Писании богооткровенное учение представляется как образ живой воды. Но в изречении, сказанном в день праздника, Господь говорит именно о Духе Святом, «которого имели принять верующие в Иисуса Христа, ибо еще не было на них Духа Святого, потому что Иисус не был прославлен» (Ин. 7, 39), что далее и поясняет Евангелист.

 

Если под словами «вода» везде в Писании понимать слушание Слова Божиего, то мы придем к явному недоразумению. Деяния нам описывают случай крещения евнуха, который спросил: «Вот вода, что препятствует мне креститься?» Филипп же сказал ему: «Если веруешь от всего сердца, можно… и сошли оба в воду» (Деян. 8, 37 — 38).

 

О Спасителе в Евангелии сказано: «…и крестившись, Иисус тотчас вышел из воды» (Мф. 3, 16). Сектантская трактовка этого величайшего события истории христианства неприемлема для православных.

 

Пятидесятники со своим тезисом «рождение свыше» отвергают православное учение о возрождении и обновлении души через церковные Таинства. Так, через водное крещение, говорят они, невозможно получить отпущение грехов, ведь это всего лишь обряд, указывающий, что отныне верующий должен блюсти себя в доброй совести. С «доброй совестью» нужно согласиться. Действительно, человек взрослый, осознающий поступки, принимая таинство Крещения, обещает свято хранить от греха «скрижали» своего сердца, откуда ему вещает «глас Божий», слышимый как «дыхание совести». В ответ Господь подает крещаемому благодать прощения грехов, так  понимали это Таинство свя­тые Апостолы. Святой Петр в день Пятидесятницы сказал собравшимся: «Покайтесь, и да крестится каждый из вас во имя Иисуса Христа для прощения грехов, и получите дар Святого Духа» (Деян. 2, 38). О том свидетельствуют и слова апостола Анании, обращенные к ослепленному Савлу: «Крестись и омой грехи свои» (Деян. 22, 16).

 

Отнюдь не обещание доброй совести спасает человека, а Таинство, иначе, если спасает обещание, то к чему еще и крещение?127

 

На- это пятидесятники возражают, что для спасения потребны вера и покаяние. И это так, ибо без веры угодить Богу невозможно (Евр. 11, 6). Однако, послав проповедовать своих учеников, Господь заповедал: «Идите по всему миру и проповедуйте Евангелие всей твари. Кто будет веровать и креститься, спасен будет» (Мф. 16, 15 — 16). Здесь наравне с верой Спаситель говорит о крещении.

 

«Христос возлюбил Церковь и предал Себя за нее, чтобы освятить ее банею водною, посредством слова» (Еф. 5, 25 — 26). Этим апостол Павел засвидетельствовал, что Церковь Христова, т.е. все составляющие ее люди, очищены «банею водною», т.е. святым Крещением. Выражение Апостола «посредством слова» уточняет, дает указание на то, как совершается святое Крещение, какие произносятся слова при крещении, т.е. «указывает на повеление Спасителя крестить уверовавших в Него и во Имя Отца, Сына и Святого Духа»128 (Мф. 28, 19).

 

Даже после сошествия Святого Духа на Корнилия и бывших с ним (Деян. 10, 47) он, тем не менее, нуждался в крещении, что еще раз указывает на величайшее значение этого Таинства, которое не может быть восполнено даже миропомазанием (сошествием Святого Духа).

 

Священное Писание учит, что Крещение — это погребение со Христом и восстание для новой святой жизни, достигаемой только благодатью Творца (Кол. 2, 11 — 13). Это Таинство омывает, освящает и оправдывает человека (1 Кор. 6, 11), очищая его от первородного греха, «вкропляя» в душу благодатное семя новой жизни (Евр. 10, 21 — 22).

 

Как видим, учение пятидесятников о «рождении свыше» не имеет под собой никаких евангельских оснований. Некрещеные и немиропомазанные не вправе называть себя христианами, ибо без этих таинств невозможно наследовать жизни будущего века (Мр. 16, 15).

 

 

 

7. Крещение Духом Святым

 

 

 

«Находящиеся в Иерусалиме Апостолы, услышав, что Самаряне приняли слово Божие, послали к ним Петра и Иоанна, которые, придя, помолились о них, чтобы они приняли Духа Святого. Ибо Он не сходил еще ни на одного из них, а были они только крещены во имя Господа Иисуса. Тогда возложили руки на них, и они приняли Духа Святого»

 

(Деян. 8, 14 —  17).

 

«Они крестились во имя Господа Иисуса. И когда Павел возложил на них руки, нисшел на них Дух Святой»

 

(Деян. 19, 5 — 6).

 

 

 

Смысл всего вероучения пятидесятников состоит в акте крещения Святым Духом, внешним знамением которого является обретение способности говорить с Богом на иных языках. Так, в вероучении церкви Христиан Веры Евангельской говорится, что «крещение Духом Святым есть исполнение силою свыше со знамением иных языков»129.

 

Главная цель, личности — по их учению — восстановить разрушенную первородным грехом связь с Богом посредством стяжания Духа Святого. «Неспособность наша идти за Христом была и будет, — отмечают они. — а при крещении Духом Святым верующий человек получает силу будущего века»130.Краеугольным камнем воззрения пятидесятников являются слова Спасителя, сказанные ученикам перед Вознесением: «Кто будет веровать и креститься, спасен будет, а кто не будет веровать — осужден будет. Уверовавших же будут сопровождать сии знамения: Именем Моим будут изгонять бесов, будут говорить новыми языками, будут брать змей, и если смертное что выпьют, не повредит им, возложат руки на больных, и они будут здоровы» (Мр. 16, 16 — 18). По их мнению, это одно из самых важных мест в Библии, где дано «великое повеление для Церкви»131.

 

По этому поводу И.В.Воронаев писал: «От этого правила отступили все христианские организации, как Римо-Католическая и Православная Церкви, так и старообрядцы, лютеране и сектанты. Возьмите, например, сектантские общины адвентистов, субботствующих, баптистов. Имеют ли они действительное крещение с теми признаками, которыми оно сопровождалось в дни Апостолов. Ни в одной из этих сектантских общин мы не найдем действительного крещения Духом Святым. Никто из них не получил крещения Духом Святым»132.

 

Следует заметить, что в некоторых направлениях пятидесятников за рубежом и в нашей стране (ЕХДА, ХВЕ) не считают говорение на иных языках единственным и даже главным свидетельством крещения Духом Святым. Журнал Христиан Веры Евангельской «Примиритель» по этому поводу пишет: «Учение о крещении Духом Святым без знамения иных языков противоречит апостольской практике, если при этом не будет других каких-либо знамений»133. При различном понимании внешнего проявления крещения Духом Святым (со знамением языков или без них) все пятидесятники едины в том, что «духовное крещение есть откровение Бога в душе верующего человека. В этот день возрождения, — пишут они, — Бог проявляет Себя в душе откровением, и человек познает обитающего в себе Святого Духа. Такая душа ощущает в своем теле новую, божественную силу и мощь. Это и есть познание духовного рождения. Это есть молниеносный проблеск Духа Божиего в сознании возрожденной души»134.

 

С крещением Духом Святым является сила для нравственной жизни и служения Богу и людям135. Для каждого верующего крещение Святым Духом — это мгновенный акт снисхождения Духа Святого. С этого момента верующий становится истинным чадом Божиим.

 

«Не должно быть большого перерыва между обращением (рождением свыше. — И.Е.) и получением Святого Духа, если присутствует вера и обращенный знает, чему учит Библия»136.

 

Иногда лишь один миг отделяет человека от получения духовного крещения, но бывает, что это затягивается на долгие годы137.

 

Про одного очень благочестивого верующего московской общины ХВЕ рассказали, что он перед тем, как перейти к пятидесятникам, пятнадцать лет находился в баптистской церкви. Приняв разумом вероучение о крещении Духом Святым, став членом ХВЕ, он в течение десяти лет не мог получить духовного крещения. Именно столько времени, по словам сектантов, ему понадобилось, чтобы очистить себя.

 

Для того чтобы получить крещение Святым Духом, «необходимо верить, что Господь может нас крестить, — пишут пятидесятники, — ибо Он обещал излить Духа на всякую плоть. Нужно иметь сильную жажду, чтобы получить обещанного Духа верою»138.

 

В большинстве своем пятидесятники склонны считать, что действительная Церковь Христова, имеющая помазание Духом Святым, должна и в наши дни узнавать членов своих, крещенных Духом Святым, по внешним признакам, которые существовали и в ранней Апо­стольской Церкви139.

 

Мало кто знает, что пятидесятники свое вероучениеи название вовсе не связывают с христианским праздником Пятидесятницы. Каждый, говорят они, имеет свою личную пятидесятницу, когда крестится Духом Святым и начинает говорить «новыми языками», и с этого момента становится членом Церкви Христовой140. Они пишут: «Двенадцать Апостолов получили крещение Духом Святым в горнице. Женщина, которая следовала за Христом, приняла крещение Духом Святым, Мария — мать Иисуса, зачавшая от Духа, приняла Святого Духа. Каждый из 120 в горнице принял Духа Святого. Каждый из 3000, кто слышал проповедь Петра в день Пятидесятницы, получил залог Святого Ду­ха»141.

 

Сам Иисус Христос получил крещение ранее всех — перед началом Своего служения в народе. Он принял Духа Святого во время крещения от Иоанна в реке Иордан142 (Мф. 3, 16).

 

Во всех указанных случаях, приводимых пятидесятниками (кроме одного), нет никаких указаний на глоссолалию. Только двенадцать Апостолов в день Пятидесятницы получили харизму языков. А если так, то, следуя их рассуждению, кроме Апостолов, более никто не был крещен Духом Святым.

 

В день Пятидесятницы с Церковью воссоединилось 3000 душ, «все они крестились во имя Иисуса Христа и приняли Святого Духа, но никто из них не проговорил на иных языках»143 (Деян. 2, 38).

 

Архидиакон Стефан был исполнен Духом Святым, но не говорил на языках (Деян. 7, 55), крещенные в Самарии Духом Святым также не говорили на иных языках144 (Деян. 8, 14).

 

Пятидесятники усматривают крещение Духом Святым и в описании возложения рук Анании на Савла, после чего он прозрел и исполнился Святым Духом (Деян. 9, 17).

 

И здесь также нет сообщения о глоссолалии. Исполнение Духом Святым нельзя отождествлять с Его сошествием. В указанном месте говорится только о том, что Господь через Ананию коснулся сердца гонителя христиан, после чего он прозрел.

 

Так, Иоанн Креститель исполнился Духом Святым еще во чреве матери (Лк. 1, 15), а апостол Петр перед проповедью в день Пятидесятницы, уже после сошествия Святого Духа, исполнился Им (Деян. 4, 8), исполнялись Духом Святым и ветхозаветные пророки.

 

Если все же согласиться с мнением, что на Савла (апостол Павел) был излит Дух Святой, как и на Корнилия сотника (Деян. 10, 47), то отчего автор Деяний не упоминает о получении дара языков, если он был действительно крещен Им, но отмечает эту особенность при сошествии Святого Духа на Корнилия.

 

Пятидесятники склонны додумывать, что в большинстве случаев Дееписатель «просто не упоминает» о случаях дарования языков. Чем навеяна такая уверенность? И как могли бы умолчать Апостолы о чудесном явлении крещения Святым Духом со знамением языков, если бы отныне в Новозаветной Церкви этот акт становился бы исключительной принадлежностью христиан? Какие основания подозревать автора Деяний в небрежности, когда в одних местах он умалчивает о внешнем проявлении духовного крещения, а в других указывает на него.

 

О крещении Святым Духом в вероучении пятидесятников (1994) сказано: «Мы верим, что:

 

а)  крещение Духом Святым совершается Иисусом Христом (Мф. 3, 11; Ин. 14:16; 16:7);

 

б)   происходит во время проповеди, молитвы, при возложении рук, в других обстоятельствах со знамением иных языков;

 

в)  знамение иных языков является проявлением Духа Святого (Деян. 2, 4 — 6; 1 Кор. 12, 7, 10; 14, 12);

 

г)  является источником силы для служения через дары Духа Святого (Деян.  1, 7 — 8;  1  Кор.  19, 4 — И)»145.

 

Сразу же отметим, в Священном Писании нигде не сказано, что кто-то во время молитвы получил крещение Духом Святым.

 

Для пятидесятников крещение Духом Святым возможно и до водного крещения, и во время крещения, и после него. Основаниями для подобных суждений служат такие эпизоды из евангельской истории, как схождение Святого Духа на Корнилия сотника (Деян. 10, 44 — 47), крещение Филиппом евнуха Эфиопской царицы (Деян. 8, 39), возложение рук на крещенных самарян (Деян. 8, 14 — 19) и Иоанновых учеников (Деян. 19, 6). Утверждение более чем сомнительное!

 

 

 

Сошествие Святого Духа на Корнилия сотника

 

 

 

Призвание в Церковь язычников было исключительным явлением Апостольской Церкви и на нем никак нельзя строить далеко идущих догматических выводов. В знак того, что в Церковь Христову призваны все народы, апостолу Петру было особое видение, после чего он отправился в дом к сотнику.

 

После проповеди в доме Корнилия «Дух Святой сошел на всех, слушавших слово (проповедь. — И.Е.). И верующие из обрезанных, пришедшие с Петром, изумились, что дар Святого Духа излился и на язычников, ибо слышали их говорящих языками и величающих Бога» (Деян. 10, 44 — 46).

 

Это был особый случай, когда Дух Святой излился до таинства Крещения. Этим Господь особо засвидетельствовал, что и язычники призваны ко спасению. Как видно из книги Деяний, к этому христиане были совершенно не готовы, ибо верующие из обрезанных, пришедшие с Петром, «изумились» (Деян. 10, 48), что Дух Святой с даром языков сошел на необрезанных.

 

Вероятнее всего и апостол Петр шел к язычникам отнюдь не с целью крестить их водою, ибо к последнему его побудил уже сам факт снисхождения Святого Духа на них. Святой Иоанн Златоуст, комментируя это место, говорит как бы от имени апостола Петра: «Если и они получили Духа, то как можно было не преподать им крещение»146. Он почти как бы опровергает «противившихся и утверждавших, что этого делать не должно»147.

 

Святитель далее замечает: «Это крещение Святым Духом стало возможным лишь после того, как они показали чудное расположение души своей, приняли начало учения и уверовали, что в крещении несомненно подается прощение грехов, то и сошел на них Дух»148.

 

 

 

Принятие водного крещения евнухом Эфиопской царицы

 

 

 

Убежденность пятидесятников в том, что Дух Святой может крестить верующего непосредственно после совершения водного крещения, без участия предстоятеля Церкви, нигде не подтверждается Священным Писанием. Мы видим, что сошествие Святого Духа на евнуха Эфиопской царицы никак не сопровождалось теми внешними признаками, по которым пятидесятники обычно узнают о крещении Духом Святым.

 

Написано, что после совершения водного крещения Дух Святой сошел на евнуха (Деян. 8, 39). О глоссолалии ничего не упоминается, что вполне объяснимо. Крестивший евнуха Филипп был в сане диакона и не мог совершить руковозложения, после которого только возможно получение семи даров Святого Духа, а также харизматических дарований. Это вполне определенно следует из сказанного в той же восьмой главе книги (Деян. 14 — 17).

 

Недоумение относительно того, что на евнуха все же сошел Святой Дух, легко разрешается тем, что, согласно учению Православной Церкви, в таинстве Креще-ния подается благодать Святого Духа, отпускающая первородный и личные грехи149.

 

 

 

Учение пятидесятников о сошествии Святого Духа после водного крещения

 

 

 

Дух Святой может крестить верующего в любое время, в частности и после водного крещения, учат пятидесятники, ссылаясь на крещение самарян (Деян. 8, 14 — 17) и учеников Иоанна Крестителя (Деян. 19, 4 — 6), причем при крещении Духом Святым не обязательно возложение рук епископа.

 

Между тем ученики Иоанна получили Духа Святого только после того, как крестились в воде во имя Иисуса Христа, затем Павел возложил на них руки, и «нисшел на них Дух Святой» (Деян. 19, 6). То же и при крещении самарян. «Находившиеся в Иерусалиме Апостолы, услышав, что самаряне приняли Слово Божие, послали к ним Петра и Иоанна, которые, придя, помолились о них, чтобы они приняли Духа Святого. Ибо Он еще не сходил ни на одного из них, а только были они крещены во имя Господа Иисуса. Тогда возложили руки на них, и они приняли Духа Святого» (Деян. 8, 14 — 17). Сектантам нечего возразить на вопрос: если бы Духа Святого можно было получить без епископского руковозложения, зачем же тогда Апостолы предприняли столь неблизкое путешествие? Самаряне приняли водное крещение от Филиппа (Деян. 8, 12), который, будучи диаконом, не мог совершить это Таинство, которое и исполнили пришедшие из Иерусалима епископы (Деян. 8, 15). Далее при описании принятия Святого Духа самарянами нигде не упоминается о глоссолалии. Дара языков самаряне не обрели, поэтому остается загадкой упорство пятидесятников, стремящихся утвердить свое учение именно на этом эпизоде из Священного Писания.

 

Иное дело — Иоанновы ученики. После возложения на них рук апостола Павла, те стали говорить разными языками и пророчествовать (Деян. 19, 6). Но случилось это после возложения рук (таинство Миропомазания).

 

Пятидесятники убеждены, что получают крещение Святым Духом без руковозложения, чего не знала практика Апостольского века и что указывает на отсутствие у них подлинного крещения Духом Святым, называемого в Церкви Христовой таинством Миропомазания. По этому поводу болгарский профессор Дюлгеров пишет: «Крещение Духом Святым — это принятие Святого Духа. Оно совершается с первых дней после новозаветной Пятидесятницы через руковозложение после крещения в воде»150.

 

В прискорбном заблуждении своем пятидесятники повторяют, что крещены Духом Святым, но на самом деле никто из них не получил этого крещения. Неведомо им таинство Миропомазания, совершаемое иереем, являющееся одним из великих Таинств, открытых Богом человеку.

 

 

 

Практика «крещения Святым Духом» у пятидесятников

 

 

 

К каким только ухищрениям не прибегают пятидесятники, пытаясь получить духовное крещение. Вот как это случилось у бывшего проповедника христиан евангельской веры Ф.Мячина: «Я ревновал о дарах духовных, сидя у себя на чердаке дома в течение целого месяца, пока наконец не «заговорил на иноязыках»151.

 

Иначе поступил некий американский проповедник, делившийся своим опытом в московской общине. Он рассказывал, что на собраниях пятидесятников, куда он часто приходил, многие говорили «языками», и тогда, пристроившись к кому-нибудь рядом, он начинал повторять: ба-ба-ба-ба, ля-ля-ля-ля, будучи в полной уверенности, что тем самым он помогает Духу кре-стить его. И вот в один из дней после долгого лепетания определенных звукосочетаний наконец сам заговорил на «иноязыках», будучи безусловно уверенным, что получил «крещение Святым Духом». Свой опыт он предложил для «внедрения» русским пятидесятникам. Кстати, подобная практика взаимного наущения у пя­тидесятников США очень распространена.

 

Член петербургской общины пятидесятников-смородинцев «брат» Кирилл рассказывал о том, как на домашних собраниях совершаются молитвы о принятии «крещения Святым Духом». Все становятся на колени и начинают говорить на «языках». Этому должен подражать тот, за чье крещение молятся, дабы помочь Святому Духу сойти на него. Однажды при таком молении за одного молодого человека тот начал издавать неистовые истеричные крики. Молитву пришлось остановить. Пятидесятники опасались, что этот истеричный аффект закрепится в подсознании юноши и в последующем будет восприниматься им как снисхождение Святого Духа. По-видимому, главная проблема пя­тидесятников, научившихся контролировать себя, состояла в том, чтобы не шокировать неприлично шумным поведением остальных членов собрания.

 

В различных сектах пятидесятников по-разному принимают «крещение Святым Духом». У федотовцев, после устного заявления новообращенных, что большего тепла и истины они нигде не встречали, за них начинают молиться Богу с просьбой крестить их. Новичков ставят на колени, а вся община начинает молиться на «иноязыках». То, что исповедуют одни направления христиан веры евангельской, не приемлется, например, пятидесятниками Объединенного Евразийского Союза Христиан Веры Евангельской.

 

«Ложная практика этого дара, усердное напористое говорение на «иных языках» и побуждение к повторению ревнующего о крещении Духом Святым слов иного языка или внушение к многократному повторению слов: «крести, крести… или дай, дай… ныне еще бытует», — не без доли сожаления отмечают богословы Объединенного Евразийского Союза Христиан Веры Евангельской.

 

Мне довелось присутствовать при организации проповедником из США моления за желающих получить крещение Святым Духом. Около двух десятков сектантов столпились у проповеднической кафедры. В зале поднялся гул молитвословий. Проповедник возбужденно кричал в микрофон, и кругом раздавались слезные моления. После такого мощного психического натиска было просто невозможно не заговорить «на языках». Наконец довольно продолжительная молитва закончилась, и проповедник, переведя дух, через переводчика спросил: «Кто получил крещение Святым Духом?» Три или четыре женщины подняли руки. Во время молитвы о крещении я был рядом с ними, но так и не ус­лышал от принимавших крещение проявления вожделенной всеми глоссолалии. Если, конечно, не считать судорожных подергиваний лиц, трясущихся рук и тел и какого-то бормотания вперемежку со стонами. Справедливости ради отмечу, что после собрания один из проповедников общины, В.Романюк, заявил о нежелательности таких молитв. По его уверению, Дух сам должен снизойти на верующего, и не дело человека принуждать Его к тому. Затем, добавив несколько нелицеприятных слов по поводу привозных нововведений и вреде копирования духовной практики зарубежных церквей, попросил одного из членов общины рассказать всем, как тот недавно был «крещен Духом Святым». Молодой человек охотно поведал о том, как в первом часу ночи дух поднял его на молитву и крестил.

 

Как видим, у пятидесятников множество «надежных» способов получения харизмы «языков», кроме единственно верного — через епископское возложение рук и совершаемое только над теми, кто принял таинство Крещения. Как уже упоминалось, Апостольской практики возложения рук для получения даров Святого Духа у пятидесятников не существует. Учение о крещении Святым Духом со знамением языков — это выдуманный пятидесятниками тезис, не находящий себе основания в Слове Божием. Дар языков — всего лишь один из прочих даров харизматического века (1 Кор. 12, 8 — 10) и отнюдь не представляет собой свидетельства крещения Святым Духом. Впрочем, о том, что дар языков у пятидесятников не подлинно харизматическое дарование христианской Церкви, иногда говорят они сами. Так, согласно их воззрениям, если единоверец оставляет секту, дар языков у него тем не менее сохраняется как свидетельство «былой причастности» Духу Святому. Вы после этого можете стать баптистом, мормоном, кришнаитом или вовсе ни в кого не веровать, но при этом глоссолалию можете продемонстрировать всегда, везде, где вам заблагорассудится.

 

 

 

8. Исцеление верою

 

 

 

«Господи! Не от Твоего ли имени мы пророчествовали? и не Твоим ли именем бесов изгоняли? и не Твоим ли именем многие чудеса творили?» И тогда объявлю им: «Я никогда не знал вас. Отойдите от Меня, делающие беззаконие»

 

(Мф. 7, 22 — 23).

 

«Некоторые из скитающихся Иудейских заклинателей стали употреблять над имеющими злых духов имя Господа Иисуса… Это делали какие-то семь сынов Иудейского первосвященника Скевы. Но злой дух сказал в ответ: «Иисуса знаю, и Павел мне известен, а вы кто? И бросился на них человек, в котором был злой

 

дух»

 

(Деян. 19, 14 — 16).

 

«Испытывайте духов, от Бога ли они» (1 Ин. 4,  1).

 

Особенность религиозного сектантства обычно состоит в выпячивании какого-то отдельного положения Библии. Оно выдвигается на первый план и становится своего рода «символом веры» секты и тем делает его отличным от других вероисповеданий154. К таковым относится учение пятидесятников об исцелении верою.

 

Вот, например, текст из книги пророка Исаии: «Он взял на Себя немощи наши и понес наши болезни» (Ис. 53, 4). Для пятидесятников это вполне готовая к употреблению догма, согласно которой Христос в Своем полном Евангелии обеспечил не только устранение человеческих грехов, но и их последствий — человеческих болезней.

 

Отсюда убежденность пятидесятников, что исцеление различных болезней — дело, вполне доступное вере, и достигается почти автоматически, как и прощение грехов. Из всех харизматических даров исцеление представляется им самым доступным и простым155. А раз так, то практически все пятидесятники в той или иной мере участвуют в «исцелениях».

 

Иисус Христос неоднократно творил чудеса и дал такую власть ближайшим Своим ученикам, которые однажды в радости воскликнули: «Господи, и бесы повинуются нам» (Лк. 10, 17). На это Спаситель ответил, что не этому нужно радоваться, а тому, что их имена записаны на небесах.

 

Сектанты считают себя равными Апостолам, разница только в том, что на них обильнее были излиты харизматические дарования. Поэтому, желая буквально исполнить букву Писания, они при всяком подходящем случае силятся явить миру силу своей веры — «исцеление» от болезней.

 

Смысл проповеди полного Евангелия пятидесятники видят в том, чтобы устроить жизнь их Церкви по образу Апостольского века. И если там были исцеления, то они должны сопутствовать Церкви до скончания века. Этого нет нужды оспаривать, ибо истинная Христова Церковь всегда славилась чудотворцами, своим духовным подвигом снискавшими благодать Божию. Простое перечисление их имен заняло бы не одну страницу, но довольно упомянуть три имени святых: преподобный Сергий Радонежский, преподобный Серафим Саровский, праведный Иоанн Кронштадтский… Об их чудотворениях и исцелениях болящих говорит множество свидетельств.

 

Что касается таковых у пятидесятников, то нужно прямо сказать, все они суть лживы и обманчивы. Можно, конечно, говорить, что сектанты вовсе не хотят никого обманывать, а просто желают, чтобы через них Господь подавал людям здоровье… А когда очень хочешь, то порой увидишь исцеление там, где его нет. Но для этого надо постоянно поддерживать себя в состоянии самообмана и самовнушения. Личные наблюдения автора этих строк позволяют утверждать, что многие «целители» от сектантов-пятидесятников пребывают в глубокой прелести.

 

Прочие сектантские толки: баптистов, адвентистов, иеговистов — достаточно сдержанно относятся к практикуемым пятидесятниками «чудесам», отвергая подлинность их, однако тоже молятся за болящих.

 

Пятидесятники склонны афишировать свои «исцеления», то и дело слышишь, что в какой-то общине или во время евангелизации произошло чудо — исцеление. Если раньше, по словам самих пятидесятников, проповедников-целителей, устраивавших на Западе публичные выступления, насчитывалось не более десятка, то сегодня едва ли не каждый заезжий проповедник аттестует себя в России целителем и чудотворцем.

 

Таков «дух» нашего времени, и не будем забывать, что исполнителями его воли были небезызвестные слишком многим А.Кашпировский и А.Чумак, чьи «целительные» сеансы собирали у телеэкранов миллионы. Что с того, что в начале 90-х годов в их адрес градом посыпались обвинения в нанесении тяжкого ущерба здоровью. Они дело свое сделали. Свое ли? А.Кашпировский на предложение митрополита Минского и Белорусского Филарета принять водное крещение в Православной Церкви ответил, что в этом случае он может лишиться своей «чудодейственной» силы. А в начертаниях, делаемых в воздухе Чумаком, специалисты скоро нашли сходство со знаками египетских пиктог­рамм — то есть тайноводственных знаков языческой религии.

 

Характерно, что от новомодного поветрия решили не отставать и «целители» от харизматиков. Иначе для чего различные мессии устраивают многочисленные вечера евангелизации, где «имеющие» дар исцелений демонстрируют свою «силу». Обычно происходит это на открытых стадионах и манежах в присутствии многих тысяч людей. Стилизованную «под духовную» мелодию (что-нибудь «про Иисуса Христа») исполняет рок-ансамбль. Проповедник в поте лица (в буквальном смысле этого слова) демонстрирует силу веры — исцеление от болезней. Еще недавно очень много говорили о популярном проповеднике и целителе пятидесятнике Морисе Суролло. Наши пятидесятники заочно наградили его невероятными легендами о чудотворениях. Когда же наконец сами смогли встретиться с человеком-легендой, то миф о его необыкновенной духовной силе заметно потускнел.

 

Вот что писал об этом «Вестник Союза ХВЕ»: «Если дать ему краткую характеристику, то это будет звучать так: «Человек, о котором спорят. Противоречивыми были оценки его служения в прошлом году, но, невзирая на это, чаша Олимпийского спорткомплекса была переполнена»156.

 

Вспомним, сколько разнообразных «чаш» заполняли в последнее время россияне, неистовствуя вместе с «проповедниками». Но где же исцеленные? Зато число поврежденных душой и телом после публичных радений возрастает многократно, о чем неутомимо сообщают газеты. Доводилось мне наблюдать «исцеления» не только с трибуны стадиона. Как-то московскую общину христиан веры евангельской посетил высокопоставленный представитель Союза ХВЕ Польши, «обладавший» даром исцеления. В конце богослужения он предложил совершить молитву о больных московской общины. Начали молиться. Вскоре проповедник прервал молитву и спросил через переводчика: «Кто получил исцеление сердца?» Зал в числе двухсот молящихся замер — неужели чудо? Проповедник еще не раз переспрашивал: «Кто получил исцеление сердца?» Но из присутствующих так никто и не отозвался. Молитву возобновили. И снова польский пятидесятник остановил молитву: «Кто получил исцеление глаз?» Вопрос был повторен дважды. Одна женщина, стоявшая почти рядом со мной, вдруг громко сказала: «Я», — подняв при этом руку с очками. Стоявшие за ней две пожилые женщины не без иронии спросили: «Что же, теперь видишь без очков?» «Да, я теперь хорошо вижу без очков», — так же язвительно отчеканила женщина. Попутно замечу, что на последующие служения она, как и прежде, приходила в очках. Опять начали молиться, и вскоре гость из Польши объявил: «Дух сейчас сказал мне, что у кого-то из вас плохие отношения с тещей». Было непонятно: в чем же здесь пророчество? Тем более, что в зале было много мужчин… Если и было тут чудо — так это полное молчание зала. Проповедник вновь повторил вопрос. Молчание. Никто не отозвался. До сих пор думаю, не стало ли это молчание моментом истины хотя бы для одного из молящихся. Посрамлен был проповедник иже с духом, который ему что-то сказал. И все же эта заминка не очень смутила собравшихся. Возможно, подобное для них не такая уж редкость? Затем была произнесена проповедь, и вновь принялись молиться. Тут целитель, в который уже раз, прервал молитву и спросил: «Кто получил исцеление желудка?» И опять среди тягостной тишины многократно повторен все тот же вопрос. Наконец две женщины, сидевшие сзади, разрядили обстановку. Улыбаясь, они стали продвигаться вперед со словами: «Мы, мы получили». И что же зал? Он единодушно молчал. А вспомним Писание, сколь велика была радость от исцелений в Апостольские времена, когда люди получали долгожданное выздоровление! Что же было здесь? Верно ли, что обе эти веселые особы дружно страдали желудками? И если да, то получили ли они исцеление? И не была ли то с их стороны ложь во спасение репутации польского «чудотворца»?

 

Впрочем, не отрицая под воздействием самовнушения облегчения болей желудка или улучшения зрения, смею утверждать, что окончательного выздоровления на таких собраниях никто из болящих не получает и получить не может. Заключая собрание, гость попросил всех, получивших исцеление, подойти к нему на кафедру. Но никто не двинулся с места. Чтобы избежать очередной неловкой сцены, в дело включились местные руководители общины, твердо призвавшие получивших исцеление выйти вперед. После чего растроганный гость из Польши заверил, что дома перед своей паствой он будет свидетельствовать о многих исцелениях в России. Тут же, не без смиренного огорчения, заметил, что Господь действует обычно сильнее Своей силой на зарубежных молитвенных собраниях, а не дома, в Польше, ибо, как известно, нет пророка в отечестве своем.

 

Довелось видеть «исцеление» недужного ногами — так потом это называли в московской общине пятидесятников-савельевцев. Были при этом и гости-пятидесятники из США. Как обычно, в конце собрания решили помолиться о болящих. Всех недужных и желающих получить исцеление пригласили вперед, к сцене (собрание происходило в доме культуры). Вышло человек около двадцати. Началась молитва. Громкими криками проповедники взывали о помощи к Богу. Зал нанесколько минут наполнился неистовыми воплями и шумными вздохами. После чего молитва прекратилась. И вдруг откуда-то из конца зала вышла женщина и направилась к сцене. Подойдя к микрофону, она за­прыгала, хлопая при этом поднятыми руками в ладоши, и закричала: «У меня болели ноги, а теперь я совершенно здорова». Зал гремел от криков: «Слава Иисусу! Слава Иисусу!»

 

Видимо, в благодарность за чудо рок-группа общины исполнила веселый гимн, прославляющий Иисуса Христа, под синкопы которого танцевали на сцене начальствующие из секты, и то же самое делали в проходах зрительного зала остальные верующие — из рядовых, радуясь и веселясь.

 

И пронесся по Москве слух, что недужная ногами получила исцеление. При этом говорили, что ноги у нее не ходили совсем. Однако, насколько мне помнится, на то собрание на костылях никто не приходил. Да и в том ли дело: слегка прихрамывала ли она или пришла на костылях… Получила она действительное облегчение или за таковое приняла внушение. Беда в другом — уж слишком легким и широким представляется нашим сектантам путь к спасению и исцелению. Не терновый это и узкий путь, о котором заповедал распятый Иисус Христос, а многосторонняя накатанная автострада в рай под «духовную» рок-музыку.

 

Самопровозглашать себя чудотворцами идеологи пятидесятников начали еще на заре становления пятидесятничества как сектантского раскола в протестантизме. К таковым причисляла себя Д.Заплюшнева, супруг которой вместе с Воронаевым сеял идеи нового раскола в Болгарии и России. Эта женщина настолько уверовала, что обладает даром чудотворения, что однажды в приступе религиозного экстаза остановила похоронную процессию в болгарском городе Бургас. «Она заявила, что Господь послал ее воскресить мертвого. Процессия была остановлена. В присутствии всех она стала молиться, а потом с безумным взглядом вскричала: «Во имя Иисуса Христа выйди из ковчега!» Конечно, мертвый не встал»157.

 

О лжеисцелениях пятидесятников пишут практически на всех языках мира. И слишком часто они имеют природу описанного ниже.

 

«В результате ранения, полученного во время первой мировой войны, Ангел Павлов из Пловдива стал инвалидом и мог передвигаться только с помощью костыля. В 1926 году он стал членом секты пятидесятников в городе Старая Загора. Во время одного из собраний известная пророчица Марийка Христова, «исполнившись духом», заявила, что Господь сделает сегодня чудо. После чего она приблизилась к инвалиду и крикнула: «Брат Ангел, брось костыли, и во имя Иисуса иди без них». Ангел Павлов сделал попытку, но упал на пол как подкошенный. Все пришли в ужас. Пророчица сказала, что он имеет маленькую веру. Подняли Ангела на ноги, и «пророчица» спросила: «Брат Ангел, веруешь ли, что Господь может тебя излечить?» «Верую». «Тогда, — сказала она, — во имя Иисуса иди!» Ангел посмотрел глазами, полными веры, в небо, бросил костыли, но, когда сделал попытку шагнуть, снова беспомощно упал. Он остался парализованным до конца жизни»158.

 

Всякий слух об «исцелениях» в своих общинах харизматики повсюду распространяют как достоверный факт. При этом вы никогда не установите толком: кто, где и когда? Ничего определенного — будут ссылаться один на другого, что там-то кто-то что-то видел… Нечто подобное говорилось и мне. Но никто ни разу не мог сказать об исцелении в собственной общине. То, что привелось видеть мне самому, не внушает никакого доверия, полагаю, как и для самих пятидесятников.

 

Священное Писание свидетельствует, что однажды сыновья первосвященника Скевы увидели, что апостолы Варнава и Павел исцеляют именем Иисуса Христа. Тогда они тоже попробовали совершить подобное посредством возложения рук. Но злой дух сказал им: «Иисуса знаю, и Павел мне известен, а вы кто?» После чего они бежали с позором (Деян. 19, 15).

 

Точно так проникнуты позором и заверения пятидесятников об их исцелениях. Как о нечестивцах на Страшном Суде, отвергнутых Спасителем, говорит Евангелие: «Господи! Не от Твоего ли имени мы пророчествовали? и не Твоим ли именем бесов изгоняли? и не Твоим ли именем многие чудеса творили?» И тогда объявлю им: «Я никогда не знал вас. Отойдите от Меня, делающие беззаконие» (Мф. 7, 22 — 23).

 

Очевидно, что эти слова Спасителя ни в коей мере нельзя будет отнести к православным, среди которых целители и чудотворцы — великая редкость. Но они, несомненно, приложимы к практикующим исцеления, каждый из которых силится «повторить» жизнь Иисуса Христа, а раз так, значит и ему должна быть присуща способность исцеления от недугов.

 

Священное Писание нам очень внятно говорит, что не всем даются дары исцеления (1 Кор. 12, 4 — 11). Как же в таком случае возможно пятидесятнику «исполнить Евангелие»?

 

Здесь мы опять сталкиваемся с некоторым противоречием. Каждый призван своей жизнью подражать Иисусу Христу. Каждый должен обладать харизматическими дарами, но попросите кого-нибудь из них указать на человека «из своих», имеющего дар исцеления, и вам не скажут ничего определенного или в лучшем случае сошлются на газету «Маранафа», где иногда крупным планом помещают фотографии сытых американских пятидесятников с броским аншлагом: «Ему даны дары исцеления»159. Что же касается целителей в нашей стране, то их просто нет. И это несмотря на то, что зарубежные пятидесятники считают своих русских единоверцев более высокодуховными, нежели они сами. Можно даже сочувственно отнестись к пятидесятнику из Канады, заявившему в начале 90-х годов: «Мы знаем, что все христиане СССР спасутся, потому что действительно веруют в Бога. А мы не спасемся — Бог нам не нужен. Он только в наших устах»160.

 

Если это так, то почему в России нет целителей? Ничего не сообщают о случаях исцеления и журналы пятидесятников («Примиритель», «Благовестник», «Христианин»). Не потому ли, что в русских общинах пятидесятников более осторожно и трезво относятся к целителям и чудотворцам? Однако это не мешает сектантам в устных беседах не без гордости напоминать, что в их общинах жива Апостольская практика исцеления болезней. Непрестанно толкуя о спасении плоти, они забывают о спасении души. Спаситель, обращаясь к Своим ученикам, а через них и ко всем нам, сказал: «Когда исполните все повеленное вам, говорите: мы рабы, ничего не стоящие» (Лк. 1, 10).

 

Разве не должны мы творить добро в тайне и не кричать об этом на весь мир, пусть даже через нас и совершается сила Божия? Поступая иначе, мы уподобляемся лживым фарисеям, у которых были только одни слова, а не дела (Мф. 23, 3).

 

Вспомним, как, совершая во время Своего земного служения чудеса, Спаситель увещевал ближних не рассказывать никому об этом.

 

Совершенно обратное мы наблюдаем у пятидесятников. Здесь царит атмосфера противоречия духу и букве Священного Писания, желаемое легко выдается за действительное. И каждый, кто бывал свидетелем манипуляций с «исцелениями» и «чудотворениями», практи­куемыми на собраниях, воочию убедился, сколь коварен враг рода человеческого, как омрачает разум, заставляя видеть чудеса там, где их нет. Покрывало греха снимается только Иисусом Христом и только с тех, кто искренне раскаивается в своем духовном обольщении. Так было с одной монахиней Рижского женского монастыря. Долгое время она входила в пятидесятническую общину, была «крещена Духом Святым» и говорила на «иных языках». И вот однажды она зашла в Православный храм, где ее вдруг осенило, что именно здесь истина и правда. Стала ходить на исповедь к священнику и приняла крещение по православному обряду. Сама благодать Божия коснулась ее сердца, искавшего истину. К счастью, таких случаев очень много.

 

В своем ослеплении пятидесятники видят ходящими в истине только себя. От уз горделивого самообольщения действительно трудно освободиться. Все грехи мерзки пред Богом, но, по единодушному мнению Отцов Церкви, мерзостнее всех гордость, ведущая во тьму кромешную, где будет плач и скрежет зубов.

 

 

 

9. О тысячелетнем царстве — хилиазме

 

 

 

«У Господа один день, как тысяча лет, и тысяча лет, как один день»

 

(2 Петр. 3, 8).

 

«Тысяча лет пред очами Твоими, как день вчерашний»

 

(Пс. 89, 5).

 

«Нас, мертвых по преступлениям, оживотворил со Христом… и воскресил с Ним, и посадил на небесах во Христе Иисусе» (Еф. 2, 5 — 6).

 

«Быв погребены с Ним в крещении, в Нем вы и совоскресли верою в силу Бога, Который воскресил Его из мертвых»

 

(Кол. 2, 12).

 

«Это — первое воскресение»

 

(Откр. 20, 5).

 

 

 

Во всех общинах пятидесятников в нашей стране и за рубежом обязательно присутствует догмат о тысячелетнем царстве Христа со Своими избранниками. Он вошел в их «символ веры» ввиду того, что при возникновении этого протестантского толка в США в прошлом веке участники «Движения святых» ждали скорого конца света. Все знамения, казалось, были налицо. Недавно закончилась война между Севером и Югом. Повсеместно царили жестокость и разврат, сопровождавшие бурный рост американского капитализма. Газеты и журналы того времени (70 — 80-е годы XIX века) пестрили статьями и предсказаниями о Втором Пришествии Христа. Многих тревожило предсказание архиепископа Джеймса Ушера (1585 — 1656), указавшего дату светопреставления — с 1896 по 1901 год. «Неизбежность скорого Второго Пришествия для многих была очевидна, ибо кругом свирепствовали болезни, войны, преступления, эпидемии»161. Надо заметить, что сектантская среда является благодатной почвой для спекуляций множества «вдохновенных» прорицателей, постоянно держащих своих единоверцев в непреходящем эсхатологическом возбуждении.

 

Сам отец адвентизма Вильям Миллер дважды предрекал Второе Пришествие Христово. Первый раз в 1843-м, затем в 1844 году. Еще раньше, в 1832 году, таврические сектанты (п-ов Крым), ожидая явление Христа, распродали свое имущество и целыми семьями двинулись в Закавказье — встречать на горе Христа. В 1864 году кавказские молокане села Карабулах объявили о Втором Пришествии. Закавказские духоборы ожидали конца мира 29 июня 1895 года, когда, по их мнению, с неба должен был явиться их вождь Петр Колмыков, причем весь Кавказ должен был бы сгореть, а на его месте должно было бы устроиться духоборческое (тысячелетнее) царство162.

 

В особом почете у русских сектантов было сказание о конце света «духовных» христиан молокан. Отметим хилиастические настроения как одну из причин быстрого распространения идей пятидесятников среди русского крестьянства. Правда, современные пятидесятники не назовут вам точной даты Второго Пришествия, но обязательно сделают акцент на этом. Исповедуя хилиазм (от греч. chilias.— тысяча), они ожидают перед концом света наступления тысячелетне-го царства Христова на земле или на небе. Сами хилиасты внутри себя разделились. Одни убеждены, что Второе Пришествие Христа случится после тысячелетнего царства. Другие убеждены, что Христос возвратится до «тысячелетия». Именно последние имеют наибольшее число последователей, объединившихся в общины христиан евангельской веры, евангельских христиан в духе Апостолов, христиан веры евангельской.

 

В кратком вероучении ХЕВ записано: «Со Вторым Пришествием Христа начнется тысячелетнее царство»163. Такого же мнения придерживаются и субботствующие пятидесятники, но при этом они учат о земном характере этого царства.

 

Евангельские христиане пятидесятники-сионисты и евангельские христиане святые сионисты считают, что тысячелетнее царство начнется до Второго Пришествия. Церковь будет перенесена на территорию нынешней Палестины, где и утвердится царство Христа. Они настаивают на земном характере грядущего тысячелетнего царства. В противоположность им ХЕВ, ХВЕ, ЕХДА утверждают, что искомое ими царство устроится на небе, куда будет восхищена и церковь в лице своих живых и воскресших единоверцев.

 

Свою позицию в этом споре занимают субботствующие пятидесятники, которые учат, что Христос придет прежде установления тысячелетнего царства (как и ХЕВ, ХВЕ, ЕХДА), однако уточняют, что воцарится оно на земле (на этом стоят евангельские христиане пятидесятники-сионисты (ЕХПС) и евангельские христиане святые сионисты (ЕХСС)).

 

ЕХПС и ЕХСС уверены, что в тысячелетнее царство войдут лишь те, кто во время Пришествия Христова будет в живых. Умершие пятидесятники воскреснут после тысячелетия и обретут Вечную Жизнь на Небе. Неверующим и всем «иноверцам» они обещают погибель от сатаны немедленно после суда, который начнется по окончании тысячелетнего царства.

 

Более умеренные в своих взглядах допускают, что по завершении сроков «царства» Господь отберет праведников, уверовавших в Него, но не принявших крещения Святым Духом, и они вместе с пятидесятниками войдут в Жизнь Вечную. К таковым они причисляют верующих иных протестантских деноминаций.

 

В ревностном ожидании земного царства со Христом сектанты ЕХПС даже пытались переселиться на гору Сион в Палестине. Журнал «Христианин» в 1928 году писал о пятидесятниках Екатеринослава (ныне Днепропетровска): «В некоторых районах пагубное учение «трясунов» утихает и идет на низ, но в некоторых других местах оно делает вспышки, как, например, в селе Романовке (около г.Каменского). Там дух сказал одной женщине, что они должны уехать сейчас на Сион. Несмотря на холодную зимнюю погоду, почти все бричками стали отъезжать в неизвестном направлении, бросив дома, хозяйство. Их, конечно, задержали местные власти, и при медицинском освидетельствовании на­шли некоторых из них нервнорасстроенными, почти душевнобольными, и под надзором милиции вернули назад в Романовку. Двое из детей замерзли»164.

 

Подобное случалось неоднократно в сектах хлыстов, скопцов, молокан, малевановцев.

 

Учение о земном тысячелетнем царстве ЕХПС и ЕХСС не имеет аналогов за рубежом. Это чисто русское явление, возникшее в результате смещения различных богословских толков сектантства. Вот как представляет тысячелетнее царство проповедник евангельских христиан пятидесятников-сионистов А.О.Дякун: «При царстве Христовом на земле будут жениться и выходить замуж, и столетний старик будет как юноша… будут жить, не умирая, по тысяче лет. И народы вне царства Христова будут еще жить, но только те, которые милостивы, и те, которые покорятся Ему и будут чтить Его и служить для народа Божиего, давать и доставлять, что им только нужно будет. А беззакон­ники и все нечестивцы будут истреблены совсем, как говорит Писание»165.Уже в пятидесятых годах «обладавший» даром пророчества руководитель секты А.Ф.Пластеев объявил о конце света. С неба сойдет огненный дождь и спалит местный завод, а с ним и грешный мир. Никто не спасется, кроме пятидесятников. Было велено продать все имущество — все равно все сгорит — и насушить сухарей. К сельсовету утром подойдет машина и всех увезет. Напрасно поверившие собрались в назначенный час — за ними так никто и не приехал. После чего Пластеев объявил: «По бесконечной милости Своей Господь Бог светопреставление на сегодня отменил. Радуйтесь и благодарите Всемилостивого. А про вещи не жалейте — то было вам испытание, и Бог никогда не забудет вашей верности»166.

 

Примечательно, что особенно много любителей ожидания кончины света было в сектах незарегистрированных пятидесятников. Пишут об этом и официальные органы Объединенного Евразийского Союза ХВЕ167.

 

Сроки Второго Пришествия никому не известны. Об этом говорит Своим ученикам сам Спаситель. Отсутствует в Священном Писании и учение о тысячелетнем царстве, понимаемом в сектантском смысле.

 

Истоки этого учения сектанты видят в 20-й главе Откровения святого Иоанна Богослова: «И увидел я Ангела, сходящего с неба, который имел ключ от бездны и большую цепь в руке своей. Он взял дракона, змия древнего, который есть дьявол и сатана, и сковал его на тысячу лет, и низверг его в бездну, и заключил его, и положил над ним печать, дабы не прельщал уже народы, доколе не окончится тысяча лет… И увидел я престолы и сидящих на них, которым дано было судить, и души обезглавленных за свидетельство Иисуса и за слово Божие, которые не поклонились зверю, ни образу его, и не приняли начертание на чело свое и на руку свою. Они ожили и царствовали со Христом тысячу лет» (Откр. 20, 1 — 6).

 

Сектанты, однако, заблуждаются, относя это пророчество к будущим векам, ибо оно есть не только указание о будущем, но и повествование о настоящем.

 

Только в этом случае пророчество открывает волю Божию и значение Его Промысла в мире. Так, большинство ветхозаветных пророков большей частью изъясняли для своих современников смысл Божьего Промысла, непонятного для людей. Об этом говорит нам само Писание, в том числе и книга Откровения. Ангел обращается к Иоанну: «Напиши, что ты видел, и что есть, и что будет после сего» (Откр. 1, 19). Из чего следует, что Иоанн записал многое такое, что уже было в его время.

 

Очень часто причиной заблуждения сектантов является буквальное восприятие написанного. Слова Откровения, где сказано, что Ангел взял дракона и сковал его, нельзя понимать в буквальном смысле. Ангел этот, имеющий ключи от бездны, есть Христос168, имеющий, как говорится в Откровении, «ключи от ада и смерти» (1, 18). Только Бог может иметь такую власть. Написано, что Господь Иисус Христос сковал диавола. Это значит, победил его, лишил силы, о чем в Писании есть множество свидетельств.

 

Апостол Павел в послании к Евреям пишет, что Христос для того воспринял плоть и кровь, чтобы «смертию Своею лишить силы имеющего державу смерти, то есть диавола» (Евр. 2, 14).

 

Диавол господствовал над всем миром, над всем народом (Еф. 2, 2), введя в мир грех и грехом смерть (Рим. 5, 12). Господь победил диавола, уже лишил его власти над миром и людьми. Апостол Павел, имея это в виду, восклицает в первом послании к Коринфянам: «Смерть! где твое жало? ад! где твоя победа?» (1 Кор. 15, 55). Апостол Иоанн говорит, что Христос для того и пришел в мир, чтобы разрушить дела диавола (1 Ин. 3, 8).

 

Фарисеи обвиняли Спасителя в том, что Он творит дела Свои силой Вельзевула, на что Он отвечал: «Как может кто войти в дом сильного и расхитить вещи его, если прежде не свяжет сильного?» (Мф. 12, 29). Это указывает нам на то, что Господь связал диавола, о чем сказано в двадцатой главе Откровения. Сам Господь Иисус Христос говорит: «Я видел сатану, спадшего с неба, как молнию» (Лк., 10, 18). Точно так же и апостолы Петр и Иуда в своих посланиях одинаково указывают, что «Бог ангелов согрешивших не пощадил, но, связав узами адского мрака, предал блюсти на суд для наказания» (2 Пет. 2, 4).

 

Так, из Слова Божия совершенно ясно следует, что Господь уже связал диавола, низверг и заключил его в бездну. Это Он сделал Своим Пришествием, Своею смертью, Воскресением и Вознесением.

 

Пусть диавол как лев ходит вокруг нас, ища кого поглотить (1 Пет. 5, 8), пусть нам предстоит постоянная борьба с ним и его силами. Для нас, если мы вооружены силою Христовою, диавол должен представляться низверженным, обессиленным, заключенным в бездну. Итак, тысячелетнее царство уже началось с того времени, когда Господь связал диавола и основал Царство Божие на земле, т.е. Церковь Свою, которая и есть Царство Благодати. О нем и говорит Апокалипсис (Откр. 20, 1 — 6).

 

Тысяча лет — это не календарная дата169. В Библии в повествовании о сотворении мира говорится, что был день и ночь, вечер и утро, день первый, второй, третий. Но кто станет утверждать, что до акта творения Земли и Солнца сутки были суть земными — в двадцать четыре часа? (Быт. 1, 5, 8).

 

Подобно тому, как Иона был во чреве кита три дня и три ночи, так и Сын человеческий будет в сердце земли три дня и три ночи (Мф. 12, 40). И возможно ли трехдневное пребывание Спасителя во гробе понимать в точном временном выражении — 72 часа?

 

Библия изобилует подобными условно-цифровыми определениями. Во Второзаконии сказано, что милость Его будет до тысячи родов (Втор. 5, 10). Нужно ли понимать это в точном значении цифры, а не в смысле особой продолжительности милости Божией, пока будет жить потомство праведных, достойных этой милости.

 

Нет, не должно воспринимать тысячу лет, упомянутых в Откровении, как обыденную хронологию. «У Господа, — пишет апостол Петр, — один день, как тысяча лет, и тысяча лет, как один день» (2 Пет. 3, 8). У Творца Свой особый счет времени, не такой, как у людей. «Тысяча лет пред очами Твоими, как день вчерашний», — пишет святой царь и пророк Давид (Пс. 89, 5).

 

Царство Христово уже началось, и тому есть немало свидетельств Священного Писания. Так, Спаситель говорит, что Царство Божие уже достигло нас, о чем учил и Иоанн Креститель, говоря: «Покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное» (Мф. 3, 2). Бесплодны ожидания сектантов какого-то очевидно явленного тысячелетнего царства. Царство Божие не придет приметным образом, оно внутри нас (Лк. 17, 19), и есть праведность, «мир и радость во Святом Духе» (Рим. 14, 17).

 

Упорствуя в своем заблуждении, пятидесятники указывают на повествование Откровения, где говорится о первом и втором Воскресении (Откр. 20, 5 — 15). Первое Воскресение, по их мнению, будет для ожидающих тысячелетнее царство.

 

Что ж мы, православные, знаем, что для вступления в начавшееся со Дня Святой Пятидесятницы благодатное земное царство Христово надо прежде воскреснуть от «воды и Духа» (Ин. 3, 5), пробудиться от греховного сна. Таинство Крещения поэтому в Священном Писании называют «нашим воскресением». Мы в крещении погребены с Господом Иисусом Христом и в Нем «совоскресли» верою в силу Бога, «который воскресил Его из мертвых» (Кол. 2, 12). Так, и в Послании к Ефесянам говорится, что Бог оживотворил со Христом нас, мертвых по преступлениям, и «воскресил с Ним» (Еф. 2, 1 — 6).

 

Православные верующие умерли для греха и воскресли со Христом. Это наша первая смерть и наше первое воскресение, о котором говорится в Откровении.

 

Вольные толкователи книги Откровения, сектанты, искажая смысл Писания, утверждают: блаженны и святы те, кто имеет участие в Воскресении первом, они второй раз уже не умрут, смерть над ними не имеет власти, но «они будут священниками Бога и Христа 1000 лет» (Откр. 20, 6), а вы умираете.

 

Во-первых, священниками и царями Священное Писание называет всех верующих во Христа уже в земной жизни; относят себя к таковым и сектанты. Во-вторых, для истинно верующего смерти в ее страшном духовном значении действительно не существует, ибо для него это только переход к вечной жизни. «Слушающий слово Божие и верующий в Сына имеет жизнь вечную» (Ин. 3, 36). Вот почему смерть апостол Павел называл приобретением (Филип. 1, 21).

 

Для истинно верующего смерть вторая (Откр. 20, 6), т.е. разлучение души с телом, не будет прискорбным событием. «Мы ожидаем нового неба и новой земли, на которых обитает правда» (2 Петр. 3, 13). После Второго Пришествия мы воскреснем с обновленной плотью, которая уже не будет подвластна болезням и страданиям.

 

Есть в сектантском учении о земном характере тысячелетнего царства и просто логические несуразности. Если им верить, то ко времени Второго Пришествия все грешники будут истреблены. Но кого же тогда будет обольщать сатана, который в конце 1000-летнего царства снова будет развязан и освобожден из темницы (Апок. 20, 7). Ведь здесь вполне определенно говорится о жителях всей планеты, находящихся «на четырех углах земли» (Апок. 20, 7).

 

Слово Божие ясно учит, что будет Воскресение мертвых с праведными и неправедными (Деян. 24, 15). Когда Господь придет во второй раз и воссядет на своем престоле, то соберутся пред Ним все народы (Мф. 25, 31), которым должно предстать перед Судилищем Хри­стовым и дать ответ за свои дела (2 Кор. 5, 10). После чего пойдут праведники в жизнь вечную, а грешники в муку вечную (Мф. 25, 46).

 

Справедливости ради отметим, что в настоящее время пятидесятники (ХЕВ, ХВЕ, ЕХДА) обходят молчанием догмат о тысячелетнем царстве. Много раз мне приходилось бывать на их собраниях, и не разу там не говорилось о тысячелетнем царстве. Тема эта, кстати, стала одной из причин раздоров и нестроений, долгое время препятствовавших объединению общин, о чем теперь они также предпочитают умалчивать. По-видимому, некоторые из них следуют наказу руководителя ЕХДА — Н.П.Смородина, завещавшего напоминать об этом только высокодуховным христианам.

 

Таким образом, учение о тысячелетнем царстве присутствует у пятидесятников чисто номинально, хотя некогда и было включено в сектантский «символ веры».

 

Кратка жизнь богословского догмата в любом сектантском толке и не исключение пятидесятничество — одно из самых эклектичных направлений протестантизма, «выстроившее себя» из многих положений иных религиозных движений170.

 

Если довести суждение сектантов до логического завершения, то уместно спросить: а зачем тысячелетнее царство им, уже «спасенным»? Разве может какая-то тысяча лет сравниться с вечным пребыванием спасенных в Царстве Христа на Небесах. Может быть, поэтому и не греет это учение сердца пятидесятников. Похоже, что со временем и это их учение тихо отойдет в предание. Не случайно же в своде учений Христиан Веры Евангельской (ХВЕ, зарегистрированные), опубликованном в 1994 году, нет упоминания о тысячелетнем царстве171, хотя в их документах, опубликованных от 1926 года, оно присутствовало.

 

Из предыдущего заблуждения пятидесятники закономерно впадают в последующее, согласно которому они не предстанут на Страшном Суде Христовом (а только пред «судилищем Христовым»)172, ибо повторяют: «Верующий в Него не судится, а неверующий уже осужден, потому что не уверовал во имя Единородного Сына Божия» (Ин. 3, 18).

 

Как это не раз бывало, пятидесятники склонны толковать тексты Писания сугубо в будущем залоге небесной жизни, пренебрегая настоящей, земной. Для православного очевидно, что если он ведет благочестивую христианскую жизнь, то перестает быть в числе чад гнева Божия. Всякий же неверующий и невоздержанный не имеет духовной жизни, пребывая в духовной смерти. Ведь написано «неверующий осужден» (Ин. 3, 18), значит здесь речь о настоящем, а не о будущем.

 

Так же и слова «верующий в Него не судится» указывают на настоящий момент текущей жизни человека. «Слушающий слово Мое и верующий в Пославшего Меня, — говорит Господь, — на суд не приходит, но перешел от смерти в жизнь» (Ин. 5, 24). Вполне очевидно, что здесь сказано о земной жизни, а не о будущей, равно как и о смерти духовной, но не телесной. И о суде здесь речь не о всеобщем — после Второго Пришествия, а о сегодняшнем суде перед собственной совестью и Словом Божиим. Сам Спаситель говорит: «Суд же состоит в том, что Свет пришел в мир, но люди более возлюбили тьму, нежели Свет, потому что дела их были злы» (Ин. 3, 19).

 

Священное Писание со всей определенностью учит о всеобщем суде Христовом. Поистине удручающа духовная глухота сектантов, не разумевших слова Спасителя о том, что все покоящиеся во гробах «услышат глас Сына Божия и изыдут творившие добро в воскресение жизни, а делавшие зло — в воскресение осуждения» (Ин. 5, 28 — 29).

 

О том же свидетельствуют и Апостолы. «Всем нам, — пишет святой Павел, — должно явиться пред судилище Христово, чтобы каждому получить соответственно тому, что он делал, живя в теле, доброе или худое» (Кор. 5, 10). «Все мы предстанем на суд Христов… Итак, каждый из нас за себя даст отчет Богу» (Рим. 14, 10 — 12).

 

Пятидесятники самонадеянно утверждают — нас не за что судить, мы не творим грехов к смерти, а все остальные грехи не препятствуют достижению Царства Небесного. Словно и нет для них Божьего суда не только за дела, но и за слова и даже за помышления

 

(1 Кор. 4, 5), о чем вполне ясно и определенно было сказано еще в Ветхом Завете. Праведный Екклесиаст об этом писал так: «Бога бойся и заповеди Его соблюдай, потому что в этом все для человека, ибо всякое дело Бог приведет на суд, и все тайное, хорошо оно или худо» (Екл. 12, 13 — 14).

 

 

 

10. Три теории глоссолалии у современных пятидесятников

 

 

 

«Если я говорю языками человеческими или ангельскими, а любви не имею, то я — медь звенящая или кимвал звучащий. Если имею дар пророчества, и знаю все тайны, и имею всякое познание и всю веру, так что могу и горы переставлять, а не имею любви, то я ничто»

 

(1 Кор.  13,  1 — 2).

 

«Сколько, например, различных слов в мире, и ни одного из них нет без значения. Но, если я не разумею значения слов, то я для говорящего чужестранец, и говорящий для меня чужестранец. Так и вы, ревнуя о дарах духовных, старайтесь обогатиться ими к назиданию церкви»

 

(1 Кор. 14,  10 — 12).

 

 

 

Чрезвычайные дары Апостольского века должны сопровождать Церковь Христову на протяжении всей ее земной истории — в этом пятидесятники едины, хотя различные их направления признают разное количество и разнообразные комбинации этих даров. Учение о ви­димых дарах Святого Духа является для них «не только обязательным, но и основным в вероучении»173.

 

Обычно указывают на необходимую принадлежность Церкви Христовой трех видов тройственных даров Святого Духа:

 

Дары откровения — мудрость, знание, умение различать духов. Дары вспоможения — вера, чудеса и исцеление.

 

Дары управления — пророчество, говорение на иных языках и их толкование.

 

Большинство сектантов, правда, не считают обязательным обретение всех этих даров, а обычно ограничиваются «владением» одного — много двух. От даров харизматических пятидесятники отличают плоды Святого Духа. Дары посылаются свыше, а плоды достигаются в личной жизни. Некоторые считают, что дары достигаются путем ревнования через плоды. «Другие утверждают, что плоды являются результатом даров. Есть и промежуточные точки зрения»174.

 

Крещение Духом Святым непременно должно сопровождаться получением каких-либо духовных даров. При этом обязательно стяжается дар или знамение языков. Дар языков есть следствие крещения Духом Святым — оба акта тесно связаны между собой и являются свидетельством один другого. Ничего подобного не включает в свой «символ веры» ни одна из протестантских церквей. Это учение существенно отличает харизмати-ков от прочих деноминаций.

 

«Говорение на иных языках не есть что-то незначительное, — пишет видный американский богослов-пятидесятник Гордон Линдсей, — это великое переживание, которое может назидать и обогащать верующего на протяжении всей его жизни»175. Что же понимается под назиданием и обогащением?

 

Человек находится в глубоком неведении о своих истинных нуждах и нуждах других людей. Искони известно, что человек, поврежденный умом и волей, не способен правильно молиться, ибо часто не знает, что ему на самом деле необходимо. И тогда, говорят пятидесятники, Сам Святой Дух начинает молиться за верующего к престолу Всевышнего176. Для этого и был ниспослан дар языков.

 

 

 

Теория исторических языков

 

 

 

Харизма языков может осуществляться в трех различных формах. Во-первых, дар языков может изливаться на человека в виде конкретных национальных языков, принадлежащих тому или иному народу. Так, Апостолы в день Пятидесятницы при сошествии Святого Ду­ха заговорили на языках Понта и Асии, Фригии и Памфилии, Египта и Ливии (Деян. 2, 9 — 10).

 

Таковая глоссолалия, признаются сами пятидесятники, изливается на них крайне редко. Зато можно слышать, что кто-то где-то слышал, что молящийся говорил на немецком или персидском, а случайно оказавшийся переводчик объяснил, о чем вещал глоссолал. Но поскольку в общинах полиглоты редки, то дары языков остаются сокрытыми для понимания, объясняют пятидесятники. К тому же в мире есть столько языков, которые мало кто знает, например эфиопский. На нем тоже способен «заговорить» верующий.

 

Поразительна уверенность, с которой сектанты утверждают, что они говорят на неведомых им самим языках. Верующая из пятидесятниц рассказывала, что три дня подряд дар языков у нее изливался на немецком языке. Сама она немецкого не знала, но таково ее предположение. Язык настолько сильно проник в ее душу, что она все это время на родном русском говорила с сильным акцентом, очень близком к языку глоссолалии.

 

Оставим на совести пятидесятников их утверждение о характере глоссолалии. Известно, однако, что в исключительно редких случаях, в состоянии психического транса, человек действительно может говорить на конкретном историческом языке.

 

Способность Ангела тьмы перевоплощаться в Ангела Света также известна христианам. Не исключены и чисто уникальные проявления многогранной человеческой природы. В медицинской практике известен случай, когда во время сложной операции оперируемая заговорила на непонятном языке. И только врач, хорошо знавший древнюю латынь, определил, что пациентка цитирует Библию именно на этом языке. После операции у нее спросили, где она так хорошо выучила латынь, что явно не соответствовало ее положению в обществе. Оказалось, что никакой латыни она не знает и даже не умеет читать на родном языке, однако выяснилось, что она часто прислуживала гостям, которые собирались у ее хозяина, и подолгу оставалась в комнате, где ее господа читали на непонятном языке Библию.

 

Есть факты, когда человек в состоянии гипноза начинает разговаривать на английском, немецком или ином языке, причем с акцентом какой-либо определенной местности, совершенно не будучи знакомым даже с элементарными навыками языка, на котором говорил. Во всяком случае, в наше время никто из пятидесятников не может продемонстрировать глоссолалию на каком-либо из известных языков, хотя почти каждый глубоко убежден, что он носитель этой харизмы.

 

Понимая, однако, двойственность, а скорее двусмысленность, своего положения, харизматики предложили теорию смешанно-исторических языков.

 

 

 

Теория смешанных исторических языков

 

 

 

Согласно ей дар языков изливается на человека сразу в виде многих исторических языков. Глоссолал произносит одну фразу на немецком, другую — на коптском, третью — на турецком языках. Или вообще каждое отдельное слово произносит на разных языках. Слово на английском, слово на китайском и так далее.

 

 

 

Нелепость и надуманность данной теории очевидна.

 

 

 

Если «языки» — это дар Божий, то для чего Творцу ниспосылать его в такой странной форме? «Теория» была измышлена для того, чтобы хоть как-то оправдать отсутствие у пятидесятников подлинного дара языков. Такой способ «языкоговорения» у них весьма распространен. Но, видимо, признавая известную сомнительность такого положения, пятидесятники предпочитают публично не распространяться на эту тему.

 

В Священном Писании, разумеется, нет никаких подтверждений «теории», что вовсе не смущает сектантов. Оказывается, глоссолал способен глаголить и на ангельских языках. На вопрос, какими же языками говорят пятидесятники, пресвитер Московской общины ХВЕ Николай Романюк ответил: «Ангельскими».

 

 

 

Теория ангельских языков

 

 

 

Пятидесятники всех направлений учат, что ангельский язык — это особый, недоступный ни одному народу мира говор, но понятный только Богу. Свои богословские изыскания на сей счет они основывают на вырванных из Писания словах. Апостол Павел обращается к Коринфской общине: «Если я говорю языками человеческими и ангельскими, а любви не имею, то я — медь звенящая или кимвал звучащий» (1 Кор. 13, 1). Этого, по их мнению, оказалось достаточно, чтобы утверждать, будто христиане Апостольского века могли говорить с Богом на ангельских языках, а сам дар языков был ниспослан Церкви вовсе не для проповеди среди народов и совсем не представлял собою какую-то исключительную способность, как учит Православная Церковь.

 

Между тем слова Павла об ангельских и человеческих языках (1 Кор. 13, 1) нельзя рассматривать вне связи с двенадцатой, тринадцатой и четырнадцатой главами первого послания к Коринфянам. В главе тринадцатой Апостол показывает всю «ничтожность их (даров) без любви»177. В этом контексте и следует понимать его слова: «Если я говорю языками человеческими или ангельскими, а любви не имею, то я — медь звенящая или кимвал звучащий» (1 Кор. 13, 1).

 

Здесь раскрывается смысл предшествующих речений Апостола о даре языков, а также других даров: исцеления, вспоможения, управления (1 Кор. 12, 28). Все это только дары, а нужно ревновать об исполнении заповедей любви к Богу и ближним. И, поэтому, если че­ловек имеет различные дары от Бога, которые сами по себе не являются плодом исполнения заповедей, и при этом не трудится на ниве своего сердца в стяжании любви, то его дары, например — языков, есть медь звенящая, неразумное сотрясение воздуха.

 

Дар без любви не приближает человека к Богу, а без смирения в сердце даже отдалит от Него.

 

Что же касается вопроса, говорили ли первые христиане ангельскими языками, то на него следует ответить вопросами же: если это и возможно, то зачем это? Ведь обладание даже этой способностью, несравнимо более ценной, нежели говорение на иностранных языках, при отсутствии сердечной любви будет пустым звуком. Упоминанием об ангельском языке, равно как и иными стилистическими оборотами, усиливающими речь, апостол Павел в своих посланиях пользуется не раз.

 

В Послании к Галатам он предостерегает, что если «даже мы, или Ангел с неба будет благовествовать не то, что мы благовествовали вам, да будет анафема» (Гал. 1, 8). Вот Апостол заверяет верующих: «ни Ангелы, ни Начала, ни Силы, ни настоящее, ни будущее… не может отлучить нас от любви Божией» (Рим. 8, 38 — 39). Означают ли эти слова, что он все же допускает возможность подобных действий от горних сил? И Ангел Божий может ли благовествовать что-то противное воле своего Творца? Ангелы — это служебные духи, посылаемые желающим наследовать спасение (Евр. 1, 14), и как возвестители воли Божией, конечно, не могут благовествовать что-либо противное ей. Что же касается падших ангелов, то они правду, как правило, не говорят. И трудно допустить, что Апостол имеет в виду здесь именно их.

 

Дабы придать проповеданному им ранее учению незыблемость и авторитет, Апостол употребляет такое сильное выражение: «если даже мы, и не только мы, но и Ангел». Человеку может быть попущено отвернуться от исполнения воли Божией, но Ангелу после совершившегося их разделения на добрых и злых — это невозможно. С единственной целью — сильнее подчеркнуть непреложность своего учения — Апостол прибегает к этой метафоре.

 

«Посему, — пишет блаженный Феодорит, — если узнаю все человеческие языки и сверх того и языки невидимых сил, но любви к ближнему иметь не буду, то ничем не отличусь от неодушевленных орудий»178. Даже и самые высокодуховные мысли, например ангельские, не смогут придать силы словам, исходящим из черствого сердца.

 

О таком же понимании Писания свидетельствует святой Иоанн Златоуст: «Хотя я и буду говорить, — пишет святитель, — так, как обыкновенно беседуют Ангелы между собой, но без любви я ничто и даже тягостен и несносен»179.

 

Пророк Исайя был удостоен слышать пение Ангелов, говорит Библия. «А Иезекииль, Даниил, Захария, Михей слышали их беседующими. И если бы они сумели передать человеческим словом неизреченную красоту их речи, но без всякого содержания любви, то и в таком случае дар этот не был бы высок рядом с даром любви»180.

 

Ни один из духовных толкователей этого места Послания никогда не подразумевал под выражением «языками ангельскими» (Деян. 13, 1) действительную способность первых христиан говорить ими.

 

Если бы такая харизма в Церкви существовала, то о ней обязательно бы высказались христианские писатели первых четырех веков, жившие в непосредственной временной близости к описываемым событиям. Но ничего подобного в их трудах мы не находим, ибо христиане никогда не обладали такой способностью.

 

Тем не менее пятидесятники настаивают на том, что говорят «ангельскими» языками. Причем дар этот изливается в такой же форме, как и в Апостольский век. Чтобы уяснить глубокую греховность этой претензии, достаточно лишь однажды увидеть проявление «дара» у пятидесятников.

 

 

 

11. «Дар языков» у современных пятидесятников

 

 

 

«Любовь никогда не перестает, хотя и пророчества прекратятся, и языки умолкнут, и знание упразднится»

 

(1 Кор.  13, 8).

 

«Если… войдут к вам незнающие или неверующие, то не скажут ли, что вы беснуетесь »

 

(1 Кор.  14, 23).

 

 

 

Проявление «дара»

 

 

 

Дар языков у пятидесятников проявляется порой в самых неожиданных формах. На одном из собраний сектантов мне приходилось слышать, как молодой человек, лет двадцати пяти, громко и протяжно кричал: «Аллилуйя». Начинал он не громко, но по мере повторения все более повышал тон, так что в конце концов переходил на крик. А-а-а-а-ли-ли-луйа, а-а-а-а-л-ли-луй-я, кажется забывшись, кричал он, закрыв глаза и резко потрясая в такт поднятыми руками. После нескольких произнесенных подряд слов «аллилуйя» он переходил на бормотание бессмысленных звукосочетаний: «амина, супитер, амана… — а затем опять громко кричал «аллилуйя».

 

«Ангельский дар» может, оказывается, изливаться исключительно в виде единственной гласной алфавита. «И-и-и и-и-и», — громко распевала одна из пятидесятниц. Начинала она с нижних негромких тонов и постепенно поднимала тон на октаву, не произнося более ни единого иного звука. И так повторялось снова и снова в течение пятнадцати минут.

 

Другой единоверец выговаривал словно заученную скороговорку: «Регедигида, треги, регедигида, регедигида». Иногда это речение он разнообразил, произнося: «Супитер, супитер, арамо».

 

У большинства молящихся «дар» заключается в бормотании звуковой бессмыслицы наподобие: «сопо, ропота, карифа…»

 

Добавьте сюда весь выплеск многообразия темпераментов членов собрания — и вы станете свидетелем действия, бесконечно далекого от традиционных представлений, данных православным в Писании и Предании.

 

Могли бы апостолы Петр и Павел благословить подобные радения? Православное понимание святости и духовности не позволяет даже допустить этого.

 

Если внешние проявления «дара» у пятидесятников, в общем, идентичны, то практика языкоговорения различна. Одни вполне раскованно совершают молитвы только на «иных языках», другие молятся более сдержанно. Обычно проповедник начинает молитву на родном языке, по желанию продолжают, используя кто русские слова, кто «ангельские», но почти всегда негромко. Такова, в частности, практика молитвы большинства общин, входящих в Объединенный Евразийский Союз Христиан Веры Евангельской181.

 

Формы проявления «дара» зависят от двух главенствуюших богословских теорий: о даре языков и о даре и знамении языков.

 

 

 

О даре и знамении языков

 

 

 

Как уже было отмечено, в момент крещения Святым Духом верующий впервые начинает говорить иными языками, которые свидетельствуют (знаменуют), что единоверец-пятидесятник получил духовное крещение. После этого он может вообще никогда не говорить языками, ибо крещение Духом еще не есть свидетельство обретения харизматического «дара языков». Способность говорения перейдет в постоянную способность молиться на «иных языках» только при условии предельно благочестивой и духовной жизни. Сюда входят регулярное посещение собраний, усердная домашняя молитва, усердное чтение Слова Божия и т.д.

 

В итоге говорение языками повторяется все чаще и чаще и наконец становится постоянной способностью. Правда (что совсем нередко), пятидесятники так и не обретают постоянного «дара языков», несмотря на все старания. Но это не должно огорчать сектанта, ибо «дар языков» для него не самоцель.

 

Многие весьма «благочестивые» прихожане не имеют «дара языков». Таких богословских позиций о даре языков придерживаются общины, входящие в Объединенный Евразийский Союз ХВЕ. В то же время их не разделяют пятидесятники-федотовцы, утверждающие, что получивший крещение Святым Духом вместе с этим обретает и постоянный «дар языков» (их учение о даре языков).

 

Зарубежные пятидесятники в большинстве своем сторонники учения о даре и знамении, что, по их мнению, ближе к букве и духу Священного Писания.

 

Так, в США половина и более от общего числа пятидесятников никогда не говорят языками.

 

Несогласие богословских установок в вопросе о даре и знамении языков препятствует объединению различных пятидесятнических сект в России. «Крещенные Святым Духом» харизматики с даром языков обвиняют родственные секты в отсутствии у них благодати Святого Духа.

 

Все ли христиане Апостольской Церкви имели харизму языков?

 

Дар языков, согласно Православию, никогда не был свидетельством крещения Святым Духом; оно считает учение о даре и знамении языков «богословским недоразумением». Несмотря на свою относительную равноудаленность от истины Божией, к ней относительно ближе не разделяющие учения о даре языков, утверждающие, что в Апостольские времена дар языков не был всеобщим. Их противники, в свою очередь, приводят следующие слова апостола Павла: «Когда вы сходитесь, и у каждого из вас есть псалом, есть поучение, есть языки, есть откровение, есть истолкование» (1 Кор. 14, 26).

 

Православие в этом случае исходит из того, что здесь вовсе не утверждается постулат о всеобщности дара языков. Иначе мы должны признать, что и даром истолкования обладали все христиане. Но если это дар всеобщий, зачем апостол Павел советует коринфянам молиться о его приобретении (1 Кор. 14, 13)?

 

В своем толковании на это место Священного Писания святой Феофан Затворник учит: «Каждый имеет какое-либо (дарование. — И.Е.) от Духа Божия, кто псалом, кто учение… кто откровение… кто язык»183.

 

Отнюдь не свидетельствует о правоте пятидесятников и часто приводимый ими текст: «Желаю, чтобы вы все говорили языками, но лучше, чтобы вы пророчествовали (1 Кор. 14, 5). Даром пророчества обладали, конечно, не все христиане. Не могут им похвастать и совре­менные пятидесятники. Апостол Павел, говоря о дарах духовных, советует ревновать о даре пророчества. На основании пятого стиха можно как будто заключить, что даром пророчества обладали все христиане, но этого не позволяет нам сделать первый стих той же главы (1 Кор. 14, 1). Языкоговорение всеми христианами Коринфской Церкви — это еще не реальность, а только пожелание Апостола. «Дабы не подумали, будто он по зависти к ним унижает языки», — пишет святой Иоанн Златоуст»184.

 

Если внимать букве, а не духу Послания святого Павла, мы должны со всей категоричностью утверждать, что все в Коринфской Церкви обладали даром пророчества, буквально толкуя следующий стих: «Когда все пророчествуют, и войдет кто неверующий» (1 Кор. 14, 24). Но как могут все пророчествовать, если Апостол советует ревновать об этом даре (1 Кор. 14, 1), чтобы получить его к назиданию Церкви?

 

О том, что в Апостольской Церкви не все говорили языками, наглядно показывают следующие выдержки из Священного Писания: «Каждому дается проявление Духа на пользу: одному дается Духом слово мудрости… иному чудотворения, иному пророчество, иному разли­чение духов, иному разные языки, иному истолкование языков» (1 Кор. 12, 8 — 10). «Все ли чудотворцы? Все ли имеют дар исцелений? Все ли говорят языками? Все ли истолкователи?» (1 Кор. 12, 29 — 30).

 

 

 

Учение пятидесятников о сообщении Церкви дара языков до скончания века

 

 

 

Харизма глоссолалии дана Церкви на все времена, учат пятидесятники, указывая на слова Спасителя, сказанные перед Вознесением: «Уверовавших же будут сопровождать сии знамения: именем Моим будут изгонять бесов, будут говорить новыми языками, будут брать змей, и если что смертное выпьют, не повредит им» (Мр. 16, 17).

 

Первым из церковных писателей, упомянувших о даре языков, был святой Ириней Лионский. Он пишет о своих современниках. «Мы слышим многих братьев в Церкви, имеющих пророческие дарования, и через (Святого) Духа говорящих различными языками и для общей пользы выводящих наружу сокровенное людей и изъясняющих тайны Божии»185.

 

Святой Ириней Лионский умер в 202 году. Отсюда можно заключить: дар языков существовал до конца второго века. Но уже в четвертом веке нет никаких упоминаний о дарованиях пророчества, языкоговорения.

 

Святой Иоанн Златоуст пишет, что в его время «произошло оскудение событий, которые тогда были, а теперь не бывают»186.

 

Дар языков был дан Церкви для распространения веры и представлял собою способность вести проповедь на конкретных земных языках. «С распространением ее повсюду употребление (даров языков и пророчества. — И.Е.) — уже излишне»187. О том же свидетельствует и блаженный Августин: «Церковь тогда была в одном доме, когда приняли Святого Духа, была в числе не великом, а имела языки всего мира. И вот видно, что она образовала, Церковь малая, говорившая языками всех народов, не то ли означала, что ныне великая, повсюду от востока до запада говорит языками всех народов»188.

 

Святой Иоанн Златоуст усматривает в ниспослании Апостольской Церкви дара языков и другие цели, не связанные прямо с проповедью среди народов. Он пишет: «По какой, в самом деле, причине теперь пресеклась и отнялась от людей благодать сия?»189. И отвечает: «Тогдашние люди были очень неразумны, как люди, недавно освободившиеся от идольского служения, мысль их была так груба и нечувствительна, что они совершенно были привязаны к одним плотским предметам… Для сего и бывали чудеса… А ныне я не имею нужды в знамениях: почему? Потому что и без чудес научился веровать Господу. Залога требует тот, кто не верит, а я, как верующий, не требую ни залога, ни чудес. Положим, я не говорю новыми языками, но я знаю, что я очищен от грехов. Они тогда не веровали сему без явления чудес, затем и явлены были чудеса, как залог веры, ими приемлемый»190.

 

Возможно ли более нелицеприятное обличение пятидесятников в их неверии, нежели это суждение святого Отца? Не имея в сердцах своих крепкого внутреннего свидетельства веры в Церковь и ее спасительные Таинства, не имея веры в то, что человек спасается не только верой, но и делами, сектанты тщетно льстят своим сердцам, стремясь отыскать спасение только там, где есть проповедь полного Евангелия. Тем самым они уподобляются маловерным первохристианам, нуждавшимся для подкрепления своих убеждений во внешних знамениях. Но у сектантов нет проповеди полного Евангелия. Оно есть в истинной Церкви, а не в собрании еретиков. Нет у них и харизматических дарований. То, что мы наблюдаем у них сегодня, не было и не могло быть в Апостольской Церкви, ибо противоречит ее духу и устремлениям.

 

И все же как постичь вышеупомянутые слова Спасителя перед В

Вознесением? (Мр. 16, 17). Из трудов блаженного Августина следует, что тогда харизматические дарования были частым знамением Святого Духа, т.е. «когда веровали люди, крестились, получали Святой Дух (в таинстве Руковозложения), тогда и говорили языками всех народов»191. Но «ужели ныне не подается Святой Дух? Кто так думает, тот не достоин получить Его. Подается и ныне. Почему же никто не говорит языками всех народов, как говорил тогда всяк, кто исполнился Святым Духом? Почему? Потому что исполнилось уже то, что тем означалось»192. Что же исполнилось? «То, что теперь Церковь великая, повсюду, от востока солнца до запада говорит языками всех народов»193.

 

Дар языков в Апостольской Церкви для христиан служил первым и верным признаком, по которому можно было узнать чад Божиих, рожденных от Духа. Но истинно духовный человек не нуждается ни в каких видимых знаках. Язык духовного человека отличается от речи обыкновенного. Духовный человек предметом своих бесед всегда избирает спасение своей души и Виновника этого спасения. «Ибо в слове познается мудрость», — говорит премудрый Сирах (Сир. 4, 28).

 

Сама цель, для которой говорит человек духовный, отличается от цели, для которой говорит человек плотский. «Дар языков и в наше время совершенно не прекратился, но принял только другой вид, более естественный и сообразный с нуждами и пользами Церкви. Рожденные от Духа и ныне говорят иными языками»194. И «внимательный легко может по одному языку узнать духоносца»195.

 

Этим и отличны истинные христиане от прочего мира, во зле лежащего. Без благодати Создателя мир не может вместить Премудрость Божию. Эти «пелены» снимаются только Иисусом Христом, и никто не может назвать Его в подлинном смысле Спасителем и Господом, только Духом Святым.

 

Истинные христиане во все времена говорили и ныне говорят языком Святого Духа, Которого Господь Иисус Христос послал всем жаждущим спасения. О том же, что дар языков — явление временное, свидетельствует самое Слово Божие, ибо только «любовь никогда не перестает, хотя и пророчества прекратятся, и языки умолкнут» (1 Кор. 13, 8).

 

 

 

12. Деяния святых Апостолов и Первое Послание к Коринфянам о даре языков

 

 

 

«И исполнились все Духа Святого, и начали говорить на иных языках, как Дух давал им провещевать… И все изумлялись и дивились, говоря между собою: сии не все ли галилеяне? Как же мы слышим каждый собственное наречие, в котором родились, Парфяне и Мидяне, и Елами-ты…»

 

(Деян. 2, 4 — 9).

 

«…ибо слышали их говорящих языками и величающих Бога. Тогда Петр сказал: кто может запретить креститься тем, которые, как и мы, получили Святого Духа?»

 

(Деян.  10, 46 — 47).

 

«Ты хорошо благодаришь, но другой не назидается »

 

(1 Кор.  14,  17).

 

 

 

Деяния святых Апостолов о даре языков в Апостольской Церкви

 

Мы знаем, что Апостольский век — это особое время благодатных даров, обильно излитых на последователей Господа (1 Кор. 12, 38) для становления первенствующей Церкви.

 

Так, дар говорения на чужих языках позволял горстке последователей Иисуса Христа проповедовать Слово Истины во всех уголках Римской империи. Дар пророчества, открывавший прошлое и предвозвещавший будущее, свидетельствовал о том, что христиане обладают истинно божественным ведением. Проповедь, подкрепляемая чудотворениями и исцелениями, была более доходчивой и убедительной и подтверждала, что через говорящих действует истинный Бог. К тому же только в этом случае можно было исполнить слова, сказанные Спасителем, Своим ученикам: «Идите, научите все народы, крестя их во Имя Отца и Сына и Святого Духа» (Мф. 28, 19).

 

Такое понимание харизматического дара языков предлагает нам Священное Писание, святые Отцы и учители Церкви Христовой.

 

Уже первое упоминание Священного Писания о характере глоссолалии со всей очевидностью свидетельствует, что это была проповедь на конкретных языках народов. «Повествование книги Деяний об этом предмете само по себе так ясно и определенно»196, что просто невозможно понимать это место по-иному.

 

Второй раз Деяния сообщают о глоссолалии, описывая крещение сотника Корнилия. «Дух Святой сошел на всех, слушающих слово. И верующие из обрезанных, пришедшие с Петром, изумились, что дар Святого Духа излился на язычников. Ибо слышали их, говорящих языками и величающих Бога» (Деян. 10, 44 — 46).

 

Повествование о крещении Корнилия сотника также свидетельствует, что дар языков в древней Церкви представлял собой говорение на конкретных исторических языках. Об этом говорит и апостол Петр: «Кто может запретить креститься водою тем, которые, как мы, получили Святого Духа?» (Деян. 10, 47). Сам Петр, как известно, получил способность говорить языками в день Пятидесятницы. Глоссолалия Корнилия и бывших с ним представляла такое же явление. Отсюда можно сделать вывод о сходстве глоссолалии в день Пятидесятницы и при крещении Корнилия.

 

Книга Деяний святых Апостолов сообщает нам еще об одном случае глоссолалии, но без указания характера явления (Деян. 19, 3 — 6). Дееписатель не считает нужным упоминать здесь об этом, ибо уже дважды было отмечено им, что дар языков есть способность говорить на конкретных исторических языках. Очевидно, рядом не было людей, которые подивились бы способности чужестранца вести речь на их наречии. Очевидно, что в день Пятидесятницы поблизости оказались такие, которых это чудо изумило, и благодаря тому великому удивлению мы знаем сегодня, что собою представлял дар языков. Судя по описанию крещения учеников Иоанна Крестителя, можно сделать непреложный вывод о том, что дар языков ниспосылался и для укрепления веры новообращенных. Не будем забывать о том, что крещаемые апостолом Павлом до этого времени даже не слышали о том, что есть Святой Дух (Деян. 19, 2).

 

Греческий оригинал Писания позволяет нам утверждать об одинаковом характере глоссолалии, описываемой в десятой и девятнадцатой главах книги Деяний святых Апостолов. В девятнадцатой главе нет определенного свидетельства о характере глоссолалии, но употреблено то же выражение, что и в десятой главе: ??????? ????????, но  в десятой главе речь определенно идет о харизме именно иностранных языков. Таким образом, после возложения рук апостолом Павлом принявшие Духа заговорили на конкретных исторических языках, следовательно, дар языков и у апостола Павла представлял собой такое же явление. Иначе как бы он мог передать через харизму руковозложения то, чего сам не имел (Деян. 19, 6).

 

В Послании к Коринфянам он пишет: «Я более всех вас говорю языками» (1 Кор. 14, 18). Конечно же, здесь подразумевается дар говорения на иностранных языках. Свою харизму он ставит в сопоставление с языками коринфян. Из чего следует вывод — глоссолалия у апостола Павла и у /pp коринфян была одним и тем же явлением, т.е. речью на иностранных языках.

 

Первое Послание к Коринфянам о даре языков

 

Ссылаясь на Первое Послание апостола Павла к Коринфянам, пятидесятники отстаивают существующую у них практику говорения «ангельскими» и смешанно-иностранными языками. Преимущественно в четырнадцатой главе Послания они отыскивают для себя дока­зательство тому.

 

Послание ни словом не упоминает, что же представлял собою дар языков в Коринфской Церкви. Если писатель Деяний и счел нужным сделать это (Деян. 2, 7 — 9; 10, 47), то лишь ввиду того, что писал эту книгу некоему Феофилу (Деян. 1, 1) как продолжение истории Церкви, для которого дар языков мог представлять нечто совершенно незнакомое. Поэтому, если в первый раз он пишет ?????? ??????? (Деян. 2, 4), то при упоминании о глоссолалии во второй и в третий раз не считает нужным повторяться, в обоих случаях он ограничивается общей характеристикой ??????? ???????? (Деян. 10, 46; 19, 6).

 

Совсем иные цели преследует в своем Послании апостол Павел. Поводом к написанию первого послания к Коринфянам послужило нестроение в Церкви, о чем стало известно Апостолу. Его взволновало известие о разделении коринфских христиан, называвших себя: «Я Павлов, я Аполлосов, я Кифин» (1 Кор. 1, 12).

 

В своем Послании святой Павел касается и других проблем этой Церкви. В главах с одиннадцатой по четырнадцатую он вразумляет недолжно употребляющих дар языков в собрании верных. Из приведенных выше сообщений о взаимоотношениях Апостола с коринфянами становится понятно, почему в Послании нет упоминания о характере глоссолалии. В этом не было никакой необходимости. Для коринфян и апостола Павла это харизматическое дарование было хорошо известно. Важно было лишь указать на правильное употребление этого дара. В Послании нигде не сказано, что дар языков у коринфян состоял в способности вести проповедь на иностранных языках, но, анализируя «главы о языках», нетрудно прийти именно к такому заключению.

 

В чем же заблуждались коринфяне? Святой Иоанн Златоуст пишет, что в Коринфской Церкви «одни имели больше даров, другие меньше. Чаще всего это был дар языков. Это и послужило поводом к несогласию между ними не по существу самого дела, а по неразумию получивших дары. Получившие больше даров превозносились перед получившими меньше, а эти скорбели и завидовали получившим больше»197.

 

Можно предположить, почему именно в этой Церкви даром языков обладали многие. Тогдашний Коринф — это один из мировых торговых центров, где сходились торговые пути. Здесь всегда было много иностранцев, поэтому дар языков здесь был ценен более других. «Ведь и Апостолы получили этот дар прежде всего»198. Коринфяне весьма гордились даром языков, поэтому и употребляли его не только для проповеди среди язычников, но и непосредственно на богослужениях. Основная мысль четырнадцатой главы Послания: запрещение коринфянам говорить иными языками на молитвенных собраниях.

 

Послание к Коринфянам прямо не указывает на иностранный характер языка глоссолалов, но в то же время в Послании нет и ничего говорящего против глоссолалии на иностранных языках. Напротив того, «многие места Писания наилучшим образом объясняются именно при таком предположении»199. «Сколько, — пишет апостол Павел, — например, различных слов в мире, и ни одного из них нет без значения. Но если я не разумею значения слов, то я для говорящего чужестранец (1 Кор. 14, 10 — 11). В греческом оригинале вместо слова чужестранец стоит ????????. «????????  » для греков и для семидесяти переводчиков Библии с еврейского на греческий — это вообще всякий, кто говорит на иностранном языке, так, что его не понимают слушатели»200. Смысл слов Апостола вполне ясен: коринфяне, живя в городе, где всегда было много иностранцев, из опыта знали, что бесполезно слушать иностранца, не зная его языка. «Эта аналогия могла быть особенно убедительной в том случае, если их глоссолалия происходила на иностранных языках»201, — пишет протоиерей Александр Горский.

 

В своем Послании апостол Павел в зависимости от описания дара использует различные обороты речи. Когда он пишет о даре, который есть в Церкви, то он употребляет выражение ???? ??????? (1 Кор. 12, 10), ?????? ???????? (i2, 30; 14, 5),??????? (13, 8; 14, 22). Когда же касается этого дара в каждый определенный момент, то об одном лице говорит ?????? ?????? Взятые сами по себе выражения, описывающие харизму языков, не содержат в себе объяснения глоссолалии. И Дееписатель не утверждает, что Апостолы начали говорить именно на иностранных языках, а просто начали говорить на «иных языках» (Деян. 2, 4). Вероятно, термины «иные языки», «разные языки» и т.д. были распространены в Апостольской Церкви и обозначали одно явление — харизму иностранных языков. Это суждение касается как книги Деяния, так и Послания. Из сопоставлений названий дара языков у апостола Павла и святого Луки ясно, что и Деяния и первое послание к Коринфянам описывают одно и то же явление, причем некоторая разница в выражении апостола Павла и святого Луки очень просто объясняется тем, что они писали не в одно время и с разными целями. Сравнивая термины, которыми описывают дар языков апостол Павел и Дееписатель евангелист Лука, мы можем заключить, что Деяния: ??????  ??????? ???????? (Деян. 2, 4) и Послание: ?????? ???????? (1 Кор. 12, 30) говорят об одинаковом характере глоссолалии.

 

 

 

О глоссолалии у пятидесятников и суждения апостола Павла о даре языков

 

 

 

Анализируя запрещения Апостола относительно дараязыков, изложенные в Первом Послании (1 Кор. 14), нельзя не заметить, что пятидесятники делают прямо противоположное увещеваниям и запретам Апостола. «Если я приду к вам, братия, и стану говорить на не­знакомых языках, то какую принесу вам пользу, — обращается апостол Павел, — когда не изъяснюсь вам или откровением, или познанием (1 Кор. 14, 6). Так святой Павел указывает на бессмысленность употребления харизм на собраниях верующих. Дар языков дан единственно для проповеди язычникам.

 

Пятидесятники постоянно на молитвенных собраниях говорят «языками», не обременяя себя истолкованием сказанного. Словно обращаясь к ним, апостол Павел назидает: «Если же не будет истолкователя, то молчи в церкви, а говори себе и Богу» (1 Кор. 14, 28). Святой Иоанн Златоуст говорит об этом следующее: «Если ты не можешь молчать, если ты так честолюбив и тщеславен, то говори про себя. Таким дозволением он еще более запрещает потому, что приводит в стыд»202.

 

«Если вся Церковь сойдется вместе, и все станут говорить незнакомыми языками, и войдут к вам незнающие или неверующие, то не скажут ли, что вы беснуетесь» (1 Кор. 14, 23). Точнее невозможно сказать. Посещение собраний, где все говорят «языками», оставляет тягостное впечатление невменяемости «молящихся».

 

В Священном Писании мы читаем: «Языки, суть знамение не для верующих, а для неверующих» (1 Кор. 14, 22). Если так, то как же неверующие могут говорить о бесновании глоссолалов, если этот удар предназначен для них? Он предназначен для неверующих иноплеменников. Когда же он употребляется не по назначению, в собрании верных, то этот дар не полезен, а даже вреден, ибо через него может хулиться имя христиан. Что вполне могло иметь место в Коринфской Церкви.

 

Дар языков предназначен для слушателей, о чем свидетельствует и следующий стих: «Ибо, когда я молюсь на незнакомом языке, то хотя дух мой и молится, но ум мой остается без плода» (1 Кор. 14, 14). Но как же тогда понимать слова о том, что «глоссолал сам себя назидает» (1 Кор. 14, 4).

 

Вот как разрешает это кажущееся недоразумение святой Иоанн Златоуст: «Плодом для говорящего служит польза слушателей. Сие сказал Апостол в послании к Римлянам: «Да, некий плод имею и в вас, якоже и в прочих языцех» (Рим. 1, 13)»203. Этим апостол Павел еще раз запрещает бесплодную не назидательную молитву.

 

Сам по себе, без истолкования, дар языков для Церкви не назидателен. Даже и при истолковании разрешается говорить двоим, много — троим, «и то порознь» (1 Кор. 14, 27). У пятидесятников на собраниях все говорят «языками», при этом никто никогда «языки» не толкует. Сколь же далека от этого практика сектантов. Остается только догадываться: то ли они вовсе не знакомы с наставлениями апостола Павла, то ли не желают их исполнять…

 

 

 

13. О даре языков

 

 

 

«И иных Бог поставил в Церкви, во-первых, Апостолами, во-вторых, пророками, в-третьих — учителями, далее, иным дал силы чудодейственные, также дары исцеления, вспоможения, управления, разные языки. Все ли Апостолы? Все ли пророки? Все ли учителя? Все ли чудотворцы? Все ли говорят языками? Все ли истолкователи? Ревнуйте о дарах больших, и Я пока­жу вам путь превосходнейший»

 

(1 Кор.  12, 28 — 31).

 

 

 

Протестантские богословы о сущности дара языков в Апостольской Церкви

 

 

 

Богословы Запада предложили несколько теорий, объясняющих дар языков. Почти все они отвергают дар языков как способность человека вести проповедь на иностранных языках. Авторы так называемой экстатической теории утверждают, что глоссолалия возможна только в момент сильного духовного возбуждения. Немецкий ученый Блек считает, что под влиянием экстаза «глоссолалисты говорили необыкновенные, устарелые, никому не известные слова»204.

 

Согласно теории Визелера, высказанной еще в прошлом веке, «в глоссолалической речи слышались только звуки, а самого содержания нельзя было расслышать»205, поскольку «они (глоссолалисты) всеми своими чувствами и мыслями погружались в себя и в созерцание Бога»206. Поэтому и молитвенные благодарения и славословия не были понятны для окружающих. Согласно теории Гильгенфельца, изложенной в книге Die glossalalie in die alter Kirche (1850), глоссолалией обозначается религиозное говорение языком, не находящееся в связи с мысленным процессом. Таким образом, под словом следует понимать особый, преподаваемый Богом язык.

 

На основании чего же строятся подобные теории, если книга Деяний вполне определенно указывает на природу этого явления? Их авторы идут путем филологического осмысления термина греческого оригинала ?????? (голос, язык).

 

Когда слово ?????? переводится немецким Zunge, то дар языков начинают истолковывать сугубо филологически, т.е. ?????? ?????? (говорить) есть речь только языком, причем воля в состоянии глоссолалии отсутствует207.

 

Другие понимают слово ??????  как обозначающее совокупность устарелых выражений, не понятных современникам. Третьи трактуют слово ?????? в значении «язык» — «диалект», однако не согласны с тем, что «языки» глоссолалов были обычными языками современных им народов. Как бы ни разнились характеристики глоссолалии, данные сторонниками экстатиче ской теории, но все они согласны с мнением известного немецкого богослова второй половины XIX века Шульца, резко критиковавшего понимание глоссолалии как говорения на иностранных языках. «В настоящее время, — писал Шульц, — ни один беспристрастный или знакомый с делом человек не может говорить, будто дар языков заключается в говорении на иностранных языках»208.

 

Экстатические гипотезы, противоречащие друг другу и тексту Священного Писания, не дают достаточного объяснения феномена глоссолалии в Апостольской Церкви. Ее сторонники исходят, как правило, из чисто рационалистических соображений. Известно, что первое послание к Коринфянам было написано ранее книги Деяний. Отсюда они делают вывод, что Послание содержит более достоверные сведения о даре языков. А книга Деяний в этом смысле носит вторичный характер.

 

Некоторые протестантские богословы, например Фельтон, считают, что глоссолалия Апостолов в день Пятидесятницы была явлением исключительным, никогда более не повторявшимся в Церкви. И «эта глоссолалия не имеет ничего общего с описанной в первом послании к Коринфянам»209.

 

Отчего же протестантские богословы, в том числе и пятидесятники, игнорируют явные свидетельства Писания относительно дара языков? Многих из них смущает неопровержимость рационалистических аргументов, выдвигаемых некоторыми учеными против святоотече­ского понимания глоссолалии.

 

 

 

Святоотеческая теория и ее противники

 

 

 

Святые Отцы и учителя Церкви единодушно свидетельствуют о даре языков как о харизматической способности благовествовать о Спасителе на иностранных языках. В толковании на книгу Деяний святой Кирилл Иерусалимский пишет: «Петр и Андрей говорят по-персидски и по-лидийски, Иоанн и прочие Апостолы изъясняются на всяком языке с пришедшими от язычников. Дух Святой научает многим языкам вместе, каких вовсе не знали неученые»210. Того же мнения на этот счет придерживаются блаженный Федорит, святой Григорий Богослов, святой Кирилл Александрийский и другие.

 

Противники святоотеческого толкования глоссолалии высказывают целый ряд возражений. Указывают, например, что Апостолы сами пользовались услугами истолкователей или переводчиков: Петр — Марка, Павел — Тита.

 

Отмечают, что Павел, хотя и «более других говорил языками» (1 Кор. 14, 18), однако вместе с Варнавой не понял ликаонского языка (Деян. 14, 11).

 

Язык новозаветных писателей содержит весьма много гебраизмов. По манере выражаться апостола Павла видно, что греческому языку он учился по еврейскому или сирохалдейскому. Греческий язык у него не чистый, чего не могло быть, если бы он получил его как дар.

 

Последнее возражение — знание языков Апостолам не нужно, потому что проповедь их ограничивалась пределами Римской империи.

 

На первое возражение можно ответить словами профессора А.Горского: «Марк и Тит могли быть переводчиками с тех языков, которые не были даны в харизме»211.

 

По поводу второго М.Муретов пишет: «Это издавна повторяемое ложное утверждение, будто апостол Павел не понял речь народа на ликаонском диалекте»212. В Писании сказано: «Апостолы Варнава и Павел, услышав» (Деян. 14, 14) о том, что народ собирается совершить жертвоприношение (Деян. 14, 13), бросились в народ и громогласно говорили: «Что вы делаете?» И мы — подобные вам человеки» (Деян. 14, 15). Отсюда можно заключить, что «скорее наоборот, Апостолы очень хорошо поняли их речь»213.

 

Относительно третьего возражения можно сказать следующее: «Апостолы, получив способность говорить новыми языками, не лишились прежних своих познаний, поэтому, естественно, в их речи находим много еврейского»214. К тому же знание разговорного языка и письменное владение им — далеко не одно и то же. Можно прекрасно владеть родным языком, как, например, сказители фольклора, и быть при этом абсолютно неграмотным.

 

И, наконец, последнее возражение о ненужности знания многих языков в Римской империи. Римскому простолюдину, в своем большинстве, греческий язык был малодоступен, поэтому владение только греческим не позволяло Апостолам исполнить повеление Спаси­теля (Мф. 28, 19).

 

Основной пафос возражений протестантов сосредоточен на невозможности получения в харизме постоянного знания иностранных языков Апостолами. Но святые Отцы не настаивают, что это был дар постоянного знания, хотя некоторые их рассуждения позволяют де­лать и такой вывод. Обретение постоянного знания языков было бы более чудом, чем даром. Сравним глоссолалию с даром пророчества. Этот дар постоянно изливался под непосредственным воздействием Духа Святого.

 

Можно сказать, что языкоговорение было постоянным даром в том смысле, что Апостолы и все, имеющие этот дар, могли в любом месте и в любое время благовествовать о Христе на языках всех народов, «как Дух давал им проповедовать» (Деян. 2, 4). В этом смысле Отцы Церкви говорят о постоянном даре языков. Блаженный Феодорит по этому поводу пишет: «Апостолы начали говорить по внушению Духа»215. Искажение святоотеческого понимания отвергло ясныесвидетельства Священного Писания о даре языков и породило целый ряд абсурдных теорий. Одна из них принадлежит священнику Михаилу Фивейскому.

 

В книге «Духовные дарования в первоначальной христианской Церкви» он пишет: «Глоссолалия в Апостольской Церкви представляла подобное чтению наших русских чтецов, читающих невнятно и плохо среди собравшегося в храме простого народа какие-нибудь незнакомые кафизмы»21*. «Говоривший «языком» в Апостольский век, — продолжает отец Михаил, — подобен нашему чтецу… или певчему и певчим, пою­щим малоупотребляемую стихиру»217. Отсюда вытекает вывод, согласно которому глоссолалия в Церкви — самое обычное явление, «существующее в ней во все века»218. Так, чудесный дар, данный Церкви, уничижается до повседневного дела.

 

Столь же неприемлемым представляется суждение русского богослова М.Д.Муретова, сторонника экстатической теории, но утверждавшего, что дар языков ниспосылается для проповеди. Толкуя двенадцатую главу Послания, он приходит к выводу о том, что «язычники, видя необычайную вдохновенную глоссолалию христиан, приходили в восторг и признавали у христиан ту же божественную манию, какую они находили у своих почитаемых оракулов»219. Логика довольно странная в устах православного богослова. Так и беснование языческой Пифии можно признать критерием истины в оценке явлений христианской жизни.

 

Отказываюсь допустить даже в «порядке гипотезы», что Апостолы в день Пятидесятницы хоть в чем-то уподоблялись жрецам дельфийского оракула, чтобы доказать истинность своего вдохновения.

 

 

 

Дар языков — молитва?

 

 

 

На основе экстатической теории, не отвергая при этом иностранного характера дара языков, строит свое объяснение и русский ученый Ф.И.Мищенко. В книге «Речи святого апостола Петра в книге Деяний апостольских» он пишет: «Ошибочная мысль, будто дар языков ниспослался с целью дать орудие для христианской проповеди. Такое понимание не соответствует ни тексту Деяний, ни свидетельствам Послания о глоссолалии. В Послании к Коринфянам глоссолалия представляется языком только молитвы»220.

 

Схожее соображение высказывает и В.Суханов в своей книге «О даре языков в древней Церкви». «Дар языков, — по апостолу Павлу и по святому Луке, — вдохновенная молитвенная речь, изливающаяся из уст верующего в силу непосредственного воздействия Святого Духа, на том языке, на каком давал проповедовать ее Святой Дух»221.

 

Действительно, в Послании можно найти указания на то, что дар языков может изливаться в виде молитвы (1 Кор. 14, 15). Но есть куда более очевидные свидетельства того, что этот дар, данный для проповеди, к сожалению, использовался коринфянами не по назначению (1 Кор. 14, 6).

 

Нет, святые Отцы не отвергают возможность молитвы на языках, и многие из них пишут об этом. В толковании на слова Апостола: «Стану молиться духом, стану молиться и умом» (1 Кор. 14, 15) — блаженный Феодорит говорит: «Духом Апостол называет дарования, а умом — изъяснение сказанного. Говорит же беседующему на ином языке, в псалмопении ли, в молитве ли, в учении ли надлежит или самому быть переводчиком, или другого, способного на это брать»222.

 

Молитва ради самой молитвы. Что она дает молящемуся, если он совершенно ничего не понимает из произнесенного и никого не назидает при этом. Вот когда становится понятно, почему Апостол запрещает в собрании верных молиться иными языками.

 

Широта святоотеческой теории позволяет включать всебя многие положения из разных воззрений на глоссолалию и не утратить при этом своей сути. Вместе с тем все эти умопостроения всегда будут нести печать ущербности и ложности в свете высказываний тех, кто жил во времена, близкие к апостольским событиям.

 

А таковых немало — это святой Иоанн Златоуст, блаженный Августин, святой Григорий Богослов, святой Кирилл Иерусалимский, святой Кирилл Александрийский и др. Все они свидетельствуют о том, что дар языков представлял собою способность «славить» (Деян. 2, 4), «благодарить» (1 Кор. 14, 16) Бога, проповедовать в назидание слушающих на вполне конкретных исторических языках, как то подавал им Святой Дух. Сам апостол Павел вынужден указать Коринфской общине на неправильное использование дара языков: «Ты хорошо благодаришь, — Апостол не запрещает этого делать, — но другой не назидается» (1 Кор. 14, 17). Ибо в церкви лучше пять слов сказать умом своим, «нежели тьму слов на незнакомом языке» (1 Кор 14, 19).

 

 

 

14. О Святых Таинствах

 

 

 

Слово «таинство» (греч. — ????????? ) означает всякую глубокую неизъяснимую мысль или непонятное действие, предмет таинственный и сокровенный, который нелегко может быть понят человеком, если только вообще это возможно223.

 

В Священном Писании это слово встречается множество раз, но при этом несет разный смысл. В одних случаях им обозначаются те предметы, которые соответствуют общему значению слова ??????????, в таком значении оно употребляется в 1 Кор. 2, 7; Кол. 2, 2; 1 Тим. 3, 9 и др. Встречается оно и для обозначения предметов, смысл которых символический или таинственный (Апок. 1, 20) и т.п. Наконец, в Священном Писании это слово может обозначать явление или действие, под которым вообще понимаются внешние средства благодатного освящения224. Этим последним значением слова «таинство» Православная Церковь обозначает такие свои священнодействия, как Креще­ние, Миропомазание, Евхаристия, Покаяние, Священство, Венчание, Елееосвящение.

 

Все Таинства установлены Господом Иисусом Христом и подаются Церковью для того, чтобы человек мог войти в теснейшее единение со своим Творцом. Таинства подаются через внешние образы. Этим верующему открывается истинное и безусловное значение смысла священнодействия.

 

Человек — существо и духовное, и телесное, поэтому ему необходимо внешнее выражение его духовных действий. Разумеется, Господь Бог может воздействовать на человека и без видимых материальных атрибутов, но в них нуждается сам человек в силу своей зазем-ленности и маловерия.

 

Так, Спаситель исцелил слепорожденного, использовав брение и омовение силоамской водой (Ин. 9, 6 — 7). Ибо этого требовала нестойкая вера человека. В другом случае кровоточивая женщина исцеляется, прикоснувшись к одежде Спасителя (Мф. 9, 20). Христос часто совершал возложение рук на больных. От платков апостола Павла люди получали исцеление. Известно также, что больных клали на то место, где он проходил, чтобы тень Апостола коснулась пребывавших в немощи.

 

Сотворенный из праха и материальный по плоти, человек способен восприять дары Святого Духа, являемые в Таинствах, лишь в соответствии со своей двойственной духовно-материальной природой.

 

Даже на крепчайших в вере Апостолов в День Пятидесятницы Дух Святой сошел в зримом образе огненных языков. Это свидетельствует о том, что нам, плотским человекам, потребны видимые знаки благодати Святого Духа и Его воздействия на нашу душу, ибо духовидческие способности в нас жестко ограничены косностью нашей плоти. Без сомнения, в жизни буду-шего века внешние знаки благодати не будут иметь никакого значения, а пока первым несомненным свидетельством являются для нас именно они.

 

Таинство Крещения, как мы уже упоминали, осуществляется троекратным погружением в воду в сопровождении слов «Во имя Отца и Сына и Святого Духа», установленным Самим Спасителем (Мф. 28, 10). В Миропомазании через зримое помазание тела освященным миром верующий обретает благодатные дары Святого Духа (Деян. 8, 17). В таинстве Причащения мы под видом хлеба и вина вкушаем истинное Тело и Кровь Христовы.

 

Все Таинства — суть божественного происхождения, именно в этом их отличие от церковных обрядов. По учению Православной Церкви, Таинство есть богоучрежденное священнодействие, в котором через видимые или чувствам подлежащие знаки сообщается людям невидимая спасительная сила Божия или благодать Святого Духа225.

 

 

 

15. О таинстве Крещения

 

 

 

«Покайтесь, и да креститься каждый из вас во имя Иисуса Христа для прощения грехов, — и получите дар Святого Духа. Ибо вам принадлежит обетование и детям вашим»

 

(Деян. 2, 38 — 39).

 

«Вы обрезаны обрезанием Нерукотворенным, совлечением греховного тела плоти, обрезанием Христовым, бывши погребены с ним в крещении, в Нем вы и совоск-ресли верою в силу Бога, Который воскресил Его из мертвых»

 

(Кол. 2,  11 —  12).

 

 

 

В три или в одно? По учению Святой Церкви, Крещение есть «такое Таинство, в котором грешник, оглашенный верою Христовою, при троекратном погружении его в воду, с произношением слов «во имя Отца и Сына и Святого Духа», очищается благодатью Божиею от всякого греха и соделывается новым человеком, оправданным и освященным»226.

 

Таким образом, Крещение — это священнодействие, через которое благодать Божия в первый раз таинственно изливается на человека и «совершенно очищает его, освящает, воссоздает при внешней видимой форме»227.

 

На то, что существует внешняя и внутренняя сторона Таинства, указывал Сам Спаситель. В беседе с Никодимом Он сказал, что только тот войдет в Царство Божие, кто «родится от воды и Духа» (Ин. 3, 5). Святой Григорий Богослов писал: «Поелику мы состоим из двух естеств, т.е. из души и тела, естества видимого и невидимого, то и очищение двоякое — именно: водою и Духом, одно приемлется видимо и телесно, а другое в то же время совершается нетелесно и невидимо, одно есть образное, а другое истинное и очищающее самые глубины»228.

 

Сектанты, отвергая православное понимание Крещения, искажают и форму совершения Таинства. Все пятидесятники и неопятидесятники крестят в одно погружение, причем последние и те, что из евангельских христиан в духе Апостолов, сопровождают его креща-тельной формулой «во имя Иисуса Христа». Для них не существует мистического значения Крещения, ибо они видят в нем только обещание Богу доброй совести. Но если это так, то почему пятидесятники так упорно придерживаются акта крещения?

 

Поскольку Апостольские писания не оставили нам ни прямых, ни косвенных указаний о количестве по гружений при крещении, обратимся к Отцам и учителям древней Церкви, с тем чтобы выяснить их боговдохновенное мнение о троекратном крещальном по-гружении. «Трижды погружаемся, — пишет Тертуллиан, — как Господь определил в Евангелии»229. В Апостольских правилах троекратное погружение рассматри­вается в качестве одной из заповедей: «Аще кто, епископ или пресвитер, совершит одно крещение не с троекратным погружением, но в одно, делаемое в смерть Господню, да будет извержен, ибо Господь не сказал: в смерть Мою крестите, но сказал: «Шедше, научите все языки, крестяще их во имя Отца и Сына и Святого Духа»230.

 

«Евангельская заповедь, — говорит римский епископ Пелагий, — преподанная Иисусом Христом, убеждает нас во имя Троицы проповедовать всякому святое крещение с троекратным погружением, по словам Господа к Его ученикам шедше…»231. С этим согласны и другие Отцы Церкви: святые Василий Великий, Иоанн Златоуст и др.

 

Указывая на мотивы троекратного погружения, Григорий Нисский пишет: «Как Спаситель был сокрыт в земле, так и мы скрываемся в воде и троекратным погружением в оную изображаем совершившуюся над нами благодать тридневного воскресения»232. Об этом же пишет и святой Кирилл Иерусалимский: «Вы исповедовали спасительное исповедание и, трижды погружаясь в воду, трижды опять являлись вверху и, таким образом, через сие знамение изобразили тридневное погребение Христово во фобе»233.

 

В VI веке в Западной Церкви распространилось еретическое учение, последователи которого в связи с их догматическим учением могли совершать Крещение только с троекратным погружением. Святой Григорий Двоеслов с очевидным стремлением отмежеваться от еретиков писал: «Если кто думает, что погружение в Крещении бывает в честь верховной Троицы, то ничего не препятствует погружать крещаемого в водах однажды. У трех лиц одно естество… Но так как доселе еретики погружали в Крещении трижды, то, по моему рассуждению, этому не должно быть у нас»234. И вскоре Четвертый Толедский собор (610 г.), не желая иметь ничего общего с еретиками, постановил православным совершать Крещение в одно погружение.

 

 

 

Формула Крещения

 

 

 

Некоторые богословы Запада склонны считать, что Евангелие вообще не оставило нам никакой формулы Крещения, однако при более глубоком рассмотрении становится очевидным, что такая формула дается. Да, посылая Своих учеников на служение и напутствуя их словами: «Идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа», — Господь не указал особо: крестя, произносите «во имя Отца…», но если в этих словах не заключалась формула Крещения, то в таком случае зачем они были сказаны? Можно было бы просто сказать: «Идите, научите все народы, крестя их и уча соблюдать…»

 

Пятидесятников из ЕХДА и неопятидесятников это ничуть не смущает. Они видят свою формулу Крещения «сообщенную в Писании», считая, что Христос только по Своему смирению не сказал: идите научите все народы, крестя их во имя Иисуса Христа, а употребил слова «во имя Отца и Сына и Святого Духа». По их мнению, Апостолы всегда крестили во имя Иисуса Христа (Деян. 8, 14 — 16; 19, 5), ибо правильно поняли слова Спасителя.

 

Нетрудно заметить, что в текстах, приводимых сектантами, речь идет не о формуле Крещения, а о крестившихся, сам же обряд «предполагается как факт свершившийся или вовсе опускается, как не имеющий прямого отношения к цели повествования»235. Что же касается указаний сектантов на послание к Римлянам (6 3), где сказано, что все, крестившиеся во Иисуса Христа, в смерть Его крестились, то здесь, на наш взгляд, содержится исключительно сравнительная оценка Крещения во имя Иисуса Христа в сравнении с Иоанновым Крещением. Это достаточно ясно показывает нам 19-я глава книги Деяний.

 

«Креститься во имя Господа Иисуса или во имя Христа означало не что иное, как принять Крещение, установленное Иисусом, а не Иоанном или кем-либо иным, — это значит креститься во имя Отца и Сына и Святого Духа»236.

 

Святой Иоанн Дамаскин, рассматривая этот вопрос, писал: «Божественный Павел хотя и говорит, что мы во Христа и в смерть Его крестимся (Рим. 6, 3), однако не разумеет, что таково должно быть призывание при Крещении, а хочет показать, что Крещение есть образ смерти Христовой, ибо в Крещении троекратным погружением означается трехдневное пребывание Господне во гробе. Креститься же во Христа — значит креститься, веруя в Него, но веровать во Христа невозможно, не научившись исповедовать Отца и Сына и Святого Духа, ибо Христос есть Сын Бога Живаго, помазанный от Отца Духом Святым»237.

 

Иустин Философ отмечал, что имеющие креститься «приводятся туда, где есть вода, и возрождаются тем же образом, каким сами мы возродились, т.е. омываются они тогда водою во имя Отца всех и Владыки Бога, и Спасителя нашего Иисуса Христа и Духа Святого». Остается только добавить, что Отцы Церкви проявляют полное единодушие в этом вопросе.

 

Тертуллиан, живший во II веке, писал: «Закон для Крещения, как и форма его, предписана: идите, говорит Он, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа»238.

 

Вместе с тем надо признать, что в древней Церкви существовало мнение о возможности Крещения, сопровождаемого формулой «во имя Иисуса Христа». Таких воззрений придерживался римский епископ Стефан, а святой Амвросий Медиоланский писал на сей счет: «Ежели ты, произнося имя одного — или Отца, или Сына, или Святого Духа, — не отрицаешь верою ни Отца, ни Сына, ни Духа, то содержание веры есть полное… Кто произ /pнес имя одного, тот обозначил Троицу»239.

 

Разумеется, это отнюдь не означало, что вся древняя Церковь признавала Крещение во имя Иисуса Христа. Только в редких случаях допускалось это Крещение, когда было известно, что побуждения крещаемого были чисты и к ним не примешивалось ничего еретического, только тогда Крещение совершалось в троичность лиц, с полной верою.

 

Преосвященный Макарий отмечает: «Когда мы встречаем в древних свидетельствах, что креститься можно и во имя Иисуса Христа, то этим не отрицается, а, напротив, предлагается имя и Отца, и Сына, и Святого Духа, которое у всех лиц пресвятые Троицы, по отношению к их существу и Божеству, есть едино и нераздельно»240.

 

«Никого, — пишет Василий Великий, — да не вводят в обман у Апостола то, что, упоминая о крещении, нередко умалчивает он о имени Отца и Святого Духа, и никто не должен заключать из сего, что не надобно соблюдать призывание имен. Сказано: «Все вы, во Христа крестившиеся, во Христа облеклись» (Гал. 3, 27) и еще: «Неужели не знаете, что все мы, крестившиеся во Христа Иисуса, в смерть Его крести­лись» (Рим. 6, 3). Это потому, что наименование Христа есть исповедание всего: оно указывает и на помазующего Бога, и на помазуемого Сына, и на помазание Духа».

 

Думается, после знакомства со взглядами святых Отцов на таинство Крещения мы вправе признать последовательными еретиками сторонников ЕХДА и неопятидесятников с их подходом к этому Таинству. Они отрицают троичность Божества. Бог в их понимании абсолютно один в Своем лице и только являет Себя под разными именами. В данном случае они повторяют заблуждения еретиков-антитринитариев второго и третьего и последующих веков. Вследствие этого мы, православные, не можем признать их крещение за ис­тинное.

 

Каково же должно быть наше отношение к представителям ХВЕ (Христиане Веры Евангельской), совершающим крещение, говоря: «Крещу тебя по вере твоей во имя Отца и Сына и Святого Духа», но в одно погружение? Можно было бы признать полноту и такого крещения, если бы ХВЕ при этом сознавали, что в крещении подается божественная благодать, прощающая грехи. Но именно этого-то они и не признают. Следовательно, действительного таинства Крещения в их среде не совершается, вот почему их необходимо перекрещивать при возможном переходе в Православие (если они не были крещены в Православной Церкви во младенчестве).

 

 

 

О крещении детей

 

 

 

Когда сектанты утверждают, что в крещении человек обещает Богу быть в доброй совести, с этим нельзя не согласиться. Взрослый человек, принимающий таинство Крещения, обязуется свято хранить «скрижали» своего сердца, причем свое обещание человек ощущает как «дыхание совести». Но это лишь то, к чему он призывается. Харизматики не приемлют главное: что в этот момент Бог подает благодать, прощающую грехи. Так изъяснял смысл и значение Крещения апостол Петр: «Покайтесь, и да крестится каждый из вас во имя Иисуса Христа для прощения грехов — и получите дар Святого Духа» (Деян. 2, 38). Апостол Петр в Первом Послании пишет: «Во время строения ковчега, в котором немногие, то есть восемь душ, спаслись от воды. Так и нас ныне подобное сему образу Крещение, не плотской нечистоты омытие, а обещание Богу доброй совести, спасает воскресением Иисуса Христа

 

(Петр. 3, 20 — 21). Потопом был истреблен греховный мир, и Ной вступил на безгрешную землю. Так и крещаемый, очищаясь благодатью, возрождается для новой жизни. Вот почему вышеприведенное изречение Апостола отнюдь не свидетельствует о правоте сектантов, а указывает всем нам, что водное Крещение — это не простое омытие плотской нечистоты, а есть великое Таинство241. И, как уже отмечалось, не обещание доброй совести спасает человека, а самое Крещение, иначе, если бы спасало обещание, то Крещение оказалось бы бессмысленным ритуалом.

 

В Крещении подается благодать, отпускающая грехи, о чем свидетельствуют и слова апостола Анании к ослепленному Савлу: «Крестись и омой грехи твои» (Деян. 22, 16). Сектанты на это возражают, что для спасения необходима вера и покаяние. Но православные этого и не отрицают, ибо «без веры невозможно угодить Богу». И Господь, послав на проповедь Апостолов, заповедал им: «Идите по всему миру и проповедуйте Евангелие всей твари. Кто будет веровать и креститься, спасен будет» (Мр. 16, 15 — 16). Если для спасения достаточно веры, зачем тогда Спаситель указывает на необходимость Крещения?

 

В послании к Евреям сказано: «Имея великого Священника над домом Божиим, да приступаем с искренним сердцем, с полною верою, кроплением очистивши сердца от порочной совести и омывши тело водою чистою» (Евр. 10, 21 — 22).

 

Священное Писание учит, что Крещение — это погребение со Христом и восстание для новой благодатной жизни, возможность которой достигается только благодатью Божиею. Во Христа верующие «обрезаны обрезанием Нерукотворенным, совлечением греховного тела плоти, обрезанием Христовым, бывши погребены с Ним в Крещении, в Нем вы и совоскресли верою в силу Бога, Который воскресил Его из мертвых» (Кол. 2, 11 — 12).

 

Таинство Святого Крещения «омывает, освящает иоправдывает человека (1 Кор. 6, 11). Оно очищает его от оков первородного греха, вкропя» в его будущее благодатное семя новой жизни. Человек, не принявший этого Таинства, не может называть себя христианином в полном смысле этого слова. Некрещеный не может наследовать жизни будущего века. Итак, таинство Святого Крещения нужно совершать над всяким, приходящим в этот мир.

 

Даже «великий реформатор» Мартин Лютер признавал необходимость крещения детей, полагая значение этого Таинства в отпущении Адамова греха. Но уже его последователи не стали утруждать себя и этим учением, чудом сохранившимся у Лютера на обломках ка­толицизма.

 

Сектанты не приемлют крещения детей, ведь, согласно их убеждению, дети не могут дать обещание доброй совести (1 Петр. 3, 21), не могут иметь крепкой веры. Но отсюда они должны сделать печальный вывод о том, что их дети не спасутся, ибо «кто не будет веровать, осужден будет» (Мр. 16, 16). Они забывают, что для искупления всех предал себя на смерть Сын Божий (1 Тим. 2, 6). И Писание недвусмысленно говорит нам: «Покайтесь, да крестится каждый из вас во имя Иисуса Христа для прощения грехов. Ибо вам принадлежит обетование и детям вашим» (Деян. 2, 38).

 

Не Господь ли во время земной Своей жизни обращался к родителям: «Пустите детей приходить ко Мне и не препятствуйте им, ибо таковых есть Царствие Божие» (Мр. 10, 14). Спаситель «благословлял их» (Мр. 10, 16).

 

Благодать Божия еще во чреве матери освятила пророка Иеремию. Иоанн Креститель исполнился Духа Святого еще в материнской утробе (Лк. 1, 15). Как видим, детское сердце открыто для принятия Господа. Так, в третьей книге Маккавеев приведен эпизод, когда мать уговаривает своих детей принять мученическую смерть. Церковь знает множество примеров такой стойкости детей в вере, что может позавидовать любой взрослый.

 

Детей в Православной Церкви крестят по вере родителей, что вполне отвечает духу Священного Писания. Так, по вере сотника выздоровел его больной слуга (Мф. 8, 5 — 13), по вере хананеянки исцелена ее бесноватая дочь (Мф. 15, 22 — 28), по вере людей, принесших расслабленного ко Спасителю, и этот недужный получил исцеление.

 

Напомним, что Церковь разрешает крестить детей без их согласия только до семилетнего возраста, после чего необходимо их словесное изволение. Мы знаем, что Крещение заменило собой обрезание: «В нем вы обрезаны обрезанием нерукотворным… быв погребены с Ним в крещении». Согласно Ветхому Завету обрезание совершалось над восьмидневными младенцами. И если Крещение заменило обрезание, разве это не указывает нам на то, что крестить необходимо и детей. Не восьмидневные младенцы вступали в завет с Богом, за них это делали родители. Дети же, повзрослев, в свое время исполняли родительское обещание, тем самым почитая своих родителей и их благую волю.

 

Сектанты, указывая на ненужность крещения детей, ссылаются на следующие слова: «Неверующий муж освящается женою верующей, и жена неверующая освящается мужем верующим. Иначе дети ваши были бы нечисты, а теперь святы» (1 Кор. 7, 14). «Если начаток свят, то и целое; и если корень свят, то и ветви» (Рим. 11, 16). Между тем во 2-й главе послания к Римлянам под «начатком» и «корнем» разумеются отнюдь не крещенные христиане, а святые ветхозаветные патриархи. К тому же дети многих сектантов совершенно безразличны к вере. Отсюда нередки на их собраниях просьбы помолиться за детей и близких. Особенно часто сектанты ссылаются на евангельские слова: «дети ваши… святы» (1 Кор. 7, 14) и отсюда, заключают они, — крещение детей излишне, ибо у них нет грехов. Однако такое толкование опровергает сам апостол Павел: «Как одним человеком грех вошел в мир, и грехом смерть, так и смерть перешла во всех человеков, потому что в нем (Адаме. — И.Е.) все согрешили» (Рим. 5, 12). Смысл апостольских слов однозначен — смерть есть удел всех людей, хотя они лично и не согрешали, подобно Адаму, первородным грехом — первичным нарушением воли Отца. В их числе и дети, ибо дети верующих тоже смертны, следовательно, грех есть или был в них.

 

Водное крещение у сектантов совершается, как правило, по достижении физической зрелости. А что если смерть настигнет раньше? Ведь это почти уже взрослые люди, и можно ли на них переносить принцип святости детей? Заметим к тому же, что у Апостола понятие «святой» в данном случае применяется к детям (1 Кор. 7, 14) в таком смысле, в каком сказано о неверующем муже или жене — «освящается» (????????   ????????).

 

По всей видимости, некоторым членам Коринфской церкви казался преступным брак христианина или христианки с неверующим женой или мужем. Апостол советует коринфским христианам не оставлять брачного сожительства с их неверующими супругами, с которыми они вступили в брак до принятия христианства. Конечно, один из неверующих супругов не становится от этого безгрешным, точно так же, как не безгрешны и родившиеся в таком союзе дети. «Дети святы не потому, что свободны от грехов, — пишет святой Феофан Затворник, — а потому, что они родились в законном, не противоречащем святости союзе». Такие дети являются не «нечистыми», но законными.

 

В качестве довода о ненужности крещения детей порой можно слышать и указание на слова Спасителя о детях: «Таковых есть Царство Небесное» (Мр. 10, 14). Но если следовать логике сектантов и считать, что крещение детей излишне, то придется признать, что

 

не было необходимости и в молитвенном возложении рук и благословении (Мф. 19, 13 — 15; Мр. 10, 16). Ведь Господь не сказал: «этих» (т.е. именно детей) есть Царство Небесное, но произнес слова: «таковых (т.е. как дети. — И.Е.) есть Царство Небесное» (Мф. 19, 14). Здесь Спаситель говорит не исключительно о детях, а вообще о верующих (конечно же, крещеных) христианах, которые, подобно детям, принимают веру Христову в простоте сердца (Мр. 10, 15; Лк. 18, 17).

 

Дети могут очиститься от прародительского греха и войти в Царство Христово только через Крещение. «Истинно, истинно говорю тебе, — возвещает Спаситель, — кто не родится от воды и Духа, не может войти в Царствие Божие» (Ин. 3, 5). Этим Господь не допускает никакого исключения для кого бы то ни было. Даже если согласиться с сектантами, что под словом «вода» следует подразумевать учение Христово, то разве младенцы могут быть исповедниками оного? А если нет, то, значит, и для них закрыты двери Царства Небесного. Из сказанного напрашивается вывод, что умершие дети попадают в преисподню. Что ж, если понимать смысл слов святого Иоанна Богослова в сектантском духе, то это действительно так.

 

Сектанты, отказываясь крестить детей, тем самым преступают волю Бога, Который хочет, «чтобы все люди спаслись» (1 Тим. 2, 4). Они, лишая своих детей таинства Крещения, запрещают приходить им ко Христу.

 

В Священном Писании есть (пусть и не прямые) указания на факты крещения детей. Так, по свидетельству Дееписателя, когда уверовала в Иисуса Христа и крестилась некая женщина Лидия, в то же время «крестился и дом ее» (Деян. 16, 14 — 15). В этой же книге сообщается о крещении темничного стража и всех домашних его (Деян. 16, 30 — 33). Апостол Павел крестил «Стефанов дом» (1 Кор. 1, 16). Не может быть, чтобы в этих семействах не было и детей. В Деяниях есть также упоминание о крещении целой общины самарян (Деян. 8. 12 — 17).

 

Излюбленным аргументом сектантов против крещения детей является указание на то, что Господь сказал Апостолам: «Идите, научите все народы, крестя их…» (Мф. 28, 19). Следовательно, крестить можно только сознательно принявших учение Спасителя. Но так ли это? Можно ли, к примеру, после непродолжительной беседы с христианином назвать «наученным в вере» (в полном смысле этого слова) язычника Корнилия сотника, темничного стража, также язычника, евнуха Эфиопской царицы, учеников Иоанна Крестителя, не слышавших о том, что есть Святой Дух? Все указанные выше крещения были совершены над людьми, практически незнакомыми с Христовым благовестием. Сектанты же, напротив, крестят только твердо усвоивших «евангельские истины».

 

В послании к Коринфянам святой Павел пишет: «Христос послал меня не крестить, но благовествовать» (1 Кор. 1, 17). Этим он показывает, что крещение было совершено им как отдельный от учения акт.

 

У евангелиста Матфея повеление о крещении дается более обобщенно: «Идите, научите все народы, крестя их во имя Отца, Сына и Святого Духа, уча их соблюдать все» (Мф. 28, 19 — 20). Отсюда можно заключить, что после таинства Крещения необходимо еще учиться соблюдать все, заповеданное от Господа, и, значит, неверны утверждения протестантов о Крещении с непременным обещанием Богу «доброй совести» (Петр. 3, 21). Таковую дать могут крепко наставленные в вере. Младенцы во Христе, каковыми были коринфские христиане, как и многие другие из сподобившихся таинства Крещения, в этом акте лишь свидетельствовали, в большинстве случаев, еще не ясно осознанное желание прийти к Богу.

 

Сектанты крестят по вере сознательной — зрелой. К чему таким учиться соблюдать все, сказанное в Писании: «уча их всему», чему можно научить уже спасенных?

 

Далее они утверждают, что нельзя крестить детей еще и потому, что те не могут принести покаяние. Апостол Петр в книге Деяний действительно в день Пятидесятницы, обращаясь к евреям, говорит: «Покайтесь и да крестится каждый из вас…» (Деян. 2, 38). Но это час­тный случай. Призывал ли к покаянию язычника Корнилия апостол Петр, евнуха — диакон Филипп, учеников Иоанна Крестителя — апостол Павел? Книга Деяний нам об этом ничего не сообщает. Да и можно ли принести серьезное, истинно глубокое покаяние вот так вдруг, сразу после первой же беседы? Если таковое все же возможно, то где же обретается такая практика у сектантов? А если нет, то почему все же Писание сообщает нам о подобных крещениях? Покаяние и сознание своей греховности необходимо перед Крещением, но степень греховности может быть различной. Сектанты крестят по достижении шестнадцатилетнего возраста, но почему невозможно покаяние и обещание Богу доброй совести, скажем, в пятнадцать лет?

 

Желая придать весомость своим доводам, они зачастую приводят выдержки из трудов христианских писателей первых веков, отвергавших необходимость крещения детей. Вместе с тем преобладающее большинство первохристианских источников указывает нам на необходимость совершения таинства Крещения над детьми. Святой Иустин Философ пишет: «Младенцы удостаиваются благ, даруемых через крещение по вере тех, кто приносит их ко крещению»242. Святой Ириней Лионский так говорит об этом: «…пришел (Христос) спасти через Себя всех, которые через Него возрождаются в Бога, младенцев, детей, отроков, юношей, старцев»243.

 

Столь же однозначно ясно говорится о прощении грехов при совершении таинства Крещения. Так, апостол Варнава (II век) пишет: «Мы сходимся (т.е. по-гружаемся) в воду (крещение), полные грехов и нечистоты, а выходим из нее с приобретением — со страхом в сердце и с надеждою на Иисуса в духе, получая же отпущение грехов и надежду на имя Господне, мы соделываемся новыми, совершенно вновь созданными, так что имеем младенческую душу, как воссозданную духовно»244.

 

 

 

16. О таинстве Миропомазания

 

 

 

«Возложили руки на них, и они приняли Духа Святого… Симон же, увидев, что чрез возложение рук Апостольских пода­ется Дух Святый»

 

(Деян. 8,  17 — 18).

 

«Они крестились во имя Господа Иисуса, и, когда Павел возложил на них руки, нисшел на них Дух Святый»

 

(Деян.  19, 5 — 6).

 

 

 

Православие учит, что в таинстве Крещения нам подается прощение грехов и открываются врата в Царство Христово. В этом Таинстве мы рождаемся в жизнь духовную и становимся членами Церкви Христовой. Задача Церкви — спасение и возрождение природы че­ловеческой. Господь говорит: «Без Меня не можете делать ничего» (Ин. 15, 5). Благодатные силы для совершения спасения подаются каждому члену Христовой Церкви через таинство Миропомазания.

 

Миропомазание есть такое «Таинство, в котором верующему при помазании освященным миром частей тела подаются благодатные силы, необходимые для укрепления его в духовной жизни»245. Из этого следует, что Миропомазание существенно отличается от таинства Крещения тем, что в нем сообщается иная степень благодати и под другими знамениями246.

 

Обетование о таинстве Миропомазания было дано Самим Христом, когда Он в последний день великого праздника обещал Своим ученикам ниспослать Духа Святого247: «Кто верует в Меня, у того, как сказано в Писании, из чрева потекут реки воды живой». «Сие сказал Он о Духе, Которого имели принять верующие в Него» (Ин. 7, 38 — 39). Это обетование осуществилось в день Пятидесятницы.

 

Но это только обетование, само же утверждение Таинства, вероятнее всего, приходится на время сорокадневного пребывания Спасителя на земле после Воскресения. Мы не встречаем сообщений в Писании о деятельности Спасителя в это время. Однако из Деяний Апостолов мы знаем, что Господь учил их о Царстве Божием (Деян. 1, 3).

 

Можно предположить, что слова «идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа» (Мф. 16, 19) и являются тем моментом, когда Господь установил таинство Миропомазания. Усматривая в словах Спасителя: «Кто не родится от воды и Духа» — указание на таинства Крещения и Миропомазания, можно заключить, что, согласно промыслу Спасителя, «тот и другой акт, вместе взятые, составляют условие, без которого нельзя стать христианином, нельзя участвовать в богодарованных правах и спасительных дарах»248. Сказанное выше позволяет утверждать, что Спаситель, установив таинство Крещения, в то же время прикровенно утверждает и таинство Миропомазания. Так как, по словам Спасителя, эти два Таинства должны составлять единое целое, собственно и дающее право быть членом Церкви Христовой.

 

Апостол Петр, обращаясь к народу в день Пятидесятницы, говорит: «Покайтесь и да крестится каждый из вас во имя Иисуса Христа для прощения грехов, и получите дар Святого Духа» (Деян. 2, 38). Здесь святой Петр говорит о первоначальных действиях Святого Духа, указывает на два акта возрождения человеческой личности: оставление грехов (Крещение) и дар Святого Духа (Миропомазание).

 

Святой апостол Павел в послании к Евреям учение о Крещении и возложении рук (Миропомазании) относит к начаткам учения Христова: «Оставивши начатки учения Христова, поспешим к совершенству; и не станем полагать основание обращению от мертвых дел и вере в Бога, учению о крещениях, о возложении рук, о воскресении мертвых и о суде вечном… Ибо невозможно однажды просвященных и вкусивших дара небесного, и соделавшихся причастниками Духа Святого… опять обновлять покаянием» (Евр. 6, 1 — 6). Здесь Апостол Крещение и возложение рук (Миропомазание) относит к первоначальным священнодействиям, совершаемым над христианами, но в то же время он различает их. Следствием «Крещение он поставляет просвя-щение, а следствием возложения рук — вкушение дара небесного, причастие Святого Духа. И Крещение и возложение рук, по Апостолу, суть два различных действа, и в обоих он признает таинственную благодатную силу»249.

 

Не уподобляются ли нынешние пятидесятники во младенческом своем неведении новообращенным первохристианам тем, что провозглашают на весь мир о крещении Духом Святым, которое будто бы по подобию первоапостольских времен совершается на их мо­литвенных собраниях?

 

В Апостольской Церкви Миропомазание осуществлялось посредством руковозложения, которое могли совершать только епископы. Это подтверждает Слово Божие: самаряне «поверили Филиппу, благовествующему о Царствии Божием и о имени Иисуса Христа, то и крестились и мужчины, и женщины» (Деян. 8, 12). Но диакон Филипп не мог сообщить им Духа Святого через руковозложение — Миропомазание, для этого из Иерусалима прибывают епископы Петр и Иоанн: «пришедши, помолились о них, чтобы они приняли Духа Святого, ибо Он еще не сходил на них, а только были они крещены во имя Господа Иисуса. Тогда возложили руки на них, и они приняли Духа Святого» (Деян. 8, 15 — 17).

 

То же совершено было и после Крещения Иоанновых учеников во имя Иисуса Христа: «когда Павел возложил на них руки, нисшел на них Дух Святый» (Деян. 19, 6). Подобная практика существовала еще во времена святого Киприана Карфагенского (IV в.), писавшего, что «молитвою и возложением на самарян рук призван был и снизошел на них Дух Святый. То же делается и теперь у нас, крещаемые в церкви представляются начальниками церкви, и нашею молитвою и возложением рук приемлют Духа Святого и запечатлеваются Господнею печатью»250.

 

Таинство Миропомазания уже в Апостольский век совершалось двояким образом — через возложение рук и через помазание частей тела освященным маслом. Это подтверждают достаточно определенные свидетельства в Священном Писании. В Соборном Послании Иоанна Богослова мы читаем: «Вы имеете помазание от Святого и знаете все… помазание, которое вы получили от Него, в вас пребывает, и вы не имеете нужды, чтобы кто учил вас; но как самое сие помазание учит вас всему и оно истинно и не ложно» (1 Ин. 2, 20 — 27). О том же свидетельствует и апостол Павел в послании к Коринфянам: «Утверждающий же нас с вами во Христе и помазавший нас есть Бог, Который и запечатлел нас и дал залог Духа в сердца наши» (2 Кор. 1, 21).

 

При этом нужно отметить, что здесь преимущественно говорится о внутреннем действии Таинства, но Апостолы используют в данном случае выражение, заимствованное от хорошо известного в те времена действа, т.е. помазания251.

 

Последнее должно быть очевидным для нас, потому что Апостолы говорят здесь о помазании от Святого Духа как о явлении общеизвестном, не требующем пояснений. В приведенных выше цитатах из Апостольских Писаний говорится о совершении Миропомазания в Апостольские времена именно в том виде, в каком оно совершается и поныне252. Если все же допустить, что помазание над верующими не совершалось и они не знали никакого вещественного знака, символизирующего для них внутреннее помазание, то как верующие могли бы истолковать приведенное нами выражение Апостола? Из Ветхого Завета следует, что помазание совершалось над царями и священниками и называлось: «миро священного помазания». Но если бы христиане не получали обряда помазания, то, читая Писание, не могли бы уразуметь апостольских слов. Между тем Апостолы говорят о помазании от Святого Духа и запечатлении как о деле обыкновенном, известном, понятном и не требующем разъяснений. «Помазание, как внутренний духовный акт, составляющий едва ли не самый трудный пункт для уяснения, мог быть понятен лишь в связи с соответствующим символическим действием»253.

 

Апостол Иоанн Богослов в своем Соборном Послании считает даже излишним пояснять, что помазание учит всему. Теперь совершенно понятно, почему руковозложение было заменено на Миропомазание. Помазание елеем наилучшим образом символизировало действие на душу благодати Святого Духа, ибо издревле масло было символом исцеления. Это следует из Послания апостола Павла к Коринфянам. Христиане Коринфа были младенцами в вере, знавшими только начатки христианского учения (1 Кор. 3, 1).

 

Вспомним, что коринфян обращал ко Христу не только апостол Павел. Им проповедовал апостол Петр, а после него и другие наставники (1 Кор. 4, 15). Вследствие этого они разделились, говоря: «Я Павлов»; «Я Аполосов»; «Я Кифин», «а Я Христов» (1 Кор. 1, 12).

 

Возможно ли было услышать подобное от крепких в вере христиан? Конечно, нет. Не имея в своей среде опытного духовного наставника, они умудрились грешить даже против святая святых христианства — Пречистого Тела и Крови Спасителя — Святой Евхаристии (1 Кор. 11, 26 — 31).

 

Мог ли апостол Павел в своем Послании говорить с этими «младенцами» во Христе о таком высокодуховном, отвлеченном понятии, каковым в данном случае является действие Святого Духа через внутреннее помазание?

 

Если бы коринфяне получили дар Святого Духа через руковозложение, то мог бы апостол Павел назвать возложение рук помазанием? Апостол в своих Посланиях, не упускавший случая каждому явлению дать объяснение, вряд ли стал бы для малоискушенных коринфян заменять понятие руковозложения таким неведомым для них синонимом, как помазание. Так, если Павел напоминает им о Святой Евхаристии, то в этом они были уже наставлены самим Павлом, участвовали в ней, видимым образом принимали Ее. То же самое мы должны заключить о помазании, сокровенное действие которого совершилось над коринфянами посредством вещественного святого елея. Апостол Павел пишет младенчески мыслящим коринфянам о помазании, запечатлении Святым Духом, напоминая, по всей видимости, об акте, хорошо известном им, совершаемом над ними ранее. Спросим себя: стал бы Апостол писать этим маловерным детям о духовном помазании, коего они ни разу не принимали телесно? Ведь это могло привести к еще большим спорам и разделениям.

 

История сектантского движения двух последних веков в России — явное тому свидетельство: молокане, духоборы, хлысты, скопцы, беседники, прыгуны, новый Израиль, монтанисты, жидовствующие и многие другие секты возникли в большинстве случаев потому, что время от времени возникало «особое» учение о помазании Святым Духом, оформлявшееся затем в очередное сектантское ответвление, которое также дробилось на множество малых сект. Уже в первом веке Христовой эры существовало две формы преподавания верующим даров Святого Духа (Миропомазание) — через возложение рук и помазание тела елеем. Апостолы, желая раскрыть христианам сокровенное действие таинства Крещения, заимствовали для этого внешнюю форму Таинства. Апостол Павел обращается к коринфянам: «Такими (грешниками. — И.Е.) были некоторые из вас, но омылись, но освятились, но оправдались именем Господа нашего Иисуса Христа» (1 Кор. 6, 11). Здесь Апостол, указывая на сокрытое действие таинства Крещения, прибегает к внешней форме его совершения — омовению.

 

Замена руковозложения на Миропомазание происходила постепенно. Упоминание об этом встречается еще в книге Апокалипсиса. Послание относится ко второй половине Апостольского века (I в.). Возможно, первоначально Апостолы сами возлагали на обращенных ру­ки, но с массовым распространением христианства ни они сами, ни епископы не могли более везде поспевать на множество крещений. Тогда, по-видимому, и было дозволено совершать святое Таинство пресвитерам через помазание. Об этом свидетельствует книга Деяний в эпизоде о крещении самарян. Другой возможной причиной замены обрядовой формы Таинства могло послужить недоумение верующих, желавших понять, в чем отличие обряда руковозложения (через которое преподается благодать священства) от низведения даров Святого Духа, которое тоже совершается посредством возложения рук. По всей видимости, Апостолы сами устранили подобные недоразумения254. Так как через руковозложение поставляли в иерархические степени диакона (Деян. 6, 6), пресвитера (Деян. 20, 28), епископа (1 Тим. 1, 6). Через возложение рук преподавали дар Святого Духа крещеным — дар печати Божией (Деян. 8, 17; 19, 6). Через это же внешнее действие врачевали болезни (Деян. 28, 8). Апостолы употребляли возложение рук и в других случаях (Деян. 13, 3).

 

Почему именно миро было избрано для совершения Таинства? Святой Кирилл Иерусалимский на сей счет так рассуждает: «Ведать надлежит, что преобразование Миропомазания находится в Ветхом Писании. Ибо когда Божие повеление Моисей передавал своему брату и поставил его в первосвященника, то по измытии водою помазал его и сей был назван помазанником, т.е. от помазания образованного, так и Соломона, возводя на царство, архиерей помазал. Но тогда только образы были некоторым. Вам же не образно, а истинно, потому что вы от Святого Духа истинно помазаны»255.

 

Сектанты на это возражают, говоря, что в писаниях Мужей апостольских не содержится упоминания о Миропомазании. Это действительно так, но лишь потому, что Апостолы рассматривали Таинство в тесной связи с Крещением и нарицали их единым именем — Кре­щение. При сем они различали крещение водою и крещение Духом Святым, что является в собственном смысле Миропомазанием256. В писаниях Мужей апостольских и в самом деле нет ясных указаний на акт Миропомазания, но это отнюдь не говорит об отсутствии этого Таинства во втором веке по Рождеству Христову. У святых Апостолов нет упоминаний и о многом ином, что, тем не менее, было повсеместной практикой Апостольских времен. Не так ли и в наше время родители, говоря, что нужно окрестить ребенка, не упоминают при этом о Миропомазании…

 

В III веке практика низведения даров Святого Духа через Миропомазание закрепилась окончательно, чему есть немало свидетельств Отцов Церкви.

 

Пятидесятники утверждают, что Дух Святой может сойти на человека как через возложение рук, так и без оного, ссылаясь на день Пятидесятницы и на крещение сотника Корнилия. Но в день Пятидесятницы Дух Святой сошел только на двенадцать Апостолов (Деян. 2, 1 — 14). Очевидно, что сошествие Духа на сотника Корнилия произошло благодаря тому, что рядом были Апостолы и дабы несомнительно показать апостолу Петру, что «во всяком народе боящийся Его и поступающий по правде приятен Ему» (Деян. 10, 35)257.

 

Если бы Святой Дух мог непосредственно, без возложения рук, нисходить на человека, то не было бы никакой необходимости апостолам Петру и Иоанну отправляться в далекий путь к самарянам, чтобы сообщить им благодать Духа Святого. И хотя пятидесятники не отрицают, что Дух Святой мог нисходить в Церкви и через возложение рук, но настаивают на том, что это было крещение Святым Духом со знамением иных языков. Следует, однако, помнить, что Священное Писание только однажды говорит о том, что после возложения рук на крещеных они заговорили языками (Деян. 19, 6).

 

Православие исходит из того, что дар языков был дан Иоанновым ученикам для явления силы благодати Христовых Таинств. Зато дважды говорится в Писании о возложении рук Апостолами и получении благодати Святого Духа без упоминания о даре языков. Отсюда мы вправе заключить, что речь здесь не о крещении Святым Духом, которое непременно, по учению пятидесятников, должно сопровождаться глоссолалией, а о руковозложении (Миропомазании).

 

В Деяниях находим описание возложения рук апостолами Петром и Иоанном на самарян, после чего на них сошел Дух Святой (Деян. 8, 17 — 18), но и при этом ничего не сказано о говорении на иных языках.

 

Мы можем предположить, что Апостолы, обладая полнотой харизматических дарований, могли вместе с даром Святого Духа сообщать и прочие дарования. В Апостольской Церкви к этому прибегали для вящего укрепления веры новообращенных258.

 

У пятидесятников отсутствует таинство Миропомазания (возложения рук). Даже «крещение Духом Святым»nbsp;/p у них никогда не совершается посредством руковозложения. Лишь в исключительных случаях, когда во время долгих экстатических молитв кто-то впервые начинает невнятно бормотать «языками» (тогда его держат некоторое время за голову), это и выдается за акт «крещения Духом Святым».

 

Пятидесятники убеждены, что в руковозложении нет никакой нужды, ибо: «Дух дышит где хочет, и голос его слышишь, а не знаешь, откуда приходит и куда уходит» (Ин. 3, 8). Они обвиняют православных иереев в том, что те якобы присвоили себе право распорядителей Святого Духа: одним дают, другим отказывают. Истина здесь лишь в том, что подготовленных к принятию таинства Крещения и Миропомазания пастыри Церкви допускают к принятию Святого Духа, а духовно несозревшим для этого предлагают пройти путь духовной подготовки. Отметим также, что Апостолы и в самом деле распоряжались дарами Святого Духа, на что неоднократно указывает нам Священное Писание. В книге Деяний Апостольских со всей учительской определенностью сказано, что Дух Святой подается через руковозложение. Мы видим это из уже упомянутого выше эпизода о крещении самарян: «Симон же, увидев, что через руковозложение рук Апостольских подается Дух Святой, принес им деньги, говоря «дайте и мне власть сию, чтобы тот, на кого я возложу руки, получил Духа Святого» (Деян. 8, 18 — 19). Апостолы отвергли прошение языческого волхва как духовно не готового к принятию Спасителя.

 

О посредниках, совершавших Таинство нашего спасения, упоминается в Ветхом Завете. Ветхозаветная Церковь исходила из того, что хотя помазание маслом (елеем) совершают люди, но невидимо его творит Сам Бог.

 

Пророк Самуил, помазывая на царство Саула, сказал: «Господь помазывает тебя в правители наследия Своего» (1 Цар. 10, 1). «Помазанники Божии всегда дороги очам сердца Его» (Пс. 104, 15; 1 Цар. 26, 9).

 

Апостол Павел, рукоположивший Тимофея во епископы, советует ему возгревать дар Божий, который он получил вследствие этого (2 Тим. 1, 6). Преподав дар священства через руковозложение, святой Павел относит сие действие к Святому Духу. «Вас Дух поставил», — говорит он ефесским пастырям (Деян. 20, 28). Таким образом, Дух Святой действительно «дышит где хочет» (Ин. 3, 8), но совершается это «дыхание» не без непосредственного участия людей.

 

Вспомним, что даже Спаситель прибегал при исцелении недужных к различным веществам, ибо этого требует человеческая двусоставная природа. Так, для таинства святого Крещения нужна вода, для Миропомазания — освященное миро. Да и сами сектанты ис­пользуют в своей практике помазание больных елеем (маслом). Зададимся вопросом: зачем же они это делают, ведь, согласно их учению, все обряды Православия следует воспринимать сугубо символически? Они говорят, ссылаясь на послание Иакова (5, 14 — 15), что подобная практика была в Апостольской Церкви. Но в Апостольский век одновременно существовало и руковозложение, коим подавались дары Святого Духа.

 

Отвергая благодатное таинство Миропомазания, сектанты лишили себя истинной духовной жизни. «Кто со Мной не собирает, тот расточает», — говорит Спаситель. Во втором послании к Коринфянам апостол Павел «помазыванием» называет такое действие, которое, как и возложение рук, подает от Святого Духа знание истины веры и научает ей»»9. Сектанты живут

 

вне истинной веры, ибо нет в их сердцах Учителя и Наставника — Святого Духа. Истинные христиане имеют в себе Святого Духа, в чем их несомненно утверждает таинство Миропомазания, когда священник, семикратно помазуя  тело, произносит: «Печать дара Духа Святого». Символическое указание на это новозаветное Таинство мы видим в описываемом снятии проказы в одном из эпизодов Ветхого Завета (4 Цар. 5, 11 — 14). Разница лишь в том, что тогда человек мог очиститься внешне — телесно, а ныне благодатью Святого Духа мы очищаемся от внутренней проказы греха.

 

В неведении своем пятидесятники уподобляют себя язычнику Нееману, который не поверил пророку Елисею, велевшему для очищения от проказы омыться в водах Израиля. Раздосадованный Нееман пошел прочь от пророка, говоря: «Вот, я думал, что он выйдет, станет и призовет имя Господа, Бога своего, и возложит руку свою на то место, и снимет проказу, разве Авана и Фарфар, реки Дамасские, не лучше всех вод Израильских?» (4 Цар. 5, 11 — 12). Однако рабы Неемана все же уговорили его послушаться пророка. Нееман «окунулся в Иордане семь раз, по слову человека Божия, и обновилось тело его, как тело молодого ребенка, и очистился» (1 Цар. 5, 14).

 

На все эти доводы сектанты неизменно отвечают, что под словом «помазание» следует понимать всего лишь тайное наитие Святого Духа, не сопровождающееся каким-либо внешним актом, ибо «Бог Духом Святым помазал Иисуса» (Деян. 10, 38), и Сам Спаситель говорил: «Дух Господен на Мне, ибо Он помазал Меня» (Лк. 4, 18). Под помазыванием сектанты всегда подразумевают невидимое действие Святого Духа, преводя слова из Писания: «Я умолю Отца, — говорил Спаситель, — и даст вам другого Утешителя, да прибудет с вами во век… Он с вами пребывает и в вас будет… Дух Святой, Которого пошлет Отец во имя Мое, научит вас всему и напомнит вам все, что Я говорил» (Ин. 14, 16 — 17, 26).

 

Пятидесятники охотно сравнивают повествование Евангелия Иоанна Богослова, где говорится, что «с вами пребывает и в вас будет Дух Святой» (Ин. 14, 16 — 17), с его словами в Первом Послании, где сказано, что «Помазание учит вас всему» (1 Ин. 2, 27). В Евангелии читаем: «Дух истины»; в Послании: «Оно (помазание. — И.Е.) истинно».

 

Сектанты напоминают, что не через руковозложение снискали Апостолы Духа Святого: «Пошлет Отец во имя Мое» (Ин. 14, 26), «Я пошлю вам от Отца» (Ин. 15, 26). На основании этого делают заключение: Отец Небесный посылает Духа Святого всякому верующему, просящему у Него, а акт снисхождения Святого Духа на верующего святой Иоанн Богослов и называет помазанием. Нередко даже просят указать, а где сказано, что Господь дал Апостолам повеление низводить дары Святого Духа через помазание маслом (миром). Ответом на этот вопрос будет вопрос же. Так, пятидесятники днем покоя почитают воскресенье. Но где в Писании говорится, что Спаситель отменил ветхозаветную субботу? Нет в слове Божием и прямых указаний Спасителя о совершении руковозложения, тем не менее при поставлении в пресвитеры и епископы сектанты совершают этот обряд. Подобные примеры можно продолжить.

 

Помазание (крещение) Святым Духом человека-грешника пятидесятники едва ли не уподабливают помазанию, которое совершилось действием благодати Святого Духа над Господом нашим Иисусом Христом. Богочеловек, конечно же, не требовал освящения или от­пущения грехов. И помазание, совершившееся над Спасителем, никак нельзя приравнивать к действию Святого Духа на обычного человека. В сорок пятом псалме мы читаем: «Помазал тебя Боже Бог твой елеем радости» (Пс. 45, 8). Этот пророческий стих должно понимать лишь в смысле возложения через совет Святой Троицы на Вторую Ипостась Ее особых божественных чаяний, направленных на соединение с полной человеческой природой. Заявлять после этого, что любой человек до таинства Крещения может быть помазан Святым Духом есть признак духовного невежества. Можно и далее продолжить кощунственные сравнения помазания Святым Духом Господа нашего Иисуса Христа с «помазанием» (крещением) духом со знамением языков у пятидесятников. Но для автора этих строк Господь Иисус Христос — это прежде всего Спаситель, а не «Иисус» или «дорогой Иисус», как обычно называют Богочеловека сектанты на своих собраниях. Лучше совсем не касаться этого вопроса, чтобы не заронить в сердце читателя той холодной, бездуховной пустоты, которая царит во всех деноминациях протестантизма, и пятидесятников в том числе.

 

Расхожая ссылка пятидесятников на Апостолов и некоторых из язычников, в доме Корнилия получивших Духа Святого без руковозложения, малоубедительна, ибо даже в природе были Исключительные явления, такие, как остановка движения Солнца. То же мы можем сказать и об исключительности явления облагодетельствования отдельных лиц. Были исключения, но общий порядок при этом не нарушался. Да, Дух Святой ниспосылается Отцом, при этом не забудем, что посылается Он только тем, у кого есть истинная вера, кому вверено строительство тайн Божиих, т.е. истинным восприемникам Апостолов.

 

Как со времен Апостолов, так и ныне святая Церковь Христова преподает входящим в нее благодать Духа Святого, что иными словами мы можем назвать крещением Духом Святым. Внутреннее действие таинства благодатного крещения Духом, являясь единовременным актом (таинство Миропомазания), продолжает действовать на человека на протяжении всего жизненного пути. Таким образом, крещение Духом Святым— это вся разумно-духовная жизнь каждого члена Церкви, борющегося с грехом и тем самым принимающего как бы огненное крещение, что, по словам апостола Павла, очищает душу от скверны, делает ее достойной Царствия Небесного.

 

И если в Писаниях Мужей апостольских, как уже отмечалось, мы не находим ясных свидетельств о таинстве Миропомазания (на то были вполне объективные причины), то уже в III веке от Рождества Христова таких свидетельств множество. Приведем одно из них — учителя Карфагенской Церкви Тертуллиана: «По исшествии из купели мы помазываемся благословенным помазанием, по древнему чину, как обычно помазываемы были на священство елеем из рога, так помазан и Христос Духом от Бога Отца… Так и в нас помазание, хотя происходит телесно, но приносит плод духовный, подобно тому, как и в крещении совершение его бывает телесно, поелику мы освобождаемся от грехов. Затем возлагается рука, через благословение призывающая и привлекающая Святого Духа»260.

 

 

 

17. О таинстве Причащения

 

 

 

«Я — хлеб живой, сшедший с небес: идущий хлеб сей будет жить вовек, хлеб же, который Я дам, есть Плоть Моя, которую Я отдам за жизнь мира»

 

(Ин. 6, 51).

 

«Кто ест и пьет недостойно, тот ест и пьет в осуждение себе, не рассуждая о Теле Господнем. Оттого многие из вас немощны и больны и немало умирает» (1 Кор. 11, 29 — 30).

 

 

 

«Причащение есть такое Таинство, в котором верующий под видом хлеба и вина причащается истинного Тела и Крови Спасителя»261, «для теснейшего соединения с Ним, для оставления грехов и получения вечной жизни»262.

 

Пятидесятники отвергают возможность претворения хлеба и вина в истинное Тело и Кровь Спасителя. Они совершают хлебопреломление — вечерю Господню — только как воспоминание о страданиях и смерти Господа Иисуса Христа (1 Кор. 11, 26).

 

Сам акт вкушения хлеба и вина, которые только символизируют Тело и Кровь Спасителя, у пятидесятников предваряется обрядом омовения ног. Этому придается огромное значение, так как, по их мнению, хлебопреломление без омовения ног не может являться полно­ценным исполнением заповеданного Спасителем. «Символическое значение этого обряда заключается в том, — пишут сектанты, — чтобы наши ноги были чистыми и прекрасными, дабы они более не ходили широкими путями, а следовали по следам Христа (Ис. 52, 7; 1 Петр 2, 21) тесными вратами и узким путем» (Мф. 7, 13 — 14)263.

 

Обычно омовение совершается в конце богослужения. Верующие — мужчины и женщины — по отдельности собираются в комнаты, где приготовлены стулья и тазы с теплой водой. Здесь они выстраиваются попарно и один другому омывает ноги. При этом буквализм сектантов доходит до того, что они перевязывают «чресла свои» полотенцем, уподобляясь тем самым Иисусу Христу. После окончания омовения все идут в зал, где совершается хлебопреломление.

 

Во многих общинах перед вечерей устраивают собрание покаяния, где верующие, кто вслух, кто про себя, просят у Бога прощения. Многие перед вечерей накладывают на себя пост — день ничего, кроме воды, не вкушают.

 

Величайшее значение Евхаристии Православная Церковь видит в том, что в этом Таинстве Божество соединяется со Своим творением. Этим свидетельствуется любовь Творца к людям и повергается всякая ересь, унижающая человека — образ и подобие Божие.

 

О том, что хлеб и вино в Истинной Церкви, среди верных чад Божиих, пресуществляется в Тело и Кровь Христовы, нас учит Писание. Сам Господь во время Тайной вечери «взял хлеб и, благословив, преломил и, раздавая ученикам, сказал: Приимите, ядите; сие есть Тело Мое. И взял чашу и, благодарив, подал им и сказал: пейте из нее все; ибо сие есть Кровь Моя Нового Завета, за многих изливаемая во оставление грехов» (Мф. 26, 26 — 28). Как известно, во все времена хлеб и вино были общечеловеческим символом жизни и веселия, и ветхозаветная Пасха являла акт вкушения пасхальной жертвы, хлеба и вина. А Христос для нас — новая жертва. «Христос заклан за нас», — пишет апостол Павел.

 

На кресте страдал Богочеловек. Вкушая пречистые Тело и Кровь Спасителя, мы становимся участниками жизни Нового Адама. Именно в этом состоит существо жертвенного характера Евхаристии.

 

О том, что Причастие есть вкушение истинного Тела и Крови, писал апостол Павел: «Чаша благословения, которую благословляем, не есть ли приобщение Крови Христовой? Хлеб, который преломляем, не есть ли приобщение Тела Христова? Один хлеб, и мы многие одно тело, ибо все причащаемся от единого хлеба» (1 Кор. 10, 16 — 17). Здесь под хлебом разумеется Христос — глава Церкви, которая есть Тело Христово. И мы, составляющие Церковь Христову, приобщаемся и питаемся благодатными дарами своего главы — Иисуса Христа. Если бы христиане в Причастии принимали просто хлеб и вино, а не Тело и Кровь, то не стал бы уточнять и апостол Павел, говоря, что все христиане причащаются от одного хлеба.

 

В буквальном смысле верующие, находящиеся на разных континентах Земли, могут причащаться «от единого хлеба» (1 Кор. 10, 17) только в том случае, если

 

под хлебом и вином действительно понимать истинные Тело и Кровь Спасителя. «Иначе был бы не один, а много хлебов, так как всякая община причащается от своего хлеба»264.

 

Святой Павел предупреждал коринфских христиан: «Кто будет есть хлеб сей и пить чашу Господню недостойно, виновен будет против Тела и Крови Господней» (1 Кор. 11, 27). С точки зрения сектантов, среди них нет недостойных, ибо они уже спасены и, следовательно, достойны. К кому же тогда обращается апостол Павел? Разве не к христианам? И кто же тогда заблуждается: апостол Павел или сектанты?

 

Посмотрим, как пятидесятники пытаются разрешить это недоразумение. В Вероучении Объединенного Евразийского Союза ХВЕ сказано, что хлебопреломление «несет осуждение при недостойном участии, поэтому не принимается членами Церкви, находящимися на церковном взыскании» (1 Кор. 11, 27 — 30)265. Но разве об отлученных речь идет у Апостола? «Да испытывает себя человек, и таким образом пусть ест от хлеба сего и пьет из чаши сей», — пишет святой Павел (1 Кор. 11, 28). То есть человек сам по испытании своей совести должен решить — готов ли он соединиться с Господом. Здесь и речи нет о церковном запрещении.

 

Если даже согласиться с сектантами и допустить, что Причащение — не более чем потребление хлеба и вина в воспоминание о некогда бывших событиях, то чем же это воспоминание может оскорбить Бога, если даже эту память будут творить и явные грешники? Ведь многие из них веруют в Бога, помнят о нем, желают избавиться от греха, но соблазны одолевают их.

 

Только не омывший себя слезами покаяния грешник, приступив к Чаше с Телом и Кровью, будет повинен в дерзости и святотатстве. О таких пишет Апостол: «Ибо кто ест и пьет недостойно, тот ест и пьет в осуждение себе, не рассуждая о Теле Господнем. Оттого многие из вас немощны и больны, и немало умирает»(1 Кор. 11, 29 — 30). Итак, «кто будет есть хлеб сей и пить чашу Господню недостойно, виновен будет против Тела и Крови Господней» (1 Кор. 11, 27), а (отметим! — И.Е) не против простого хлеба, не рассуждая при этом, что он принимает не просто хлеб, а Тело Господие266. Таков смысл слов святого Павла. Все это еще раз обличает сектантское лжемудрие о их «не­порочности», «святости» и пригодности для Царствия Божия. Из Послания можно заключить, что и среди коринфских христиан многие не отличались благочестием. А о том, что простая пища — хлеб и вино — не приближает и не удаляет нас от Бога и уж, конечно, не может быть причиной нашей смерти, напоминает нам тот же Апостол: «Пища не приближает нас к Богу, ибо едим ли мы — ничего не приобретаем; не едим ли — ничего не теряем» (1 Кор. 8, 8).

 

Апостолы никогда не учили чему-либо противному Христу, сказавшему: «Если не будете есть Плоти Сына Человеческого и пить Крови Его, то не будете иметь в себе жизни» (Ин. 6, 53). Эти слова так поразили бывших со Спасителем, что «с того времени многие из учеников Его отошли от Него и уже не ходили с Ним» (Ин. 6, 66). Для многих эти слова явились действительно соблазном. И если бы Христос под словом «Плоть и Кровь» понимал только хлеб и вино, то Он пояснил бы это, видя, что многие отступают от Него. Господь же не стал говорить, что слова Его надо понимать духовно, а еще раз подчеркнул: «Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь пребывает во Мне, и Я в нем» (Ин. 6, 56).

 

Все Свои аллегорические высказывания в виде притч Господь всегда делал доступными каждому уму. Яркий пример — притча о виноградной лозе, добром пастыре и др. И будь слова «Тело и Кровь» только символами, Спаситель не оставил бы этого без пояснения для малодушных. Но, напротив того, Он говорил: «Старайтесь не о пище тленной, но о пище, пребывающей в жизнь вечную, которую даст вам Сын Человеческий» (Ин. 6, 27), ибо «Дух животворит, плоть не пользует ни мало» (Ин. 6, 63). Если бы Христос был просто человек, а не Богочеловек, то тогда бы и Его Тело не пользовало ни мало, но соединенное с Божеством… Оно, принимаемое верующими, соединяет их со Христом и дает им жизнь вечную»267.

 

Так понимают это все святые Отцы. Святой Кирилл Александрийский пишет: «Одна плоть вовсе не может оживлять, потому что сама имеет нужду в оживляющем, но она животворит потому, что соединена с животворящим Словом».

 

Желая доказать, что Спаситель говорил на Тайной вечере о простом хлебе и вине, харизматики приводят следующие слова: «Истинно говорю вам: «Я уже не буду пить от плода виноградного до того дня, когда буду пить новое вино в Царствии Божием» (Мр. 14, 25).

 

Тайная вечеря была совершена после обряда ветхозаветной Пасхи. В приводимой сектантами цитате Христос разумел «то вино, которое пили с Ним ученики Его до установления Причащения»268. Более обстоятельно раскрывает события вечери евангелист Лука, упоминая именно о двух чашах. Первую чашу Христос взял во время совершения ветхозаветной Пасхи, сказав ученикам: «Приимите ее и разделите между собою, ибо сказываю вам, что не буду пить от плода виноградного, доколе не придет Царствие Божие». И, взяв хлеб и благодарив, преломил и подал им, говоря: «Сие есть Тело Мое, которое за вас предается, сие творите в Мое воспоминание». Так же и чашу после вечери, говоря: «Сия чаша есть Новый Завет в Моей Крови, которая за вас проливается» (Лк. 22, 17 — 20).

 

Очевидно, что первая чаша и слова, относимые к ней, не являются установлением Евхаристии. Все евангелисты, описывая Тайную вечерю, непременно упоминают, что сначала Христос подал им хлеб, а потом чашу, что ясно прослеживается и в повествовании святого Луки. Следовательно, в словах Христа, сказанных при первой чаше: «Я уже не буду пить от плода виноградного» (Лк. 22, 18), — речь была о первой чаше, то есть о простом вине, а вовсе не о том, которое Он благословил и назвал «Кровию Своею»269. Таковыми словами Спаситель предупредил учеников о Своем скором отшествии из этого мира.

 

Сектанты вообще очень скептически относятся к обрядовым полномочиям грешного иерея. В их понимании все православные — грешники, не имеющие истинной веры, чтобы претворить хлеб и вино в Пречистое Тело и Кровь. Для них не существенно, что священник совершает это действо по вере Церкви, а сказано, что «все возможно верующему».

 

Самое же пресуществление совершается Духом Святым, о чем священник молится на Литургии: «Низпосли Духа Твоего Святого на ны и на предлежащие дары сия». Вправе ли мы усомниться в том, если знаем доподлинно, что в Писании сказано: «Все, что ни попросите от Меня с молитвой, получите». Святой Иоанн Златоуст рассуждал об этом так: «Действия этого Таинства совершаются не человеческою силою. Тот, кто совершил их тогда на той вечери, и ныне совершает их. Мы занимаем место служителей, а освящает и претворяет дары Сам Христос».

 

Подтверждение сущности Евхаристии мы находим и в словах Спасителя, сказанных после чудесного насыщения пятью хлебами: «Вы ищете Меня не потому, что видели чудеса, но потому, что ели хлеб и насытились. Старайтесь не о пище тленной, но о пище, пребывающей в жизнь вечную, которую даст вам Сын Человеческий» (Ин. 6, 26 — 27). «Я — хлеб живый, сшедший с небес: ядущий хлеб сей будет жить вовек, хлеб же, который Я дам, есть Плоть Моя, которую Я отдам за жизнь мира» (Ин. 6, 51). Говоря эти слова, Господь предвещал, что в будущем верующие должны будут приобщаться великой святыни — то есть Плоти и Крови.

 

Евхаристия для православных — это бескровная жертва. Апостол Павел говорит: «Мы имеем жертвенник, от которого не имеют права питаться служащие скинии» (Евр. 13, 10). Но если есть жертвенник, то есть и жертва. Сектанты отвергают жертвенный характер хлебопреломления, для них это не более чем вкушение хлеба и вина.

 

Справедливости ради отметим, что и среди харизматиков есть признающие, что в акте хлебопреломления вкушаются истинные Тело и Кровь Христовы. Но при этом они остаются в глубоком заблуждении, полагая, что без благодатного священства возможно чудо пресу­ществления хлеба и вина. Подлинная Евхаристия может совершаться только в Православной Церкви.

 

В первые века истинное понимание Евхаристии отвергали только еретики. Например, докеты учили, что Христос принял «призрачную», а не настоящую человеческую плоть. Это было следствием извращенного учения о воплощении Бога. Но как понимать разделяющих Православное вероучение о воплощении Богочеловека, но унижающих святое таинство Евхаристии, не верящих словам Самого Христа? Святой Кирилл Иерусалимский о таких говорит: «Если Сам Господь определенно сказал о хлебе: сие есть Тело Мое, — кто осмелится после того сомневаться в этом? И если Сам подтвердил и изрек: сие есть Кровь Моя, — кто усомнится и скажет, что это не Кровь Его? Хотя чувства и представляют тебе хлеб и вино, но да укрепляет тебя вера».

 

Разве не очевидно, что, отвергая ясное свидетельство Священного Писания и всех богоносных Отцов, сектанты лишают себя даров истинной веры?

 

«Спасение достигается не через вкушение Тела и Крови, — заявляют сектанты, — мы очищены через Слово, которое Господь проповедовал».Однако для спасения потребно не одно только слово, ибо сказано: «Очищены, но не спасены». Святые Апостолы были очищены через Слово гораздо более, нежели нынешние сектанты, однако Господь говорил им: «Если не будете есть Плоти Сына Человеческого и пить Крови Его, то не будете иметь в себе жизни» (Ин. 6, 53).

 

Действительно, исполнение Слова Божия очищает душу. Исполнять же надлежит все, как написано в святой Библии. Господь еще задолго до Своих крестных страданий говорил ученикам: «Старайтесь не о пище тленной, но о пище, пребывающей в жизнь вечную, которую даст вам Сын Человеческий». Если бы спасало только Слово, разве указывал бы Господь на будущее время, присовокупив, что пищу, вводящую в жизнь вечную, Он только даст. Итак, одно только Слово Божие само по себе еще не спасает. Все, изложенное в Писании, необходимо не просто исполнять, буквально подражая первохристианам, а еще правильно понимать и правильно исполнять.

 

Логика сектантов неизбежно порождает недоразумения. Например, сказано: «Слушающий Слово Мое и верующий в Пославшего Меня имеет жизнь вечную» (Ин. 5, 24). Но если так, то зачем пятидесятникам нужно еще и крещение Духом Святым, ведь если следовать их рассуждению, достаточно слышать и веровать!

 

Оспаривая православных, пятидесятники приводят следующее место из Писания: «Учениями различными и чуждыми не увлекайтесь, ибо хорошо благодатью укреплять сердца, а не яствами, от которых не получили пользы занимающиеся ими» (Евр. 13, 9). Да, сердце человека укрепляет только благодать, но в послании к Евреям Апостол под яствами понимает различные ветхозаветные обряды, «относящиеся до плоти (которые. — И.Е.), установлены были только до времени исправления» (Евр. 9, 10).

 

Особенно часто сектанты для подтверждения своей «правоты» прибегают к книгам Ветхого Завета. «Кто неразумен, оборотись сюда! И скудоумному Она (Премудрость) сказала: идите, ешьте хлеб мой и пейте вино, мною растворенное» (Пр. Сол 9. 4 — 5). «Гумно и точило не будет питать их, и надежда на виноградный сок обманет их» (Ос. 9, 2).

 

Не разбирая каждое место в отдельности, отметим: сказанное относится к ветхозаветным евреям. Так, в последней приведенной цитате пророк Осия предрекает евреям, что за идолопоклонство их настигнет голод и ничего более того.

 

Сектанты собрали целую подборку текстов Нового Завета, которыми охотно пользуются, отстаивая свое учение. Вот только малая часть этого цитатника о хлебопреломлении: «Старайтесь не о пище тленной, но о пище, пребывающей в жизнь вечную, которую даст вам Сын Человеческий». «Дух животворит, плоть не пользует ни мало». «Слова, которые говорю Я вам, суть дух и жизнь» и др.

 

Но если все это так, то уместно спросить, зачем же тогда «духовные» христиане-пятидесятники и им подобные совершают хлебопреломление? Они-то уж действительно едят и пьют простые хлеб и вино. И если плоть не пользует ни мало, а лишь дух животворит, не противоречит ли нынешняя их практика фарисейским выпадам против Церкви Христовой. Ибо если заблуждаются православные, то не заблуждаются ли они еще больше, когда всех и вся обвиняют в бездуховности, в то же время являют образцы сугубого обрядоверия?..

 

В дореволюционной России существовало и есть ныне множество сект: духоборы, молокане, хлысты и другие, которые отвергают и саму необходимость в хлебопреломлении. Такова, по-видимому, еще одна из неизбежных ступеней в «развитии» идей Реформации, ведь для сектантов Причащение состоит в принятии учения Спасителя и исполнении Его заповедей. После этого уже не удивляет, что и самое водное крещение некоторыми сектами отвергается напрочь. В самом деле, если спасают только заповеди, а крещение лишь внешний знак внутреннего созревания, то к чему оно… Своя, разумеется превратная, логика здесь налицо. Сводя Причастие к простому вкушению хлеба и вина, а крещение к обычному купанию, сектанты низвели до ветхозаветных «вкушений» и «омовений» эти величайшие новозаветные события.

 

Подобное мудрование в конце концов способно признать бесплодным и самое воплощение Спасителя, Его Страдания, Смерть и Воскресение, а в итоге «придется отвергнуть жертву Христа за людей»270.

 

Возвращаясь к рассмотрению вопроса о понятиях «дух» и «плоть», отметим, что в Священном Писании слово «дух» действительно нередко употребляется в значении духовного образа жизни. Слово же «плоть» противопоставляется ему и несет в себе указание на бездуховность. Апостол Павел в своем послании к Римлянам пишет: «Нет ныне никакого осуждения тем, которые во Христе Иисусе живут не по плоти, но по духу… Помышления плотские суть смерть, а помышления духовные — жизнь и мир» (Рим. 8, 1, 6). «Поступайте по духу — и вы не будете исполнять вожделение плоти, ибо плоть желает противного духу, а дух — противного плоти, они друг другу противятся» (Гал. 5, 16 — 17). «Начавши духом, теперь оканчиваете плотию» (Гал. 3, 3). Совершенно очевидно, что во всех этих цитатах слова «плоть» и «дух» противоположны друг другу. Под плотию понимаются греховные чувственные расположения человека.

 

Если бы Господь действительно установил на Тайной вечери только обряд воспоминания, то Он непременно пояснил бы это, как много раз пояснял притчи, делая их доступными слушающим. Но Он сказал другое: «Сие есть Тело Мое, и сие есть Кровь Моя, за вас и за многих изливаемая во оставление грехов». Если под Кровью и Плотью понимать только символы, то легко «дофилософствоваться» до «призрачных» страданий Господа Иисуса Христа. Однако Господь на кресте действительно пролил Свою человеческую кровь, которая искупила нас от всякого греха. Общниками страданий Христа мы становимся через несение личного креста и не только духовно становимся сопричастниками Его страданий, но и реально вкушаем истинные Тело и Кровь Спасителя, что является кульминацией всей нашей разумно-духовной жизни во Христе Иисусе.

 

Игнатий Богоносец — ученик святого Иоанна Богослова, — обличая еретиков-докетов, отвергавших реальность страданий Христа, а следовательно, и Причащения, учил: «Они удаляются от Евхаристии по той причине, что не признают, что Евхаристия есть Плоть Спасителя нашего Иисуса Христа, пострадавшего за наши грехи, Которую воскресил Отец по своей благости, почему, противясь дару Божию, они умирают в своих изысканиях, между тем полезно было бы им участвовать в Евхаристии, чтобы воскреснуть»271.

 

Точно так же пребывают в духовной смерти ныне и сектанты, отвергающие подлинное значение Евхаристии, льстя себя тщеславной мыслью, что ревностно исполняют Заповеди Божии.

 

Так же учит о Евхаристии и святой Иустин Философ. «Пища эта, — пишет он, — называется у нас Евхаристией… Мы принимаем это не как обыкновенный хлеб или обыкновенное питие, но как Христос Спаситель наш, Слово Божие, воплотился и имел плоть и кровь для спасения нашего, таким же образом, пища эта… есть, как мы научены, Плоть и Кровь того же воплотившегося Иисуса»272.

 

Святой Ириней Лионский, опровергая лжеучение еретиков-гностиков, по этому поводу замечает, что «человеческая плоть питается Телом и Кровью Господа и есть член Его»273.

 

От первых веков христианства до нынешних времен еретики упорно искажают Апостольское учение о Евхаристии. Преемство этой недоброй традиции сохраняется, ибо враг рода человеческого не дремлет. В истинной же Церкви Христовой до скончания века будет совершаться бескровная жертва, а все безблагодатные сообщества, никогда не знавшие Христа, останутся лишь подражателями буквы, но не духа Священного Писания.

 

Сектантов даже нельзя назвать отпавшими от Христа, ибо Спасителя среди них никогда не было, так как Христос пребывает только со смиренными сердцем. «Спасенные» и «равные Апостолам», в своей гордыне они превратили Спасителя в собственность, для них Христос — это «мой Иисус», о чем нередко распевают, и подчас в самое неподходящее время, именующие себя «духовными христианами». Воистину слепые вожди слепых, не ведающие, какого они духа причастники.

 

 

 

18. О таинстве Священства

 

 

 

«Для того я оставил тебя в Крите, чтобы ты довершил недоконченное и поставил по всем городам пресвитеров»

 

(Тит. 1, 5).

 

«Напоминаю тебе возгревать дар Божий, который в тебе через мое рукоположение»

 

(2 Тим. 1, 6).

 

 

 

Ветхий Завет о священстве

 

 

 

Вопрос о церковной иерархии является одним из самых больных для современного сектантства. «Исходя из ложного понятия о христианской свободе и видя в Иисусе Христе единственного посредника между Богом и людьми, сектанты считают священническую иерархию совершенно излишней, стесняющей и ограничивающей дарованную христианскую свободу»274. Такое заключение делается на основании превратного толкования некоторых мест Писания, где говорится, что «един Бог, един и посредник между Богом и человеками, че­ловек Иисус Христос» (1 Тим. 2, 5). «Ибо нет другого имени под небом, данного человекам, которым надлежало бы нам спастись» (Деян. 4, 12), так как 17. О таинстве Причащения «Он ходатайствует за нас одесную Бога на небе» (Рим. 8, 34).

 

Безусловно, человеку не дано своим ходатайством, равняться с Сыном Божиим, взявшим на Себя грехи всего мира, но это вовсе не означает, что невозможно всякое человеческое ходатайство. Сами сектанты молятся друг за друга. Чем иным, как не ходатайством является такая молитва? Когда решается вопрос о законной церковной иерархии, пятидесятники говорят: «Един посредник…» Если вы возразите, что нельзя молиться друг за друга, если один посредник, то можете услышать в ответ: «По ходатайству многих многие возблагодарили за нас(2 Кор. 1, И ). «Много может усиленная молитва праведного» (Иак. 5, 16), подкрепленная усердием тех, за кого молятся.

 

Апостол Павел пишет, что ветхозаветный закон был подан «рукою посредника» (Гал. 3, 19), т.е. Моисея. «Если они пророки и если у них есть слово Господне, то пусть ходатайствуют перед Господом Саваофом» (Иер. 27, 18). «Ходатаи твои отступили от Меня» (Ис. 43, 27), — читаем мы в пророческих книгах Библии. Ходатаи пред Богом были всегда, как в Ветхом, так и, ныне, в Новом Завете.

 

Православный мирянин может ходатайствовать пред Богом, как и православный священник, разница только в том, что пастырю Церковью вверено особое благодатное служение у престола Божия.

 

Так называемые пятидесятники-единственники и некоторые другие сектанты протестантского толка отвергают не только возможность благодатного священства, но и указывают на отсутствие в Апостольской Церкви трехстепенной иерархии.

 

Хотя Ветхий Завет был лишь тенью грядущих благ, но уже и там отчетливо прослеживается учение о трех степенях священнослужителей.

 

В шестнадцатой главе книги Чисел рассказывается о том, как однажды Корей, Нафан, Авирон и двести пятьдесят знатных мужей из народа израильского восстали против Моисея и брата его Аарона, говоря им: «Полно вам, все общество, все святы, и среди их Господь! Почему же вы ставите себя выше народа Господня?» (Чис. 16, 3). На это пророк Моисей ответил им: «Послушайте, сыны Левия: неужели вам мало того, что Бог Израилев отделил нас от общества Израильского и приблизил к Себе… и с тобою всех братьев твоих, сынов Левия, и вы домогаетесь еще и священства. Итак, ты и все твое общество собралось против Господа. Что Аарон, что вы ропщете на него?» (Числ. 16, 8-11).

 

Известно, что весь народ израильский был «царством священников и народом святым» (Исх. 19, 6). Однако Сам Бог из среды их избрал Аарона и сыновей его с особым правом по должности, которые не принадлежали остальному Израилю, хотя каждый из него был тоже «священником». Поэтому когда нашлись утверждавшие, что священство Аароново не выше того «священства», которое имеет каждый израильтянин, то пророк Моисей сказал им, что они восстали против установления Самого Бога, а не человека Аарона. Как видим, священство Аароново и сыновей его имело божественное установление. Вот почему апостол Павел говорит: «Никто сам собою не приемлет этой чести, но призываемый Богом, как Аарон» (Евр. 5, 4).

 

«И приведи Аарона и сынов его ко входу в скинию, и омой их водою. И облеки Аарона в священные одежды и освяти его, чтобы он был священником Мне. И сынов его приведи, и одень их в хитоны, и помажь их, как помазал ты отца их, чтобы они были священниками Мне, и помазание их посвятит в вечное священство в роде их» (Исх. 40, 12 — 15).

 

Аарон был первосвященником, а сыновья его священниками. Кроме этих степеней еще при скинии были и левиты (прислужники), избранные на эту должность тоже по велению Самого Бога. В книге Чисел читаем об этом: «Приведи колено Левиино и поставь его перед Аароном священником, чтобы они служили ему… Отдай левитов Аарону и сынам его в распоряжение… А если приступит кто посторонний, предан будет смерти» (Числ. 3, 6 — 10).

 

Над Аароном и сыновьями его при посвящении их в священство совершалось помазание. Известно, что избрание на царство в Ветхом Завете также совершалось посредством помазания.

 

Видимое это помазание не только указание народу израильскому, что отныне Аарон и сыновья его — священство особое, но есть также и священнодействие, через которое эти избранники посвящались Богом на священническое служение. Преимущество этого служения заключалось в том, что только Аарон и его потомки в поколениях получали право учить народ израильский, благословлять его и священнодействовать в скинии.

 

Священное Писание так раскрывает это тройственное священническое служение: «Это вечное постановление в роды наши, чтобы вы — Аарон и сыновья его — могли отличать священное от несвященного и нечистое от чистого и научать сынов Израилевых всем уставам, которые изрек их Господь через Моисея» (Лев. 10. 10 — 11).

 

«Уста священника должны хранить ведение, и закона ищут от уст его, потому что он вестник Господа Саваофа» (Малах. 2, 7). Только священники в Ветхом Завете имели право священнодействовать при скинии. «И ты и сыны твои с тобою соблюдайте священствоваше во всем, что принадлежит жертвеннику и что внутри за завесою, и служите, вам даю Я в дар службу священства» (Числ. 8, 7). К самозванцам же, то есть людям, самочинно принявшим на себя такую священническую должность, обращено грозное Слово Божие: «Посторонний, приступивший, предан будет смерти» (Числ. 18, 7).

 

Итак, в Ветхом Завете совершенно определенно указывается на трехстепенность священнической иерархии — в лице первосвященников, священников и левитов.

 

На это сектанты обычно возражают, что все это, мол, седая древность и ныне не актуально. Возразим и мы: почему в таком случае до сей поры протестанты продолжают именовать себя царями и священниками?

 

Надо согласиться с тем, что ветхозаветное священство было по чину Аарона временным — до установления священства новозаветного. Апостол Павел пишет: «Если бы совершенство достигалось посредством левитского священства, — ибо с ним сопряжен закон народа, — то какая бы еще нужда была восставать иному священнику по чину Мелхиседека, а не по чину Аарона именоваться? Потому с переменою священства необходимо быть перемене закона» (Евр. 7, 11 — 12).

 

Перемену священства, а не уничтожение его вообще совершил Сам Господь Иисус Христос, и то было предсказано еще в Ветхом Завете пророком Исаией: «Вот приду, говорит Господь, собрать все народы и языки, и они придут и увидят славу Мою. И положу на них знамение и пошлю из спасенных от них к народам… Из них буду брать также в священники и левиты, говорит Господь» (Ис. 66, 18 — 21).

 

Новозаветное учение о священстве Глава церкви Господь наш Иисус Христос, Новый и

 

Великий Первосвященник, основал и новое священство. И свое первосвященническое достоинство Иисус Христос не самовольно присвоил Себе, но получил от Бога Отца. О чем нам и сообщает апостол Павел: «Христос не Сам Себе присвоил славу быть Первосвящен­ником, но Тот, Кто сказал Ему: «Ты Сын Мой, Я ныне родил Тебя» (Евр. 5, 5). Вышеприведенное пророчество Исаии сбылось со всей непреложностью в Новом Завете. Новозаветное священство берет свое начало не от колена Левиина, а от Христа.

 

Сам Иисус Христос неверующим иудеям говорил: «Я не Сам от Себя пришел, но Он послал Меня» (Ин. 8, 42).

 

Ближайшими продолжателями дела Спасителя были Его ученики — святые Апостолы, которые также отнюдь не самовольно приняли на себя право священства — учить, священнодействовать и управлять в Церкви. И не община христианская дала им это право. Они были посланы на служение Самим Спасителем, Который отделил их на служение, избрав сначала двенадцать (Мф. 10, 1 — 4) и потом еще семьдесят учеников (Лк. 10, 1). Избрав их на служение Церкви и освятив Духом Святым (Ин. 20, 22), Господь сказал им: «Не вы Меня избрали, а Я вас избрал и поставил вас, чтобы вы шли и приносили плод» (Ин. 15, 16).

 

Дав Своим избранникам новое имя — Апостолы, Спаситель этим показал, что новые избранники в Его Церкви будут иметь особое предназначение, особые полномочия, свойственные не всем верующим, а только им. Свидетельством этому служит различный Его подход к научению народа и Апостолов.

 

Первому — народу — Спаситель предлагает начатки Своего учения, и большей частью в притчах (Мф. 13, 10 — 13). Апостолам же наедине изъясняет все. Сказал им все, «что слышал от Отца» (Ин. 15, 15), научил их тайнам Царствия Божия (Мф. 13, 11), открыл ум к пониманию Писания. Апостолы явились тем основанием, на котором Господь создал Свою Церковь. Только Апостолам и в их лице всем, рукоположенным во священнический сан, Господь передает Свое особое чрезвычайное полномочие. Только к ним обращены слова Спасителя: «Истинно говорю вам: что вы свяжете на земле, то будет связано на небе, и что разрешите на земле, то будет разрешено на небе» (Мф. 18, 18). «Как послал Меня Отец, так и Я посылаю вас. Сказав это, дунул, и говорит им: примите Духа Святого. Кому простите гре­хи, тому простится, на ком оставите, на том останутся» (Ин. 20, 21 — 23).

 

Протестанты-пятидесятники учат о некоем «всеобщем» священстве в церкви, но осуществляется ли оно на практике? Как просят они друг друга отпустить им их согрешения, и мысленные в том числе?

 

Прежде чем быть принятыми в общину, каждый должен в слове засвидетельствовать свое глубокое, искреннее и прочувствованное покаяние перед единоверцами. На деле такое покаяние иногда занимает у них не больше минуты. Вправе ли члены пятидесятнической общины после этого утверждать, что они осуществляют принцип прощения грехов, заповеданный Спасителем? Чувствуют ли они в себе святую власть «вязать и решать»? Маловероятно, чтобы кто-либо об этом думал всерьез.

 

Можно ли назвать полной «исповедь кающегося», если она длится не более двух-трех минут? И как быть с грехами, совершенными уже после «обращения»? Сектанты на это отвечают, что каяться нужно только Господу. Но если так, то зачем тогда они практикуют словесное покаяние перед присоединением к общине? В Священном Писании нет и намека на это.

 

В послании к Коринфянам апостол Павел пишет: «Каждый должен разуметь нас как служителей Христовых и домостроителей тайн Божиих» (1 Кор. 4, 1). Апостол обращается к верующим, указывая при этом на особые полномочия епископской власти.

 

Способность совершать Таинства дается только благодатью Божией и через рукоположение лицами, имеющими этот благодатный дар. Свидетельств Писания на этот счет более чем достаточно (Деян. 20, 28; 1 Тим. 4, 14; 2 Тим. 1, 6; 1 Тит. 1, 5 и др).

 

Мы знаем, что Священное Писание определяет звание христианина как особое царственное священство (1 Петр. 2, 5, 9). Однако это никак не исключает необходимости и особенного священнического служения. Только Апостолам Господь сообщил высшее ведение, только им дал право учить других (Мф. 10, 1 — 8), только они вправе свидетельствовать о Нем и о Духе Святом (Ин. 15, 26 — 27).

 

В первосвященнической молитве Господь особым образом молится за Апостолов (Ин. 17, 17 — 19).

 

Апостолы по повелению Самого Иисуса Христа установили в Церкви три иерархические степени: епископ, пресвитер, диакон. Для возведения избранных лиц на эти степени Апостолами же было установлено рукоположение. Это молитвенное действие, исходящее не от членов общины (как у сектантов), а от Самого Бога, сообщает рукополагаемым лицам различные иерархические полномочия и благодать. Такое священство (иерархию) святой апостол Павел считает поставленным Самим Духом Святым (Деян. 20, 28), имеющим полномочие от Господа через Апостолов и их преемников.

 

Пятидесятники (ЕХДА) отвергают трехстепенную иерархию, напоминая, что в Апостольский век существовала двухстепенная иерархия — слова «епископ» и «пресвитер», согласно их предположению, — это различные наименования одного и того же служения, отличающегося от диаконского. О трехстепенности иерархии В Писании, как указывают пятидесятники (ЕХДА), есть якобы прямые указания на то, что одни и те же лица там называются то пресвитерами, то епископами. Апостол Павел, направляясь в последний раз из Греции в Иерусалим, дал наказ из города Милета в Ефес, чтобы оттуда к нему пришли пресвитеры (Деян. 20, 17). Когда же эти пресвитеры пришли, то Апостол называет их епископами, что следует из славянского текста Библии: «Внимайте себе и всему стаду, в котором Дух Святой поставил вас блюстителями (в славянском переводе — епископами. — И.Е.), пасти Церковь Господа и Бога» (Деян. 20, 28). Очевидно, что Павел под именем епископов подразумевает как епископов в собственном смысле, так и пресвитеров. Известно, что в Ефесской церкви епископом был Тимофей, который, конечно же, должен был прибыть на встречу с Апостолами. Как полагал святой Ириней Лионский, для прощания с Павлом в Милет вместе с пресвитерами могли собираться епископы из Ефеса и других городов275.

 

Рассмотрим следующий текст, приводимый евангельскими христианами в духе Апостолов. В Послании к Филиппийцам апостол Павел приветствует всех, находящихся «в Филиппах с епископами и диаконами» (Флп. 1, 1). Здесь, по мысли святого Иоанна Златоуста и других Отцов Церкви, под епископами следует понимать как пресвитеров, которые при Апостолах назывались и епископами и пресвитерами. В Филиппах епископом был Епафродит, его Павел и называет своим братом, сотрудником, сподвижником (Флп. 2, 25 — 29).

 

На основании вышеприведенных текстов нельзя, как то делают пятидесятники, утверждать о существовании в Апостольской Церкви двух степеней священства. Если следовать сектантскому буквализму, то в Писании можно найти такие места, где «говорится» вообще об одной степени священства. В послании к Тимофею святой Павел, характеризуя христиан, достойных быть пресвитерами, называет их епископами (1 Тит. 1, 5 — 7). В данном случае, по объяснению Отцов Церкви, под епископами святой Павел понимает и епископов и пресвитеров, что ясно следует из текста: «Для того я оставил тебя в Крите, чтобы ты довершил недоконченное и поставил по всем городам пресвитеров, как я тебе приказывал. Если кто непорочен, муж одной жены, детей имеет верных, не укоряемых в распутстве или непокорности. Ибо епископ должен быть непорочен, как Божий домостроитель» (1 Тим. 1,5 — 7).

 

В Апостольский век еще не было установившейся точной терминологии, закрепляющей за определенными лицами те или иные благодатные дарования посредством руковозложения. Даже Апостолы в Писании нередко называются именами не согласно их иерархи­ческому положению, а в соответствии с общеупотребительным значением этих наименований в первенствующей Церкви. Именно в таком, обобщенном, смысле апостолы Петр и Иоанн называются пресвитерами (1 Петр 5, 1; 2 Ин. 1, 1). А в греческом тексте апостолы (епископы) Павел, Аполлос, Тимофей (два последних апостолы от семидесяти) называются диаконами: «Кто Павел? Кто Аполлос? Они только служители? (греч. ???????? ) (1 Кор. 3 — 5). «Он дал нам способность быть служителями» (греч. ????????? ) (2 Кор. 3, 6). «И послали Тимофея, брата нашего и служителя (греч, ???????? ) Божия» (1 Фес. 3, 2).

 

В Церкви Христовой всегда существовали три степени священства. Новозаветное Писание дает ясные тому подтверждения. Епископ Тит на Крите, которому апостол Павел повелел поставить по всем городам пресвитеров (Тит. 1, 5), по своему иерархическому положению, конечно же, был не пресвитером, так как пресвитер в Апостольской Церкви вообще не мог никого рукополагать.

 

Епископу Тимофею было дано право избирать на пресвитерскую должность достойных (1 Тим. 3 11 -7) Никого не рукополагать поспешно (1 Тим. 5, 22), принимать жалобы на пресвитеров (1 Тим. 5, 9), достойно начальствующим пресвитерам «оказывать сугубую честь» (1 Тим. 5, 17), согрешающих же из них наказывать и обличать (1 Тим 5, 19 — 20). Все это однозначно указывает на то, что Тимофеи в своей Церкви имел высшую степень епископа. Если бы он был пресвитером, равным среди прочих, было бы непонятно почему ему апостол Павел определил столь высокие полномочия по отношению к остальным пресвите-пам Слово «пресвитер» буквально в переводе с греческого означает «старший». По этому последнему значению епископов называли нередко этим термином.

 

Отцы и учителя второго, третьего и последующих веков также единодушны в своем воззрении на степени священства. Святой Климент Римский (II век) писал: «Господу приятны и блаженны те, которые в установленные времена приносят свои жертвы, ибо, следуя заповедям Господним, они не погрешают. Первосвященнику дано свое служение, священникам назначено свое дело и на левитов возложены свои должности     .

 

Святой Игнатий Богоносец в послании к Магнезиипам сообщает следующее: «Я удостоился видеть вас в лице достойнейшего епископа вашего Дамаса и достойных пресвитеров Вааса и Аполлония, и сотрудника моего Социона»277. В послании к Тролийцам он пишет: «Посему необходимо, как вы и поступаете, ничего не делать без епископа. Повинуйтесь также и пресвитерству, как Апостолы Иисусу Христу… и диакону — служителям Таинств Иисуса Христа     .

 

«Епископ председательствует на месте Бога, пресвитеры занимают места Апостолов и Диаконам сладчайшим вверено служение Иисусу Христу»27′. Подобное

 

цитирование христианских писателей II и III веков можно легко продолжить. Пятидесятники, не оспаривая этих богословов, утверждают, будто Церковь уклонилась от Апостольской веры только с IV века. Однако в надежде подтвердить правильность своего вероучения об иерархии нередко обращаются именно к писателям второго и третьего веков, тщательно отцеживая цитаты из трудов святых Отцов и учителей Церкви и толкуя их вне обширного контекста.

 

Нередко те или иные вопросы жизни Церкви писателями первых трех веков непосредственно не рассматривались, из чего нынешние комментаторы-сектанты делают выводы, что и никаких учений на этот счет в Церкви тех времен не существовало. К примеру, в писаниях Мужей апостольских мы нигде не встретим указаний на обряд поклонения святым иконам. Отсюда сектантами делается вывод, что такого учения в Церкви не было. Но ведь нигде нет и запрещения поклоняться иконам. Мы также вправе считать, что если этого запрещения не было, значит, поклонение было разрешено. Точно так же у писателей первых веков не обнаружено указаний на то, сколько природ во Хри­сте: одна или две воли. Но можем ли мы на этом основании отвергать учение Церкви о воле и природе Богочеловека?

 

Впрочем, даже признание трехстепенной иерархии большинством из современных направлений пятидесятников в целом не устраняет принципиального различия догматических воззрений на это явление у протестантов и православных, ибо, как упоминалось выше, признавая три степени священства, они отвергают благодатный характер этого Таинства Церкви.

 

«Церковь там, где епископ», — пишет Игнатий Богоносец. Если же мы по-сектантски вольно будем трактовать понятие «епископ», то любое, даже сатанинское сборище, имеющее тройственную структуру организации служения, придется считать истинной Церковью. Это логика абсурда. Итак, повторимся, Церковь там, и только там, где рукоположенный епископ поставлен истинными церковными служителями, и рукоположение епископа, таким образом, восходит к акту рукоположения одним из двенадцати Апостолов Христовых. В момент рукоположения возлагающие руки епископы должны находиться в лоне истинной Церкви.

 

Протестанты, и пятидесятники в их числе, не могут указать нам на ту, воистину золотую, цепь руковозложения, идущую к нам от святых Апостолов. Это обстоятельство вынудило сектантов измышлять свое учение о «всеобщем священстве». Силясь всячески сохранить форму обряда, они отвергли его существо, уподобясь фарисеям, отцеживающим комара и преступающим важнейшие повеления Закона Божия.

 

 

 

19. О Святой Троице

 

 

 

«Христос по плоти, сущий над всеми Бог»

 

(Рим. 9, 5).

 

Познаем Бога истинного и да будем в истинном Сыне Его Иисусе Христе. Сей есть истинный Бог и жизнь вечная»

 

(1 Ин. 5, 20).

 

«Великая благочестия тайна: Бог явился во плоти, оправдал Себя в Духе, показал Себя Ангелом»

 

(1 Тим. 3, 16).

 

«Для чего ты допустил сатане вложить в сердце твое солгать Духу Святому… Ты солгал не человекам, а Богу»

 

(Деян. 5, 3 — 4).

 

 

 

Воистину нет ничего нового под Солнцем. Пятидесятники-единственники и другие харизматики, отрицая общеизвестный догмат о Святой Троице, лишь повторяют заблуждения еретиков четвертого века, не при-

 

знававших божественного достоинства за Господом Иисусом Христом и Святым Духом.

 

Учение о Святой Троице — это краеугольный камень христианской веры. Без принятия трех лиц в Боге нельзя говорить ни о Боге Искупителе, ни о Боге Освятителе. Где нет веры в Троицу, там не может быть речи о божестве Христа, а где отрицается божество Христа, там упраздняется самое христианство как религия искупления. Таким образом, как в своем целом составе, так и в каждой частной истине своего учения христианство опирается как на первое свое основание — на догмат о Святой Троице.

 

 

 

Ветхий Завет о Боге Троице

 

 

 

Ветхий Завет подготавливал древнего человека к принятию Спасителя. Тогда Бог еще не открывал Себя с такой ослепительной ясностью, с которою Он открыл Себя в Новом Завете, ибо склонные к многобожию  иудеи могли неверно истолковать Его учение. Прежде чем проповедать народам веру в Троицу, следовало утвердить его веру в Единого Бога. Необходимость открыть Себя как Троицу возникла после воплощения Второй Ипостаси Божества. И тем не менее Ветхий Завет содержит в себе указания на Бога Троицу, что становится особенно убедительным, если эти места Писания рассматривать в свете Новозаветных откровений.

 

Одно из таких мест мы встречаем в первой главе книги Бытия. Сказал Бог: «Сотворим человека по образу Нашему, по подобию Нашему» (Быт. 1, 26). Слова: «по образу Нашему, по подобию Нашему» — указывают, что лица, к которым Он обращается, имеют тождественный с Ним образ и природу. Здесь Творец советуется с равными Себе по достоинству, кем не может быть ни Ангел, ни кто-либо другой, а только подобный же Бог. Но Бог Ветхого Завета един. Новозаветное учение раскрывает нам смысл этих слов. Множественное: «сотворим по образу Нашему» — косвенно указывает на совет Святой Троицы.

 

Разбирая это место, некоторые исследователи предполагают, что здесь Бог говорит о Себе во множественном числе, выражая так Свое величие. С этим нельзя согласиться. В Библии Бог везде говорит о Себе в форме единственного числа. Места же, подобные рас­смотренному нами, в Библии большая редкость, во всем Писании их несколько.

 

Аналогичный смысл несут и слова Господа, произнесенные Им перед изгнанием прародителей из Рая: «Вот, Адам, стал как один из Нас, зная добро и зло» (Быт. 3, 22). Какой же смысл вкладывается в слова «Нас»? Что это — совет Бога с Ангелами? Если да, то с какими? Человек только после грехопадения познал добро и зло, т.е. опытно приобщился ко злу. Значит, до греха зло ему было неведомо. То же мы должны сказать и об Ангелах. Добрые ангельские силы не ведают опытно — что есть «добро» и «зло». Точнее было бы сказать: они не могут сравнивать доброе и злое, так как непричастны к последнему. Неужели в таком случае Бог беседует с падшими Ангелами? Подобное, ко­нечно же, невозможно. Остается только одно — предположить, что этот стих указывает на существование «многих» Богов, которым в силу их всеведения известны следствия воздействия греха на душу человека или на что-то иное. Многобожие харизматики отвергают, следовательно, остается признать существование одной Божественной природы в нескольких Лицах.

 

Такой же смысл имеют слова, сказанные Господом перед рассеянием народов. «И сказал Господь… Сойдем и смешаем там язык их» (Быт. 11, 6 — 7). Здесь также под Лицом, к которому обращается Бог, следует понимать Лицо Божественного достоинства, ибо ниже сказано: «И рассеял их Господь оттуда по всей земле» (Быт. 11, 8).

 

В приведенных местах Библии свидетельствуется множественность лиц в Боге, но без указания их числа. В других стихах мы находим прямые указания на троичность Лиц в Боге. В одном из них рассказывается о встрече Авраама с Богом, явившимся в образе трех странников. В Писании сказано: «Три мужа стали против него» (Быт. 18, 2). «И обратились мужи оттуда и пошли в Содом, Авраам же еще стоял пред лицом Господа» (Быт. 18, 2). Ко всем троим Авраам обращается: «Владыка» (Быт. 18, 32).

 

Пророку Исаие в видении является Господь, сидящий на престоле в окружении серафимов, которые взывали друг к другу: «Свят, свят, свят, Господь Саваоф» (Ис. 6, 3). После того как один из серафимов прикоснулся к устам пророка Исаии, тот услышал голос Господа: «Кого Мне послать? и кто пойдет для Нас?» (Ис. 6, 8).

 

Троекратное воспевание серафимами Бога, который говорит: «Кто пойдет для Нас», — также указывает нам на троичность лиц в Божестве. Но, может быть, Бог здесь беседует с серафимами? Обширный контекст Слова Божьего не позволяет нам сделать такой вывод. По мнению святого Иоанна Богослова, Исаия, когда видел Господа, видел славу Сына Его (Ин. 12, 41). Апостол языков свидетельствует, что Исаия слышал глас Духа Святого, пославшего его на пророческое служение к народу израильскому (Деян. 28, 25 — 28). И если Дух Святой есть просто божественная сила Бога, как утверждают пятидесятники-единственники, то каким же образом с этой неразумной силой можно советоваться?

 

 

 

Ветхий Завет о Боге Сыне и Боге Духе Святом

 

 

 

В Ветхом Завете наряду с учением о троичности лиц в Божестве есть неоспоримые указания на ипостасное бытие. Наиболее полно это учение представлено в восьмой главе книги Притчей, где говорится о Премудрости Божией, под коей мы разумеем Вторую Ипостась Святой Троицы. «Господь имел Меня началом пути Своего, прежде созданий Своих, искони, от века Я помазана, от начала, прежде бытия земли. Я родилась, когда еще не существовали бездны» (Притч. 8, 22 — 24). Здесь Премудрость усвояет Себе личное бытие. Она существовала при Боге прежде Его всякого создания. Значит, это не Ангел, пусть даже перворожденный, и не сила Божия, которая не может быть личностной. Она (Премудрость) личностна и предвечно в Боге пребывает. В Боге не может пребывать еще какая-то отдельная от Него «разумная премудрость». Бог — это совокупность мудрости, всеведения и т.п. И если Она (Премудрость) выступает как личностное начало, то мы должны признавать за Ней Личность (Вторую Ипостась Троицы). А что Премудрость не сотворена, на это указывает то, что Она есть начало путей Божиих, которая была «прежде созданий» (Притч. 8, 22).

 

Пророк Исаия, предсказывая явление Мессии на землю, называет Его: «Чудный советник, Бог крепкий, Отец вечности, Князь мира» (Ис. 9, 6).

 

У пророка Давида в Псалтире есть следующие слова: «Господь сказал мне: «Ты Сын Мой, Я ныне родил Тебя» (Пс. 2, 7). В этих словах Бог Отец обращается к Сыну и именует Его ныне родившимся, т.е. всегда рождающимся из Себя. Подобное мы видим и в сто девятом псалме, где Бог Отец также говорит Сыну: «Из чрева прежде денницы подобно росе рождение Твое» (Пс. 109, 3).

 

Из христианского учения нам известно об изначальной неизменяемости Бога. Определения — Отец и Сын указывают на существенную сторону бытия Творца. Если было время, когда у Отца не было Сына, то можно ли Его в то время было именовать Отцом? Бог рождает сына прежде денницы (утренняя заря), т.е. прежде всякого бытия из Своей сущности, и это рождение вечно, ибо происходит всегда.

 

Божественность Иисуса Христа со всею очевидностью подтверждается и другими Ветхозаветными Писаниями. Пророк Исаия о Мессии говорит: «Вот Бог ваш, придет отмщение, воздаяние Божие, Он придет и спасет вас. Тогда откроются глаза слепых, и уши глухих отверзутся» (Ис. 35, 4 — 5). Спаситель как бы напоминает этот стих из Писания пред учениками Иоанна Крестителя как доказательство своего мессианства (Лк. 7, 22). Этой прямой цитатой из Исаии Иисус указывает на Свою природу как на воплощение Бога280. У пророка Захарии есть указание, что Бог будет пронзен, и это в буквальном смысле исполнилось над Спасителем (Зах. 12, 10; Ин. 19, 37). Пророк Иоиль говорил, что наступит время, когда каждый, кто призовет имя Господне, спасется (Иоиль. 2, 32). В Новом Завете этот стих цитируется Апостолами дважды и относится ко Христу (Деян. 2, 20 — 21; Рим. 10, 9 — 13). Апостол Петр в Первом Послании называет Спасителя камнем преткновения и соблазном. У пророка Давида эти слова относятся к Богу Ветхого Завета (Пс. 118, 22). Святой Павел в послании к Филиппийцам пишет, что пред именем Иисуса преклонилось всякое колено небесных и преисподних (2. 10). Этот текст взят из Исаии (45, 23) и прямо отнесен к Иисусу. Если же мы рассмотрим контекст Исаии, то увидим, что никому, кроме Бога, не могло поклоняться «всякое коле­но»281.

 

Во второй главе Откровения Спаситель говорит Фиатирской церкви: «И детей ее поражу смертью, и уразумеют все церкви, что Я есмь испытующий сердца и внутренности» (2, 23). Здесь Спаситель прилагает к Себе слова пророка Иеремии о Боге: «Я, Господь, проникаю сердце и испытываю внутренности» (17, 10).

 

У пророка Исаии есть высказывания о том, что слава принадлежит только Богу и Он ни с кем не будет ею делиться. Господь же о Себе свидетельствует: «И ныне прославь Меня Ты, Отче, у Тебя Самого славою, которую Я имел у Тебя прежде бытия мира» (Ин. 17, 5). Если слава принадлежала только Творцу, то Иисусу надлежало быть Творцом-Богом, потому что Он заявляет, что имел славу прежде бытия мира»282.

 

О Спасителе в Писании сказано, что Он «свет истинный» (Ин. 1, 9). В Ветхом Завете о Создателе несколько раз говорится, что Он является Светом (Ис. 60, 1). Невозможно допустить, что могут существовать два истинных света, ибо Бог един. О Спасителе в Откровении сказано, что Он Царь царей и Господь господствующих (Откр. 1, 4). В Ветхом Завете о Боге говорится, что он Царь (Иер. 10. Пс. 46, 7 — 8) и Господь (Втор. 10, 1). Библия нас учит, что един Господь (Еф. 4, 5). Значит, Бог и Спаситель равны по своему достоинству.

 

У пророка Исаии есть следующие слова: «Я Господь, и нет Спасителя кроме Меня» (Ис. 43, 11). Новый Завет называет Спасителем только Иисуса Христа (Деян. 4, 11 — 12), недвусмысленно разумея под ним Христа-Бога. В Евангелии о Своем достоинстве Спаситель го­ворит: «Прежде, нежели был Авраам, Я есмь». Соотнося эти слова с ветхозаветными словами Бога, мы можем заключить, что в Ветхом и Новом Заветах речь идет об одном лице. Так, Бог, обращаясь к Моисею, говорил: «Я есмь» (Исх. 3, 14).

 

В Ветхом Завете есть указания и на Бога Духа Святого, правда, они не столь ясны, как высказывания о Сыне Божием.

 

О сотворении вселенной говорится: «Дух Божий носился над водой» (Быт. 1, 2). В других местах сказано, что Он ведет людей в землю правды (Пс. 142, 10), что Он посылается Богом к пророкам для наставления (Зах. 7, 12).

 

Пророк Исаия от лица Мессии восклицает: «Послал Меня Господь Бог и Дух Его» (Ис. 48, 16) или «Дух Господа на Мне, — говорит Мессия, — ибо Господь помазал Меня благовествовать нищим» (Ис. 61, 1).

 

 

 

Новый Завет о Второй и Третьей Ипостасях Святой Троицы О Боге Сыне

 

 

 

Более полно Господь открывает людям свое учение о Второй и Третьей Ипостасях Святой Троицы после воплощения Сына Божия. Таким образом, Новый Завет, не отвергая учения Ветхого Завета о единстве Божества, восполняет его в части, касающейся Троичности Лиц в Боге.

 

О равенстве Иисуса Христа с Богом Отцом есть много свидетельств в Новом Завете. Христос так отвечал фарисеям после исцеления расслабленного в субботу: «Отец Мой доныне делает, и Я делаю» (Ин. 5, 17). Говоря о своем прав е и власти делать то, что Отец делает, Он указывает на равное с Ним достоинство по Божеству. После шестидневного творения Своим Промыслом Бог Отец никогда не отступал от Своего творения. Не прекращается Промысел Божий и в субботу, это и разумел Спаситель, когда указывал, что Он равен Отцу и больше субботы и поэтому вправе поступать, как пожелает, в любое время.

 

То, что смысл слов Спасителя определенно указывает на Его достоинство, видно из устремлений фарисеев, ибо «еще больше искали убить Его Иудеи за то, что Он не только нарушал субботу, но и Отцом Своим называл Бога, делая Себя равным Богу» (Ин. 5, 18). Это окончательно разрешает вопрос, в каком значении именовал Себя Сыном Божиим Спаситель.

 

В Писании сынами Божиими называются Ангелы (Иов. 1, 6; 2, 1), а иногда и люди (Втор. 14, 1; Рим. 8,  14). Спаситель именовал Себя Сыном Божиим всобственном смысле этого слова, по природе сознавая Себя равным Богу (Ин. 5, 18). За это и преследовали Его иудеи — потому что сделал Себя Сыном Божиим (Ин. 5, 19). Здесь греческое слово (….) означает — равный по качеству и количеству, обладающий единой природой, одинаковой по положению и авторитету. На вопрос: «Ты ли, Христос, Сын Божий?» (Мф. 26, 63), который задал Спасителю первосвященник Каиафа, Христос ответил: «Ты сказал» (Мф. 26, 24). Если бы Христос сознавал Себя Сыном Божиим не в собственном смысле, а в ангельском или человеческом и с этим учением пришел в мир, то разве вынесли ему иудейские старейшины за такое учение смертный приговор?

 

Если в Священном Писании говорится об Иисусе Христе как о Сыне Божием, то нам следует понимать это как указание на Его единосущное Божественное естество. На это указывает нам и апостол Иоанн в своем Первом Послании: «Знаем также, что Сын Божий пришел и дал нам свет и разум, да познаем Бога истинного и да будем в истинном Сыне Его Иисусе Христе, Сей есть истинный Бог и жизнь вечная» (1 Ин. 5, 20). «Им создано все, что на небесах и на земле» (Кол. 1, 16).

 

Сын Божий Иисус Христос равен по природе Богу и находится с Ним в особых, чем прочие, отношениях. «Ибо кому, когда из ангелов сказал Бог: Ты Сын Мой, Я ныне родил Тебя». И еще: «Я буду Ему Отцом, и Он будет Мне Сыном»? Также, когда вводит Первородного во вселенную, говорит: «И да поклоняются Ему вси ангели Божии» (Евр. 1, 5 — 6).

 

Сыном Божиим при Его непосредственном участии было создано все: видимое и невидимое — и Ему поклоняются все ангелы. И если Ему поклоняются все ангелы, разве не следует из этого, что Он иной по своей природе, нежели они? Возможно ли при наличии столь очевидных доводов усомниться в Божестве Иисуса Христа?

 

О Божественном достоинстве Иисуса Христа напоминает нам и следующий стих: «Бога не видел никто и никогда; Единородный Сын, сущий в недре Отчем, Он явил» (Ин. 1, 18). Только Сын, существующий в недрах Отца, может во всем исповедовать, т.е. проникать в существо Бога. Никогда и никому из ангелов и людей Бог не давал такую власть. Сам о Себе Христос свидетельствует: «Никто не восходил на небо, как только сшедший с небес Сын Человеческий, сущий на небесах» (Ин. 3, 13).

 

Да, все ангелы и люди по благодати сыны Божии, но только Одному вверено столь много, что превосходит имеющееся у всех прочих, так как сказано: «Никто не знает Сына, кроме Отца, и Отца не знает никто, кроме Сына, и кому Сын хочет открыть» (Мф. И, 27). Возможно ли кому даже из ангелов сказать: «Я в Отце, и Отец во Мне» (Ин. 14, 10). На все самые очевидные доказательства Божества Сына Божия сектанты пытаются отыскать те или иные возражения. Но есть в Писании такие слова, после которых даже они умолкают, лишь невнятно оправдываясь, будто такой цитаты в подлинном Новом Завете нет… Если спросить их, в каком древнем кодексе отсутствуют такие слова: «Великая благочестия тайна: Бог явился во плоти, оправдал Себя в Духе, показал Себя Ангелам» (1 Тим. 3, 16), то вам вряд ли найдутся что-либо ответить. В лучшем случае вспомнят о каком-то древнем папирусе, в котором недостает главы из некоего послания апостола Павла. Но значит ли, что именно по нему одному и должно судить об интерполяции (позднейшей вставке) всех прочих? Что же касается право­славных, то для нас достаточно свидетельств, приведенных выше, а также и других мест Священного Писания. К тому же, согласно исследованиям, цитируемый нами стих из первого послания к Тимофею не является позднейшей вставкой.

 

На вопрос Христа: «Вы за кого почитаете Меня?»(Мф. 16, 15), — апостол Петр ответил: «Ты Христос, Сын Бога живаго» (Мф. 16, 16). Ответив так, Апостол не просто признает духовно-нравственное сыновство Христа по отношению к Отцу, но объявляет о бесконечно большем — о исповедании Божества Христова, ибо не собственным разумением пришел к этому Апостол, но ему было открыто Самим Отцом небесным (Мф. 16, 17). На этой вере — вере в Бога Сына Спасителя Господь обещает основать Церковь, которая со дня Пятидесятницы победоносно шествует по вселенной. Эту веру после воскресения выразил апостол Фома, когда, увидев явившегося Спасителя, воскликнул: «Господь мой и Бог мой» (Ин. 20, 28).

 

Евангелист Иоанн также достаточно ясно высказывается о Божестве Христа: «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог» (Ин. 1, 1). В начале (т.е. когда еще ничего не было — мира видимого и невидимого) Слово уже существовало у Бога. Более этого, это Слово Само было Богом — «Все через Него начало быть, и без Него ничего не начало быть, что начало быть» (Ин. 1, 3). Так утверждается мысль о том, что всякое творение имеет начало, и это начало бытия осуществляется только через Слово — Вторую Ипостась Святой Троицы. Этим окончательно устраняется всякая возможность почитать Слово тварным посредником между Богом и творением. Именно «Слово стало плотию и обитало с нами, полное благодати и истины, и мы видели славу Его, и славу, как Единородного от Отца (Ин. 1, 14). Отсюда следует, что мы и прочие места Писания, где говорится об Иисусе Христе как о Единородном от Отца, должны понимать в смысле Единородного Отцу по сущности.

 

Для спасения рода человеческого Сын Божий явился в мир и родился от жены (Гал. 4, 5). В послании к Римлянам апостол Павел пишет, что обетования принадлежат отцам израильским и от них «Христос по плоти, сущий над всеми Бог» (Рим. 9, 5).

 

Антитринитаристы, оспаривающие троичную сущность Бога, выступая против Божественности Иисуса Христа, часто ссылаются на следующий стих Иоанна Богослова: «Я живу Отцем» (Ин. 6, 57), а значит, Спаситель не может быть единовечным Отцу. Приводят и другой текст из того же Евангелия: «Ибо как Отец имеет жизнь в Самом Себе, так и Сыну дал иметь жизнь в Самом Себе» (Ин. 5, 26). Между тем сказанное означает, что посредством Духа Святого эту жизнь Отец дал своему Предвечному Сыну в земном воплощении.

 

В послании к Филиппийцам о Господе говорится, что Он не почитал хищением быть равным Богу, но уничижал Самого Себя, приняв образ раба (Флп. 2, 5 — 11). «Слово «равным» передано греческим словом isa, формой от ison, что переводится как «абсолютная единосущность», чем подтверждается полнота Божества во Христе»283.

 

Часто пятидесятники-харизматики черпают свои доводы у еретиков IV века, утверждавших, что Сам Спаситель о Себе свидетельствовал, что Его Отец более Его. Действительно, Бог Отец выше человеческого образа, с которым соединился Бог Сын, взявший на себя наши немощи и понесший наши болезни через соединение с плотью. Но в то же время (повторимся) Он — Спаситель — «не почитал хищением быть равным Богу» (Флп. 2, 6). Божество было присуще Христу по природе, поэтому Он по праву везде учил о своем равенстве и единосущности с Богом Отцом.

 

Писание называет Спасителя образом Бога, рожденного прежде всякой твари (Кол. 1, 15), а следовательно, Он выше творения и не является им.

 

О Боге Духе Святом В Новозаветных Писаниях есть немало свидетельство Духе Святом. «Я умолю Отца, — говорит Христос, — и иного Утешителя даст вам, да будет с вами в век». Возможно ли Утешителя понимать только как благодать Божию или, как выражаются пятидесятники-единственники и харизматики, как силу Божию? Конечно же, нет! Христос обещает послать Утешителя от Отца: «Дух истины, Который от Отца исходит, Он будет свидетельствовать о Мне» (Ин. 15, 26). В каком отношении может пребывать нетварная сила Божия и тварный Ангел? Только если исходить из понятия троичности лиц Божества, станут понятны слова Спасителя, что Он пошлет Духа Святого.

 

Что же такое — сила Божия? Мы отвечаем — это благодать, подразумевая под ней живое и действенное промыслительное участие Бога в жизни человека через Третью Ипостась Святой Троицы — Духа Святого. Стяжание благодати — это соприкосновение со Творцом жизни в Духе, с Утешителем, Который есть личный Бог и Который делает человека Богом по благодати (образу и подобию).

 

Что же понимают харизматики под силой Божией? Если Его нетварные энергии — то это Бог. Но если под силой Божией разуметь инструмент его творческих деяний, то зачем всемогущему Богу какой-либо посредник? Убедительного ответа у них на этот вопрос нет. Каждый толкует о силе Божией на свой лад.

 

Иудеи говорили много хульных слов на Спасителя, не веря в Его божественное достоинство. Господь на это отвечал, что им это простится, не простится только хула на Духа Святого — Бога (Мф. 12, 31 — 32). Вот почему был предан смерти Анания, солгавший Духу Святому, которого апостол Петр называет Богом: «Для чего ты допустил сатане вложить в сердце твое солгать Духу Святому… Ты солгал не человекам, а Богу» (Деян. 5, 3 — 4).

 

Твердая вера Апостолов Христовых в божественную сущность Святого Духа видна из того, как неизменно они вкладывают в Его имя тот же смысл, что и в имена Отца и Сына.

 

Святой Дух, являясь Богом, обладает всеведением: «Дух все проницает, и глубины Божии» (1 Кор. 9, 10). Разве можно так говорить о неразумной безличной силе? Очевидно, здесь речь идет о Лице, обладающем сознанием. Святой Дух обладает всемогуществом, так как является самостоятельным и полновластным подателем верующим чрезвычайных даров в раннехристианской Церкви. Апостол Павел об этих дарованиях пишет: «Все же сие производит один и тот же Дух, разделяя каждому особо, как Ему угодно (Кор. 12, 11). «Сам Дух ходатайствует о нас воздыханиями неизреченными» (Рим. 8, 26). Перед кем ходатайствует? Конечно же, перед Богом Отцом. Но может ли ходатайствовать перед Ним какая-то безликая божественная сила?

 

Святой Дух поставляет епископов пасти Церковь Господа и Бога (Деян. 20, 28). Что же представляет собой сила Божия? Это мы узнаем из Писания, обыкновенно ее называют благодатью, и если бы Дух Святой бы безличным началом — силой Божией, то разве не сле довало бы именовать Его «своим именем» — Божией силой или просто благодатью?

 

Далее мы приходим к парадоксальному выводу: оказывается, Бог и без наших напоминаний воздействует на мир своей благодатью. Писание, говоря об этом, обычно свидетельствует об определенном действии Его: Бог говорит, помогает, является и т.д. Итак, очевидно, что все божественные действия творятся посредством Его участия. Вот почему об этом нет надобности упоминать.

 

В Писании есть множество мест, где о деятельности Творца говорится без упоминания о благодати. Богу не нужны посредники. Везде Он действует Сам. Только и одном случае — в ипостаси Отца, в другом — Сына в третьем — Духа Святого. Если мы попытаемся отыскать некоторые параллели новозаветным цитатам в ветхозаветных Писаниях, то придем к следующим выводам: писавшие Новый Завет ученики Христовы твердо верили, что Святой Дух является истинным Богом. Это очевидно из послания к Евреям (3, 7 — 9), где приводятся слова, приписываемые Святому Духу. В Ветхом Завете мы найдем схожие слова в семьдесят седьмом псалме (19 ст.), которые произносятся от имени Бога, в ветхозаветных книгах _ это слова Бога, а в новозаветных — Святого Духа.

 

То же — и в десятой главе послания к Евреям (10, 15 — 16), где есть выражение, приписываемое Святому Духу. Если провести параллель с Ветхим Заветом, то там — у пророка Иеремии (31, 33 — 34) — это слова Бога. В книге Деяний есть слова апостола Павла: «Хорошо Дух Святой сказал отцам нашим через пророка Исаию» (Деян. 28, 25). Далее приводится выдержка из Исаии (6, 8 — 10), где эти слова принадлежат Богу. Апостол Павел мог приписать эти слова Святому Духу в том случае, если верил (а это действительно так), что Святой Дух равен Богу так же, как и Сын284.

 

Сам Господь Иисус Христос непрестанно учил о Три-ипостасной сущности Творца. Посылая учеников на проповедь, Он заповедовал совершать водное крещение «во имя Отца и Сына и Святого Духа» (Мф. 28, 19). Апостолы также в своих проповедях всему миру несли веру в Триединое Божество, о том же учили их преемники — Мужи апостольские.

 

Харизматики и пятидесятники-единственники в поисках иных источников правоты

 

Харизматики, как и прочие сектанты от протестантизма, всюду подчеркивают, что признают только авторитет Слова Божиего. Однако нередко сами в пылу полемики об этом принципе «забывают». При необходимости они прибегают и к трудам святых Отцов Церкви начальных веков христианства. И, конечно, указывают на те труды, где нет положительного учения о Святой Троице, например на «Дидахи» (учение двенадцати Апостолов). В «Дидахи» Иисус Христос действительно нигде не назван Богом, но нигде и не назван Ангелом. Но если в некоторых Посланиях апостола Павла не упоминается о воскресении мертвых, то можно ли отсюда делать вывод, что воскресения не будет? Или, к примеру, во Втором и Третьем Посланиях апостол Иоанн не называет Бога единым, но неужели, исходя из этого, мы должны видеть в нем почитателя многобожия? Авторам «Дидахи» не было нужды поучать тех, кому предназначалась эта книга. Вера в Бога Троицу у них уже была. Это следует хотя бы из того, что там нет упоминания о Ветхом Завете и конце его через Иисуса Христа, иначе как можно было бы понять учение двенадцати Апостолов, если в нем автор сразу излагает заповеди спасения?

 

Конечно, творчество святых Отцов Церкви раннего христианства сборником «Дидахи» не ограничивается. Пятидесятники приводят «удобные» для них цитаты из других трудов Мужей апостольских. Святой Климент Римский в своем первом послании к Коринфянам пишет: «Милость и мир вам в изобилии от Всемогущего Бога через Иисуса Христа». Этой и подобными ей выдержками они тщатся доказать тварность Сына Божия и соподчиненность Его Отцу.

 

Мы уже указывали, что Священное Писание в одном месте Иисуса Христа называет Сыном Человеческим (Ин. 3, 16), а в другом — Истинным Богом (Ин. 1, 1). Причем нередко подобные выражения встречаются у одного автора. Точно так же и святой Климент Римский в своем Первом Послании в одном месте Спасителя называет «Господом Нашим»285, в других, безусловно, свидетельствует о своей вере в истинность Божества Христа. Вот одно из них: «Все были смертны и чужды тщеславия, любили более подчиняться, нежели повелевать, и давать, нежели принимать. Довольствуясь тем, что Бог дал вам на путь земной жизни, и тщательно внимая словам Его, и хранили их в глубине сердца и страдания Его»286.

 

В книге Деяний апостол Лука упоминает о сохранившихся в устном предании словах Спасителя: «Блаженнее давать, нежели принимать» (Деян. 20, 35). Эту же мысль передает в своем послании и святой Климент Римский.

 

Прибегая к творениям другого святого — Игнатия Богоносца, сектанты умалчивают о том, что святой Игнатий нигде не называет Иисуса Христа Богом, а лишь отмечают, что Игнатий нигде не говорит, что Сын равен Богу в том или ином отношении. Оставим на их совести подобные сомнительные упражнения. Можно только удивляться их изворотливости: не отрицая прямо, что Иисуса Христа святой Игнатий называет Богом, они в то же время не признают едино-сущности Спасителя с Богом Отцом. И здесь пятидесятники-единственники делают уже знакомый шаг — ставят под сомнение подлинность ряда посланий святого Игнатия, хотя научная патрология никогда не сомневалась в подлинности посланий святого Игнатия. Он всегда достаточно ясно высказывается о природе Иисуса Христа, нередко прямо называя Спасителя Богом.

 

«Ибо Бог наш Иисус Христос, по усмотрению Божию, — пишет он к ефесянам, — врач телесный и духовный, рожденный и нерожденный, Бог во плоти, в смерти истинная жизнь»287.

 

Закономерен вопрос, почему же в своих творениях Мужи апостольские и первые исповедники христианства чаще предпочитают называть Спасителя Сыном Божиим, нежели только Богом. Во-первых, для большинства, читавших тогда их писания, конечно же, было

 

ясно: «Сын Божий и Бог — это синонимы, причем очень вероятно, что писатели первых веков избегали частого употребления слова Бог применительно к Иисусу Христу из опасения, что некоторые неразумные будут уличать их в многобожии.

 

Во-вторых, можно действительно предположить, что христианские писатели II и III веков еще не в полной мере постигли глубины учения о Святой Троице. В трудах некоторых из них нет четкого различия между Сыном Божиим и Духом Святым (Ерм. «Пастырь»).

 

Думается, приведенных из Священного Писания и Творений ранних Отцов Церкви доказательств Божества Иисуса Христа вполне достаточно для основания твердой веры в Троицу.

 

Нечто подобное мы наблюдаем в подходе к вопросу о Божестве Третьей Ипостаси Святой Троицы. Пятидесятники обычно приводят те же аргументы, что и против Божества Спасителя. Сам факт того, что ранняя Церковь верила в Божество Сына Божия, для нас является косвенным свидетельством нашей правоты и заблуждения сектантов в их трактовке вопроса о Духе Святом. Если бы Дух Святой был просто Силой Бога Отца, то маловероятно, чтобы богоносные Мужи придавали ему столь высокое достоинство. Святой Игнатий Богоносец в послании к магнезийцам пишет: «Повинуйтесь епископу и друг другу, как Иисус Христос повиновался по плоти Отцу и Апостолы Христу, Отцу и Духу, дабы единение было вместе телесное и духовное»288.

 

В творениях святого Игнатия есть выражения, где Иисус Христос называет Святой Дух — Своим289. Священное Писание изобилует подобными примерами. Но отсюда вовсе не следует делать вывод, что Святой Дух — это сила Второй Ипостаси, равно как и другой вывод — о подчиненности Сына Божия Отцу на основании сказанного Спасителем о Своей человеческой природе: «Отец Мой более Меня».Мы должны признать, что богословская терминология в первые века христианства еще не устоялась, и только появление еретических учений побудило Церковь Христову в лице ее богоносных Отцов усиленно заняться отработкой терминов, дабы успешнее противостоять горделивому сознанию фантазий сектантов-еретиков, отколовшихся в сердце своем от единства Церкви.

 

 

 

20. О субботе и воскресном дне

 

 

 

«Я был в духе в день воскресный»

 

(Откр.  1, 10).

 

«Итак, никто да не осуждает вас за пищу, или питие, или за какой-нибудь праздник, или новомесячие, или субботу. Это есть тень будущего, а тело — во Христе »

 

(Кол. 2, 16 — 17).

 

 

 

Как уже отмечалось в первой главе этой работы, у нас в стране существует незначительная по численности секта пятидесятников, которые днем покоя почитают субботу, — это так называемая Церковь Христиан-Субботников, крещенных Духом Святым.

 

Субботствующие пятидесятники утверждают, что суббота была установлена еще в раю. Этим днем является седьмой день, освященный Богом, заповеданный для соблюдения Адаму, а через него и всему человечеству. В Писании сказано: «Благословил Бог седьмой день, и освятил его, ибо в оный почил от всех дел Своих, которые Бог творил и созидал» (Быт. 2, 2 — 3). Этими словами дана была заповедь об освящении седьмого дня. Бог, говорят они, почивший в седьмой день, дал эту заповедь еще в самом начале мира, когда не было ни народа еврейского, ни других народов.

 

Соблюдение праздника субботнего дня перешло от первых людей к праотцам. Так, повеление праздновать субботу получил Авраам. «Авраам (отец твой) послушался гласа Моего и соблюдал, что Мною заповедано было соблюдать: повеления Мои, уставы Мои и законы Мои» (Быт. 26, 3). Заповедь о соблюдении субботы от Авраама перешла и к другим. Книга Бытия (8, 10) свидетельствует, что при Ное употреблялся седмиричный счет дней и, следовательно, праздновалась суббота. Такова аргументация субботствующих пятидесятников в пользу субботы.

 

Рассматривая доводы субботствующих, сразу отметим, что утверждение, будто бы заповедь о соблюдении субботы была дана еще Адаму и Еве в раю, не находит подтверждений в Священном Писании. Наоборот, Адаму сразу же после грехопадения было сказано: «Про­клята земля за тебя, со скорбью будешь питаться от нее во все дни жизни твоей» (Быт. 3, 17). Господь обрекает Праотца человечества на тяжелый труд во все дни жизни, не исключая и субботы. Такое положение сохраняется и при потомках Адама. В Священном Писании нигде нет свидетельства о праздновании субботы до Моисея. Что касается Авраама, то он действительно соблюдал все, заповеданное ему Господом, кроме, конечно, субботы, так как этой заповеди он не получал, иначе об этом в Писании непременно было бы упомянуто.

 

Впервые повеление о праздновании субботы появилось несколько ранее Синайского Законодательства — сразу после исхода евреев из Египта в пустыне Син (Исх. 16, 23 — 30). Поэтому, повторяя на горе Синайской уже ранее данную через Моисея еврейскому народу заповедь, Господь говорит: «Помни день субботний, чтобы святить его» (Исх. 20, 8).

 

Заповедь о субботе была обязательна только для еврейского народа, ибо напоминала ему о рабстве и чудесном избавлении из него. Об этом во Второзаконии читаем: «Помни, что (ты) был рабом в земле Египетской, но Господь, Бог твой, вывел тебя оттуда рукою крепкою и мышцею высокою, потому и повелел Господь, Бог твой, соблюдать день субботний» (Втор. 5, 15).

 

Суббота являлась знаком, отличающим Израиль от других народов, и была в то же время знамением его завета с Богом. В книге Исход читаем: «Скажи сынам Израилевым так: «субботы Мои соблюдайте, ибо это знамение между Мною и вами в роды ваши… Это знамение между Мною и сынами Израилевыми навеки» (Исх. 31, 13 — 17; Иез. 20, 12. 20).

 

Заповедь о субботе отделяла евреев от языческих чаяний и приводила на память Божественные благодеяния. «Субботы» служили отличительной чертой жизни иудеев от остального языческого мира, которым через скрижали сердца Господь вещал: не убий, не прелюбо­действуй, не кради и т.д.

 

На какой же срок была дана заповедь о соблюдении субботы? Апостол Павел об этом пишет, что закон «дан по причине преступлений, до времени пришествия семени, к которому относится обетование» (Гал. 3, 19). Закон существовал до Христа как путеводитель к Нему. По пришествии Христа мы уже «не под законом, а под благодатью» (Гал. 3, 24 — 25). На это суб-ботствующие, как правило, отвечают, будто Господь отменил только обрядовый закон, но не касался закона, написанного на двух скрижалях Моисея. Но это неверно, ибо Спаситель говорит, что «Сын Человеческий есть Господин и субботы» (Мф. 12, 8).

 

Ветхий Завет был тенью «будущих благ, а не самый образ вещей» (Евр. 10, 1). Праздники ветхозаветные, и в частности суббота, принадлежали к числу обрядовых установлений. Обращаясь к колосянам, апостол Павел пишет: «Никто да не осуждает вас за пищу, или пи­тие, или за какой-нибудь праздник (годичный. — И.Е.), или новомесячье (месячный. — И.Е.), или еженедельный (субботу. — И.Е.): это есть тень будущего, а тело — во Христе» (Кол. 2, 16 — 17).

 

Сектанты на эти доводы приводят следующие слова Христа: «Не думайте, что Я пришел нарушить закон или пророков: не нарушить пришел Я, но исполнить. Ибо истинно говорю вам: дотоле не прейдет небо и земля, ни одна йота или ни одна черта не прейдет из закона, пока не исполнится все» (Мф. 5, 17 — 18). Если следовать логике сектантов и соблюдать субботу, то мы на основании слов Спасителя должны совершать и обрезание, и вообще все законы Моисея. Дискутируя далее, сектанты напоминают, что Христос отменил закон Моисеев, но не Закон Божий. Но Спаситель говорит, что Он не нарушить пришел «Закон или пророков» (Мф. 5, 17). К тому же в Ветхом Завете существовал только Закон Божий, данный Творцом через посредника Моисея. В большинстве мест Священного Писания закон о жертвах и т.п. не называется законом Моисея, а называется «Законом Господним», «Заповедью Божиею» (Лк. 2, 22; Ездр. 9, 10; Неем. 10, 28).

 

Господь не нарушил ветхозаветный закон, а исполнил, обновил и исправил: так, обрезание заменено крещением, празднование субботы — днем воскресным, ветхозаветные обряды сменились на новозаветные.

 

Святой Иустин Философ усматривает следующее преобразовательное значение цифры восемь в Ветхом Завете: «Праведный Ной при потопе с прочими людьми, то есть с женой своей, тремя сыновьями своими и женами их, составляя число восемь человек, были символом того дня, в который наш Христос явился, восставши из мертвых, и который есть по числу восьмой, но по силе всегда первый»290.

 

Заповедь, повелевавшая обрезывать младенцев в восьмой день, также была прообразом истинного обрезания. В нем (Крещении) мы обрезаны от заблуждения греха Господом нашим Иисусом Христом, воскресшим из мертвых в первый день недели. «Ибо первый день недели, — замечает Иустин Философ, — будучи первым из всех дней, однако по исчислении всех дней по кругообороту называется восьмым, хотя и остается первым»291.

 

Господь Иисус Христос, являясь исполнителем Закона, определенно указал на время его завершения, а значит, отмены и субботы. Он Сам говорил, что «суббота для человека, а не человек для субботы, посему Сын Человеческий есть Господин и субботы» (Мр. 2, 27 — 28). Ветхий Завет исходил из того, что именно человек был для субботы, отсюда по ветхозаветному закону всякий, работающий в субботу, подлежал смерти (Исх. 20, 10; 31, 14 — 15; Иер. 17, 27).

 

Сектанты видят пророчество о «вечном субботстве» в следующих словах Исаии: «Тогда из месяца в месяц, из субботы в субботу будет приходить всякая плоть пред лице Мое на поклонение», — говорит Господь (Ис. 66, 23). Заметим, что в цитируемом стихе пророк Исаия говорит, что «придет Господь… с огнем и мечом Своим» для свершения суда «над всякой плотью» и сотворит новое небо и новую землю (Ис. 66, 15 — 22). Исаия для указания на небесную реальность пользуется распространенным смысловым термином. Но можно ли говорить, что и в Царстве Слова мы будем предстоять пред Господом только по праздничным дням? Спаситель также, говорят субботники, предупреждал: «Молитесь, чтобы не случилось бегство ваше зимою или в субботу» (Мф. 24, 20). В словах Спасителя видят доказательство сугубой необходимости соблюдать субботу. Но, если следовать такому ходу рассуждения, придется и зиму считать особым священным временем года. Если для учеников было грехом спасаться бегством в субботу, то грехом было бежать и зимой. Что Спаситель разумел, говоря эти слова? Очевидно, что не святость субботы, ибо Он не осудил Своих учеников, обвиненных фарисеями в нарушении субботы. Более того, хотя закон запрещал носить поклажу в день субботний (Иер. 1, 21), расслабленному Он сказал: «Возьми постель свою и ходи» (Ин. 5, 11).

 

Если все же допустить, что у евангелиста Матфея (24, 20) речь идет о грехе нарушения дня покоя и ответственности за него, то при чем здесь зима? И почему беременным и кормящим должно быть тяжелее? Чем кормящие матери виновнее остальных женщин Иерусалима и почему они могли быть наказаны более всех прочих? Отсюда можно заключить, что любое передвижение (а тем более бегство) в зимнее время всегда тяжелее, а в субботу к тому же городские ворота могли быть заперты (Неем. 13, 10). Очевидно, что пред нами аллегория, указывающая на грядущую великую скорбь во времена антихриста. Если даже принять сказанное Спасителем буквально, то чем может быть затруднительно бегство в субботу для субботствующих пятидесятников? Ведь живут они отнюдь не в Иерусалиме, в котором, кстати, по субботам ворота уже давно не закрываются. Вероятнее всего этими выражениями Спаситель образно показывает трудности жизни последних времен.

 

Субботствующие указывают и на иные места Писания, где говорится, что верные Господу чтили или посещали синагогу в субботний день, что мироносицы «в субботу остались в покое по заповеди» (Лк. 23, 56), а Апостолы проповедовали в день субботний (Деян. 13, 14; 13, 42; 17, 2; 18, 4). С какой же целью Апостолы посещали синагогу уже после Христова воскресения? Конечно же, чтобы там проповедовать иудеям о Христе, и при этом они свято чтили первый день недели — воскресенье.

 

Первое явление воскресшего Господа произошло в день, следующий за субботой (Ин. 20, 19). По прошествии восьми дней (Ин. 20, 26) ученики Христовы были теперь уже вместе с Фомой, и явился им Господь во второй раз. Субботствующие рассуждают, что второе явление Господа случилось не в первый день недели, так как только семь дней после дня воскресного приведут нас к тому же дню через неделю, а значит, явление Спасителя имело место не в первый, а во второй день недели. Для того чтобы разрешить возникший вопрос, необходимо выяснить, что означает в еврейском счете выражение «после восьми дней». В Священном Писании есть места, разъясняющие эти за­труднения. Достаточно рассмотреть свидетельства двух евангелистов об одном и том же событии. У евангелиста Луки сказано: «После сих слов, дней через восемь, взяв Петра, Иоанна и Иакова, взошел Он на гору помолиться» (Лк. 9, 28). Апостол Матфей об этом событии говорит несколько иначе: «По прошествии дней шести взял Иисус Петра, Иакова и Иоанна, брата его, и возвел на гору высокую одних» (Мф. 17, 1). Оба эти места, говорящие об одном событии, разъясняют нам, что в промежутке времени между тем днем, когда это было сказано, и днем, когда это исполнилось, прошло целых шесть дней, всего же было восемь дней.

 

Так же следует исчислять время и при сообщении о явлении воскресшего Господа у евангелиста Иоанна: «по прошествии дней восьми» (Ин. 20, 21). Из сказанного становится очевидным, что с того дня недели, в который Господь впервые явился, до вечера следующе­го первого дня недели выйдет как раз указанное число дней — восемь.

 

Если согласиться с субботствующими, что явление Иисуса Христа было не в первый день недели, а во второй, придется считать тот день уже девятым, а не восьмым, а это противоречит принятому в слове Божием порядку исчисления дней.

 

В Писании сказано: «Как Иона был во чреве кита три дня и три ночи, то и Сын Человеческий будет в сердце земли три дня и три ночи» (Мф. 12, 40). Спрашивается, в какой день — третий или четвертый — Он должен воскреснуть? Другие места Слова Божиего

 

разъясняют нам свершившийся факт воскресения именно в третий день (Мф. 16, 21; 1 Кор. 15, 4 и др.). Аналогичных мест в Писании много (Быт. 17, 12; 21, 4; Лк. 2, 21; Втор. 14, 28; 26, 12; Иис. Нав. 9, 16 -17; 2 Кор. 10, 53), и все свидетельствуют нам, что евреи считали и тот день, с которого начинается счет, и день, которым он заканчивается. Если они говорили: после восьмого дня — то это вовсе не значит, что в девятый день, а следует понимать, что по окончании восьмого дня.

 

Разберем еще одно утверждение субботствующих пятидесятников о том, что в день Пятидесятницы, хотя Апостолы и собрались все вместе, но день этот был не первым днем недели, а субботою.

 

В праздник Пятидесятницы закон повелевает созывать народ на священное собрание (Лев. 23, 21; Числ. 28, 26) и приносить многочисленные жертвы. Но в этот день мы видим Апостолов, собравшихся вместе в СионскpСуббота являлась знаком, отличающим Израиль от других народов, и была в то же время знамением его завета с Богом. В книге Исход читаем: «Скажи сынам Израилевым так: «субботы Мои соблюдайте, ибо это знамение между Мною и вами в роды ваши… Это знамение между Мною и сынами Израилевыми навеки» (Исх. 31, 13 — 17; Иез. 20, 12. 20).ой горнице. Конечно же, хотя Апостолы и не перестали чтить закон Моисеев, но, храня память о воскресении Христовом, совершившимся в этот день, размышляли о Спасителе. И Господь как бы еще раз указывает Апостолам на особое значение этого дня, ниспослав им Духа Святого.

 

Субботствующие сектанты далее напоминают, что Пасха в тот год пришлась на субботу, и если от субботы отсчитать пятьдесят дней, то опять обязательно этот день будет в субботу. Ошибочность такого исчисления доказывается следующим образом: согласно указанию закона Моисеева пятьдесят дней отсчитывалось от второго дня Пасхи, в который приносился первый сноп жатвы священникам (Лев. 23, 15; Втор. 16, 9 — 10). Первый день после седьмой седьмицы от шестнадцатого нисана и назначался для празднования Пятидесятницы. В год Воскресения Христова первый день Пасхи — пятнадцатого нисана — пришелся на субботу (иудейская Пасха всегда празднуется 15 нисана и может выпадать на любой седьмичный день), а шестнадцатое нисана приходилось на первый день недели, потому и пятидесятый день также приходился на первый день недели.

 

По примеру двенадцати Апостолов и первохристиане совершали свои служения в первый день недели. Так, в Троаде «в первый день недели ученики собрались для преломления хлеба, Павел… беседовал с ними и провел в беседе всю ночь» (Деян. 20, 7 — 11).

 

Субботствующие говорят, что собрание в Троаде происходило в субботу вечером, т.е. в «первый день недели», так как иудеи считали дни не от полуночи до полуночи, как теперь, а сутки у них начинались с вечера и кончались следующим вечером. «И был вечер, и было утро: один день (Быт. 1, 5), «От вечера до вечера празднуйте субботу вашу» (Лев. 23, 32), — приводят сектанты в качестве довода цитаты из Писания, а значит, и первый день недели начинался с заходом солнца предыдущего седьмого дня.

 

Закон о праздновании субботы действительно требовал праздновать ее от вечера до вечера. Однако нужно заметить, что кроме иудейского счета в Писании мы находим и другой способ исчисления. Бог заповедал Моисею относительно жертвоприношений: «Вот что будешь приносить ты на жертвенник: двух агнцов однолетних (без порока) каждый день постоянно (в жертву всегдашнюю). Одного агнца приносить поутру, а другого приноси вечером» (Исх. 29, 38 — 29). А также Господь сказал: «Вот жертва, которую вы должны приносить Господу: два агнца однолетних без порока на день во всесожжение постоянное. Одного агнца принеси утром, а другого агнца принеси вечером» (Числ. 28, 3 — 4).

 

У евреев, конечно же как и у других народов, было свое «вчера». Так, когда Лаван преследовал тайно ушедшего Иакова, то Бог, явившись ему во сне ночью, сказал: «Берегись, не говори Иакову ни доброго, ни худого» (Быт. 31, 24). Когда же утром Лаван нагнал Иакова, то сказал: «Есть в руке моей сила сделать вам зло, но Бог отца вашего вчера говорил ко мне и сказал: «Берегись…» (Быт. 31, 29). Интересно знать, как понимают пятидесятники — в то время, когда Лаван произносил эти слова, то его «вчера» еще продолжалось или уже закончилось, и если так, то когда?

 

Книга Деяний передает нам, что однажды апостолы Петр и Иоанн вечером, после исцеления ими у Красных ворот хромого, были отданы под стражу и что на другой день собравшиеся в Иерусалиме начальники и старейшины устроили им допрос (Деян. 4, 3 — 5). Возникает вопрос, когда начался этот другой день и сколько времени Апостолы находились под стражей? Если признать, что день начинается с вечера, то до другого дня им надо было сидеть целые сутки. Писание же говорит, что они были отданы под стражу до утра (Деян. 4, 3).

 

В Евангелии от Иоанна читаем: «В тот же первый день недели вечером, когда двери дома, где собирались ученики Его, были заперты из опасения от Иудеев, пришел Иисус» (Ин. 20, 19). Сектантское лжемудрие здесь вновь наталкивается на явное недоразумение, поскольку возникает вопрос, когда пришел к ученикам Спаситель: в первый ли день или в субботу вечером? Сектанты хорошо знают, что в субботу вечером Спаситель находился еще во гробе и явиться своим ученикам не мог. Следовательно, если собрание Троадских учеников было «в первый день недели вечером» (Деян. 20, 7 — 8), то его нужно понимать так же, как и собрание Апостолов в «первый день недели» (Ин. 20, 19), т.е. по иудейскому исчислению в понедельник вечером, что соответствует нашему воскресенью.

 

Думается, вышеприведенных свидетельств достаточно, чтобы выяснить — считались ли у евреев сутки с вечера до вечера или с полуночи до полуночи. Ведь и в Православной Церкви ныне богослужение начинается с вечера, однако новые сутки (день и ночь) — с полуночи.

 

Субботствующие, конечно, будут настаивать на исчислении у иудеев времени нового дня с вечера предыдущего дня, но им следовало бы знать, что у троадских христиан исчисление времени суток не могло быть иудейским, а только римским. Троада была римской провинцией, и церковь там была образована не из иудеев, а из язычников. К тому же евангелист Лука (родом грек) писал книгу Деяний Феофилу, тоже не еврею, ибо Феофил — имя греческое. Отсюда можно заключить, что троадские христиане собирались для преломления хлеба, по примеру других Апостолов, вечером в первый день недели (суббота — седьмой день, следующий день был первым днем недели), считая этот вечер продолжением первого дня. Если же встать на позицию сектантов и допустить, что этот день (вечер) относится уже ко второму дню недели, то отчего же первохристиане вдруг стали свято чтить его? Какое событие совершилось во второй день недели?

 

Можно вопреки Писанию допустить, что собрание в Троаде происходило под воскресенье, т.е. в субботу вечером. Тогда, опять же по еврейскому счету, первохристианами святился бы первый день недели.

 

Есть в Священном Писании и множество других явных свидетельств почитания дня воскресного. Коринфским христианам апостол Павел пишет: «При сборе же для святых поступайте так, как я установил в церквах Галатийских: в первый день недели пусть каждый из вас отлагает у себя и сберегает, сколько позволит ему состояние, чтобы не делать сборов, когда я приду» (1 Кор. 16, 1 — 2).

 

У евреев было доброе постановление в законе — во дни постов и праздников помогать сиротам, вдовам, бедным и вообще жить, как сказано, «по усердию руки своей» (Втор. 16, 10). Христос отменил обрядовый закон, не отменяя при этом важнейшие заповеди закона о любви к Богу и ближним. Поэтому святой Павел устанавливает днем сбора новозаветный праздник Воскресения Христова.

 

Апостолы, следуя учению Христа, различали в ветхозаветном законе вечное и проходящее. Когда язычник Корнилий сотник обратился в первый раз к Церкви Христовой, его не принуждали исполнять закон Моисеев, и он был крещен, не принимая обрезания (Деян. 10, 1 — 18). Когда делу миссионерства среди язычников посвятил себя апостол Павел, то он не заставлял их исполнять обрядовый закон Моисеев. Напротив, он учил, что христиане призваны к свободе от рабства закону (Гал. 5, 13). Эта свобода от соблюдения обрядового закона коренилась в уверенности Апостола в том, что соблюдение обрядов Ветхого Завета не принесет никакой пользы для оправдания человека (Гал. 5, 2).

 

Так, Иерусалимский собор постановил: «Не возлагать на них (язычников. — И.Е.) никакого бремени более, кроме сего необходимого: воздерживаться от идоложертвенного, и крови, и удавленины, и блуда, и не делать другим того, чего себе не хотят» (Деян. 15, 28 — 29). Не было также предписано и соблюдение субботы! Очевидно, последнее, как и весь обрядовый закон, было отнесено к числу не обязательного для исполнения.

 

Ко времени написания евангелистом Иоанном Богословом книги Откровения празднование первого дня недели столь утвердилось в Церкви, что уже тогда первый день недели получил свое собственное название «день Господень» (??????? ????? ), что в русской Библии было переведено как «день воскресный» (Откр. 1, 10). Непосредственно в первые десятилетия по вознесении Господнем день воскресения называли «первый день недели». К концу первого столетия этот день получил свое собственное название, что собственно наблюдалось и в Ветхом Завете. Четвертая заповедь «десятисловия» гласит: «Помни день субботний, чтобысвятить его», однако этот день в обрядовом законе Моисея именуется «суббота», что значит «покой».

 

Ныне же мы все прославляем Христа Воскресшего, о котором в слове Божием сказано: «Камень, который отвергли строители, сделался главою угла. Это от Господа и есть дивно в очах наших. Сей день сотворил Господь: возрадуемся и возвеселимся в оный!» (Пс. 117, 22 — 23).

 

Во II веке мы также наблюдаем всеобщее празднование дня воскресного. Апостол Варнава в своем послании пишет: «Мы проводим в радости восьмой день, в который Иисус воскрес из мертвых»292. Святой Игнатий Богоносец, пострадавший за веру в 107 году по Рождеству Христову, пишет, что суббота заменена воскресеньем. «Итак, если жившие в согласии с древним порядком приблизились к новому упованию и уже не субботствуют, но жили жизнью воскресения, в котором и наша жизнь воссияла через Него и через смерть Его»293.

 

А теперь приведем выдержку из трудов святого Иустина Философа: «В день солнца мы вообще делаем собрание потому, что есть первый день, в который Бог, изменивший мрак и вещество, сотворил мир, и Иисус Христос, Спаситель наш, в тот день воскрес из мертвых. Распяли Его накануне Сатурнова дня (субботы. — И.Е.), а в день после Сатурнова дня, т.е. в день Солнца, Он явился Апостолам Своим и ученикам»294.

Можно привести предостаточно свидетельств о праздновании воскресного дня христианами II и III веков. Почти каждый из христиан, чьи труды сохранились до наших дней, упоминают об этом. Остается лишь удивляться упорству сектантов, не желающих видеть столь ясную истину и в своем упорстве утверждающих, что праздновать воскресный день христиане начали только со времен Константина Великого (IVвека)

 

 

 

 

 

 

 

 

   |    Рубрика: Секты на территории благочиния    |    Опубликовано: 20.11.2013